Алекс, послушав их с Хаас расшаркивания минут пятнадцать, заявил, что тут скучно и что он пошёл на море. Если будет что-то важное или интересное, он вернётся. А пока его беспокоить не нужно: всё вроде как на мази и дед приехал именно за тем, чтоб выдать нам все возможные индульгенции в рамках случившегося.
Видимо, что-то такое у меня на лице всё же мелькало, вроде напряжения. Потому что через полтора часа дядя, поглядывая на меня время от времени, соизволил внести ясность:
— Анна, при всём уважении. Кажется, ваш секундируемый всё ещё воспринимает инцидент остро. Это так? — посмотрел он на меня.
Мне, конечно, хотелось ответить ему на портуньоле что-нибудь насчёт личного опыта в Квадрате и что я на Всеобщем не понимаю. Но не стал хамить.
Я только собирался открыть рот, чтоб вежливо обозначить отсутствие личного понимания перспективы, когда мелкая поганка Хаас прыснула смехом:
— Я его специально мариновала! Чтоб понервничал. Ну-у-у, вы всё испортили!..
Оказывается, дед приехал только лично поболтать с ней. Оказывается, на её запрос, он сразу с места выдал все необходимые распоряжения, разобравшись, что называется, за секунду. Благо, всюду понатыканные камеры и современные каналы коммуникации позволяют и не такое.
А инфраструктура здесь нашей не чета. Как и скорость протекания процессов.
В этом месте прорезался Алекс:
— Ну логично. Если такие миллионы крутятся в секунду, то и скорость обработки информации должна быть не как в вашей дыре. Как и скорость принятия решений.
В общем, на этой оптимистичной ноте меня отпустили дальше, проходить медкомиссию.
А сама Анна вместе с этим дедом (тоже, по совместительству, юристом) попёрла в какое-то местное злачное заведение — наводить какие-то мосты друг с другом на ниве юридической практики.
_________
Во время проведения регулярного Турнира, Столица уже привыкла к тому, что каждый день следует ждать личных столкновений либо между представителями участников, либо между самими соревнующимися.
Эта традиция возникла не сегодня и не вчера. Когда на ограниченном месте собирается цвет региональной элиты, или те, кто себя таковой считает, внутренняя конкуренция между ними предсказуемо возрастает до неимоверных высот.
В этот раз, счёт происшествиям открыл инцидент между Анной Хаас, наследницей одного из немногих серьёзных независимых кланов, и их столичными конкурентами.
В самом происшествии не было бы ничего из ряда вон выходящего, если бы не его результат.
Весьма серьезно, сразу насмерть, пострадал представитель столичного клана, в профессиональных кругах известный достаточно высоким личным уровнем искры. Остроту ситуации определял тот факт, что погиб он от руки хоть и участника турнира, но официально — неодарённого.
Происшествие на короткий период привлекло внимание обывателей, но вскоре было забыто: по распоряжению с самого верха, именно этот случай с новостных страниц был удалён в течение двух часов.
* * *
Глава 31
Задним числом следовало признать, что поставить на место этих сук Хаас не получилось.
Сама идея смотрелась весьма перспективно. Хаасы за каким-то чёртом привезли на турнир в роли секундируемого не одарённого, а простака. Получается, если грамотно спланировать столкновение и надавать по шапке самой белобрысой — то задачу их анти-пиара можно было бы считать завершенной (простак противником не является).
В формальных документах, правда, было что-то на тему: заявителем пацана считается чуть ли не Министерство обороны. Но это была самая натуральная читка для лохов, поскольку Министерство обороны — ни много ни мало, Федеральный орган.
А в том муниципалитете, в котором во главе тамошней ассамблеи задают тон Хаасы, Федеральные органы сейчас не пляшут от слова «совсем». Ибо Меморандум.
В общем, вдаваться в лишние премудрости не стали. Вместо этого, просто подкараулили девку с пацаном на входе в медицинский сектор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Как и планировалось, Анна его узнала не сразу. То есть, потом она его, конечно, вспомнила — но уже когда сама валялась на полу у стенки, а голова её кобеля существовала отдельно от туловища.
Казалось, всё прошло, как по маслу.
Если бы не её подопечный.
Одарённым придурок и вправду не был, поскольку банально полез на более сильного противника с кулаками. Очевидно, именно этот элемент неожиданности и выдал ему такую большую фору. Убогому удалось попасть в Джона до того, как сам Джон сообразил защититься от невысокого болвана.
Следует признать, что бить недомерок умел сильно. Сам с собой Джон был до конца откровенен: он валялся на полу в самом настоящем нокдауне, когда случилось самое страшное.
Непонятно, чем дядя привлёк внимание пацана; но у будущего участника турнира, видимо, в руках было какое-то холодное оружие.
Живот дяди оказался вскрыт хоть и не ровно, но явно не голыми руками — как пытались утверждать специальные дознаватели, работавшие под присмотром парламентского комитета.
Долбаный Меморандум, что тут ещё сказать.
Сучка Хаас таки успела подсуетиться и поднять шум.
Попутно, дело осложнилось тем, что убитая собака была не простым кобелём, а стояла на балансе Министерства обороны.
Тут уже даже свои столичные не смогли помочь: в долбаной армии долбаных собак считают мало не полноценными военнослужащими. По крайней мере, им даже многие виды довольствия полагаются так же, как и людям.
В общем, из идеально спланированной затеи, которая даже началась вполне успешно, в итоге ничего не вышло.
Только дядю было жаль.
Получив дома по морде повторно, уже от родного отца, Джон тут же развил бурную и кипучую деятельность: с подопечным Хаас надо было встретиться в самом первом бою, пока его не ухлопал кто-нибудь ещё.
Тут оказалось, что на дурачка уже были виды у совсем другой семьи.
В итоге, пришлось тратиться ещё и на то, чтобы перекупить жеребьевку.
Ладно. Дядю было жалко. Но из любой, даже самой плохой, ситуации надо уметь делать хорошие выводы.
Кстати, слава богу, что на спорткомплекс с Джоном поехал дядя, а не отец… Вот это был бы номер.
А по своему подопечному пусть эти сраные Хаасы заказывают панихиду: первого боя он не переживет.
Ну да, удар кулаком у дурачка поставлен. Но хорошо, что об этом стало известно до самих соревнований.
Прости, дядя.
********************
Интригой самого первого боя в данной подгруппе был тот факт, что его участники уже встречались раньше.
Пускай это было и не в рамках соревнований, но член семьи одного из участников той парадоксальной встречи не пережил.
Рефери поединка, будучи осведомленным обо всех деталях, готов был поставить собственную месячную зарплату: Джон не просто так оказался в паре с этим неодаренным на самом старте.
Привычно продиктовав правила и автоматически спросив участников, всё ли им понятно, рефери немало удивился поднятой руке простака:
— Мой противник имеет намерением не спортивное состязание, а личную месть. — Невысокий пацан хотя и выглядел спокойным, но вещи говорил точные и правильные.
Ему было впору начинать нервничать.
— А ты думал, что он тебе бонусы на усиленное питание выдаст? — не счёл нужным наводить тень на плетень судья поединка. — Или ты лез на Турнир в надежде что-то выиграть?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мужчина равнодушно пожал плечами, подводя итог пустому и не нужному словоблудию.
— Я буду расценивать агрессивные намерения противоположной стороны поединка, как преднамеренную попытку неспортивного поведения. — Чуть довернув лицо к ближайшему видеофиксатору, картинно продекларировал неодаренный.
