— Рад тебе служить, Алекс, — гордо откликнулся Питер, у которого, казалось, боль в раненом плече утихла после похвалы брата. — Когда я встречусь с новоиспеченной леди Тривейн?
— Скоро. Теперь тебе надо отдохнуть, не то Дзни спустит с меня шкуру, — улыбнулся Алекс, заслышав позади знакомый шорох юбок. Домоправительница вошла в комнату с подносом, на котором стояла чашка с ароматным, горячим бульоном.
— Но мне же надо задать тебе тысячу вопросов, Алекс! Пожалуйста, не уходи, — взмолился Питер вдогонку брату.
— Вы, голубчик, откиньтесь на подушки, а вы, милорд, идите подобру-поздорову. И так слишком долго здесь пробыли… Ну-ка, слушайтесь оба, — строго скомандовала Дэни, напомнив обоим детство.
— Здесь я боюсь спорить, Питер, — пожал плечами Алекс, отступая. А Питеру пришлось сдаться на милость Дэни.
Медленно спускаясь по лестнице, Алекс размышлял о том, как побледнел и осунулся Питер. У него сжались кулаки при мысли о двойном вероломстве Бекингема. Он почти желал, чтобы тот восстал из ада, чтобы иметь удовольствие вновь его туда отправить. У маркиза никогда и в мыслях не было, какую сильную ненависть он может вызвать у постороннего человека. Право, этот Бекингем, наверное, совсем обезумел. Пожав плечами, лорд Тривейн постарался выкинуть из головы сэра Джейсона.
Входя в салон, Алекс услышал голоса. Он молча остановился в дверях, незаметно наблюдая за женой, которая увлеченно слушала Лэктона, возбужденно описывавшего их с Питером приключения. Он усмехнулся уголком губ при виде недоверчивого ужаса на лице Элисии, когда Чарлз приступил к подробностям дуэли. Он поднял бровь, забавляясь выражением лица молодого лорда, зачарованно уставившегося с простодушным восхищением на Элисию, сидевшую напротив в изящной позе. Она же, казалось, совершенно этого не замечала, углубившись в свои мысли, словно не допуская в них никого.
Шагнув в гостиную, маркиз невольно прервал их разговор.
— Кажется, Питер обязан вам жизнью, а я — вечной благодарностью, Чарлз. — С этими словами Алекс искренне и крепко пожал руку молодому человеку.
— Ничего особенного, право… — смутился Чарлз, чувствуя, что стал на голову выше от непривычной теплоты в голосе лорда Тривейна. — Дружба есть дружба.
— Мы гордимся и счастливы тем, что вы — наш друг, Чарлз. Уверен, что со мной все согласятся. Мы очень признательны вам за благородный поступок. Не так ли, Эли-сия? — Он бросил на жену невинно-вопросительный взгляд, который Элисия вернула спокойно, не дрогнув ни единым мускулом лица.
— Ты совершенно прав, Алекс. Расскажи, что с Питером? Как он себя чувствует?
Алекс налил себе бренди и, подойдя к камину, небрежно облокотился на каминную полку.
— Он выживет, — мрачно произнес маркиз, — но ему понадобится хороший отдых, и здесь, несомненно, лучшее место для его выздоровления. Если его не прикончила эта безумная скачка из Лондона, сомневаюсь, что его прикончит что бы то ни было. — Он покачал головой, представляя мучительное для Питера путешествие в карете и безумную скачку Лэктона, вцепившегося в поводья неумелыми руками.
Элисия поднялась, намереваясь покинуть гостиную. Извинившись, она сказала:
— Я пошлю Блэкморам наши сожаления по поводу невозможности приехать нынче вечером…
— Нет, мы вполне можем отправиться, потому что сейчас ничем не сможем помочь Питеру. Дэни позаботится о своем мальчике. Она без лишних слов выставила меня из его комнаты, и он, вероятно, уже спит сном младенца. Старушка приготовила ему свой особый питательный бульон. Когда я уходил, она кормила им Питера с ложечки, так что сомневаюсь, что мы до утра о нем услышим. — Поглядев на Чарлза, на котором уже стали сказываться последствия суматошного дня, Алекс добавил: — Чарлз, вы погостите у нас немного.
Слова его прозвучали не как вопрос, а как утверждение.
— Благодарю, ваша светлость, за оказанную честь. Однако, прошу прощения, мне необходимо переодеться, боюсь, мой вид оскорбляет окружающих: я весь забрызган грязью. — Он поспешно покинул комнату, торопясь умыться и отдохнуть, а также попытаться воспроизвести затейливый узел галстука лорда Тривейна, завязанный каким-то совершенно новым фасоном.
Элисия помедлила в нерешительности. Она первый раз осталась наедине с мужем после прошедшей ночи. Решив, что лучше достойно отступить, она направилась к двери.
— Миледи, — тихо окликнул ее маркиз, делая шаг к ней со своего места перед камином. Элисия повернулась ему навстречу.
— Да, милорд? — робко прошептала она.
— Я хотел бы получить свой утренний поцелуй, — сказал Алекс, заключая ее в свои объятия и прижимаясь твердым ртом к трепещущим губам Элисии. Жаркий поцелуй, казавшийся бесконечным, разжег в ней страсть, вспыхнувшую огнем. — Видите, миледи, вам не надо меня бояться. Я вовсе не такое чудовище, каким вы меня считали. — И он улыбнулся, глядя в ее зеленые глаза.
— Нет, милорд. Полагаю, вы вовсе не чудовище, — согласилась Элисия, отдаваясь его жадным поцелуям. Лишь стук в дверь и появление лакея, объявившего, что завтрак подан, заставили их оторваться друг от друга.
— Меня мучит голод, но отнюдь не по нежному мясу фазана, миледи, — мягко произнес Алекс, сопровождая Элисию к двери, а взгляд его потемневших золотых глаз сделал намек еще более прозрачным.
Глава 10
Правитель Ксанаду, великий Кубла Хан,
Велел величественный возвести дворец
Там, где священный Альф струится сквозь туман
Пещер бесчисленных, чтоб влиться в океан
И в нем найти конец.
С. Колридж
Карета с Элисией, лордом Тривейном и Чарлзом Лэктоном подкатила по окаймленной деревьями подъездной аллее к дому сквайра Блэкмора. Блэкмор-Холл замыкал ее, красуясь своей громадой. Он представлял собой смешение всех стилей. Готические башенки нависали над многоярусными, как у пагоды, крышами, скопированными с китайского павильона принца Уэльского в Брайтоне, контрастируя с фасадом в индийском стиле и греческими колоннами. Перед входом была размещена, наверное, тысяча факелов, пылавших как полуденное солнце.
Элисия ахнула, не веря своим глазам.
— Да, подавляющее зрелище, — сухо заметил Алекс. — Все это весьма помпезно, а днем выглядит еще хуже. Первоначально здание было небольшим барским домом, который сквайр купил несколько лет назад и перестроил. Как видите, он не думал о цене… или о стиле. Однако, миледи, это еще не последнее потрясение.
Чарлз Лэктон высунулся в окошко кареты, изогнув шею, как журавль. Затем он втянул ее назад и ошелом-ленно уставился на спутников.
— Поверить не могу! Фантастика! Я видел обиталище принца в Брайтоне, но это… это, как побывать в Китае! — восторженно воскликнул он.
