приносили! Но куда там… такая толпа собралась, чуть повозки не разнесли! Пришлось отдать деньги, лишь бы утихомирить их. Иначе бы нас там просто растерзали.
Я стою, оглушенная. В голове не укладывается. Сначала ажиотаж, потом паника и возвраты… Почему? Что не так?
— Но ты выяснил, в чем дело? — голос дрожит. — Может, мази испортились в дороге? Или какая-то аллергия у них пошла?
— Да выяснял я, леди, как не выяснять! — горько усмехается Борн. — Долго допытывался у тех, кто поспокойнее был. Оказалось… как только по первому городу слухи пошли про вашу чудо-косметику, так тут же кто-то другие слухи распускать начал. Злобные.
— Это какие? — напряженно спрашивает Тиарен — Расскажи подробней.
— Будто товары ваши… прокляты, — понижает голос Борн, оглядываясь по сторонам. — Будто пудра эта безопасная со временем лицо струпьями покрывает, а от мазей морщины новые появляются, да такие глубокие, что старухи столетние краше кажутся!
— Что⁈ — выдыхаю я. У меня темнеет в глазах от возмущения.
Проклятье⁈ Струпья⁈ Болезни⁈
Это… это какой-то бред сивой кобылы! И такой наглый, такой отвратительный!
Чувствую, как кровь приливает к лицу, кулаки сжимаются сами собой. Это же клевета чистой воды! Грязная, подлая ложь!
— Вот оно, — тихо произносит Тиарен рядом. На его лице нет удивления, только мрачная уверенность. — Именно этого я и опасался. Местные лекари и маги-целители. Почувствовали угрозу своему заработку и решили действовать… самыми грязными методами. Конкуренция, леди Айлин. В худшем ее проявлении.
— Но как же так⁈ — я почти кричу, не в силах сдержать возмущение. Меня трясет от несправедливости. — Это же подло! Гнусно! У меня и в мыслях не было лишать их куска хлеба! Я просто хотела дать шанс тем, кто не может позволить себе дорогую магию! Чтобы обычные женщины тоже могли быть красивыми, чтобы простые люди могли лечить свои болячки доступными средствами! А они… они вот так⁈
Хочется топать ногами и ругаться последними словами. Какая же мерзость!
— И что теперь делать? — выдыхаю я, вновь взяв над собой контроль и поднимаю на Тиарена вопросительный взгляд.
Он пожимает плечами, лицо непроницаемо.
— Варианты есть всегда, — спокойно говорит он. — Можно попытаться продавать только в тех местах, где нет сильных гильдий целителей. В таких же небольших поселениях как наш Нортвуд. Можно заручиться поддержкой какого-нибудь влиятельного лорда или леди, чтобы они публично одобрили нашу косметику. А можно… ответить им той же монетой. Собрать компромат на этих целителей и ударить по их репутации.
Я слушаю его, и голова идет кругом. Каждый вариант кажется сложным, рискованным. Но что-то делать надо. Нельзя же просто так сдаться!
Ладно, с этим мы разберемся отдельно.
— Значит… ты привез всю эту косметику обратно? — спрашиваю я Борна, пытаясь собраться с мыслями.
Торговец снова мнется, отводит взгляд.
О, нет. Только не говорите, что есть еще что-то.
— Э-э-э… леди Айлин… тут такое дело… — начинает он запинаясь. — Пришла пора рассказать и вторую новость.
Внутри все холодеет. Предчувствие чего-то очень плохого сжимает грудь ледяными тисками. Ну что еще могло случиться⁈
— Говори уже, Борн! — почти стону я.
— В общем, — он откашливается, — Как я сказал, в каждом городе была паника, возвраты… но где-то больше, где-то меньше. Кое-как нам все же удалось продать примерно половину косметики. Не так хорошо, как хотелось бы, но все же… А вот когда мы уже обратно ехали, в лесах, у Черного перевала… там место глухое, дорога узкая… на нас… напали.
— Что⁈ — вырывается у меня испуганно. Перед глазами тут же всплывают страшные картины: крики, кровь, разграбленные повозки… — Кто-нибудь пострадал? Борн, твои люди целы? Что они забрали? Деньги?
Мое сердце готово выпрыгнуть из груди от страха за людей и за нашу совсем уж небольшую выручку.
— Да в том-то и странность, леди! — качает головой Борн, и на его лице появляется недоумение. — Никто не пострадал! Нас окружили люди в масках, вооруженные до зубов. Мы уж думали — все, конец. А они… они даже денег не взяли! Ни медяка!
— Не взяли денег? — я удивленно моргаю. Страх немного отступает, сменяясь полным недоумением. — А что же тогда?..
— Они забрали всю оставшуюся косметику, — разводит руками Борн. — Подчистую. Все горшки с мазями, все шкатулки с пудрой. Пригрозили оружием, велели отдать все без звука. Мы и отдали… а они просто исчезли в лесу.
Я стою в полном ступоре. Разбойники, которые грабят не деньги, а… крем для лица и пудру? Это что за робин гуды от индустрии красоты⁈
— Зачем? — не могу сдержать я изумленного смешка сквозь остатки страха. — Зачем разбойникам столько косметики? Самим мазаться? Решили устроить бьюти-день в своем лесном логове? Может, они еще и маски из глины делать будут?
Но Тиарен рядом не улыбается. Его лицо становится еще более серьезным, почти зловещим.
— Боюсь, леди Айлин, — тихо произносит он, и от его тона у меня по коже бегут мурашки, — Дело тут совсем не в желании разбойников улучшить цвет лица.
— А в чем же? — спрашиваю я и по угрюмому лицу Тиарена понимаю, что ответ мне ой как не понравится….
— В том, что их наняли, — роняет Тиарен.
— В смысле наняли? — переспрашиваю я, чувствуя, как возмущение снова закипает во мне с новой силой.
— Ну вот так, как вы, вон, Борна наняли, так же и их наняли, — кивает Тиарен. — Я на сто процентов уверен, что украли они нашу косметику не для себя. Вариантов два, и оба плохие. Либо их наняли, чтобы уничтожить все до последнего горшка, чтобы наши товары больше никому не достались. Либо… — он делает паузу, глядя мне прямо в глаза, — … чтобы украсть наши рецепты. Изучить состав. А может быть, даже подделать, добавив в мази настоящий яд или какую-нибудь гадость, чтобы потом «доказать» правоту тех слухов о проклятии. Чтобы окончательно уничтожить нашу репутацию.
Я смотрю на Тиарена, и слова застревают в горле. Холодный ужас смешивается с обжигающей яростью.
Это уже не просто грязная конкуренция. Это… это война. И ставки в ней, похоже, гораздо выше, чем я думала.
— Борн, спасибо тебе и твоим людям, — наконец выдавливаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Вы сделали все, что могли,
