воспользовались вами в качестве подсадной утки? Или козла отпущения?
Осознав, в каком русле пройдет эфир, Фенрир расслабился и позволил себе получить максимум удовольствия от участия в шоу:
– Такого ощущения у меня нет. Ольга, вся моя сознательная жизнь, начиная с получения паспорта, прошла в стенах «Феникса». Ну, возможно, за исключением пары лет. Об этой компании я знаю все. Буквально. И до того, как мне предложили занять место гендира, я успел поработать на нескольких должностях.
– И в должности наемника? – глаза Островской заискрились от восторга.
– Соответственно, – Андрей лениво изогнул бровь.
– Что он делает? – прошептала Лера, сжимая пальцами стакан с виски.
– Играет по своим правилам, – хмыкнул Морок, ощущая настроение Фенрира через экран.
– Я не ослышалась? – Ольга расплылась в кошачьей улыбке.
– У меня нет проблем с дикцией.
– И чьими приказами вы руководствовались в ходе работы наемником?
– Приказами моего командира.
– То есть командиром были не вы?
Фенрир усмехнулся, иронично качнув головой, словно ему приходилось объяснять глупенькой девочке элементарные вещи:
– Нельзя прийти в армию, даже в частную, сразу с генеральским званием. Все начинают с рядовых. И я не исключение.
– Ммм… Один – ноль, – промурлыкала Островская, но тут же попыталась нанести второй удар: – И вы готовы подтвердить, что ваша частная армия работает по указке Министерства обороны? В двадцать первом веке? В цивилизованной стране?
– Только с одним условием, – прищурился Андрей.
– Пойдука я все-таки в ванную, – обреченно пробормотала Лера, попытавшись встать с дивана.
– Я должен умереть от сердечного приступа в одиночку? – расхохотавшись, Денис ухватил ее за запястье и усадил обратно, обняв за плечи.
– Сперва вы, Ольга, сходу назовете мне три прогрессивных цивилизованных страны, имеющих значительный политический вес на мировой арене, которые НЕ взаимодействуют с частными армиями.
Журналистка дернула подбородком и будто бы действительно задумалась над ответом. Фенрир снова улыбнулся ей и начал перечислять:
– «Сильвер уинд», «Лу да силь», «Айзерне фауст», «Блэк пэтрон», «Канзонэ де ла мортэ», «Кхэй Лоун» – и это только те ЧВК, которые постоянно на слуху. И да, они работают в плотной связке с правительствами, как вы говорите, цивилизованных государств. Думаете, Россия стала исключением?
В попытке отбиться Ольга зашла с другой стороны:
– Почему нужно обязательно руководствоваться худшими примерами? Мы постоянно слышим от наших политиков об особенном пути России, о ее высшем предназначении. Получается, это все – вранье?
– Ни в коем случае, – Фенрир, не отрывая взгляда от Ольги, подхватил бутылку с водой и продолжил говорить, одновременно справляясь с крышечкой: – Есть одно принципиальное отличие между большинством западных ЧВК и ЧВК с Востока. И оно меняет угол оценки на сто восемьдесят градусов.
– Какое же?
Контролируя периферическим зрением бутылку, воду и стаканы, Андрей с иронией закатил глаза, чем заставил улыбку Ольги померкнуть.
– На Западе, да будет вам известно, ЧВК являются подразделениями частных оборонных предприятий, единственная политическая цель которых – мощное оружейное лобби. Как внутри государства, так и за его пределами. Бизнес, ничего личного. Чтобы производство винтовок, автоматов, дронов, броневиков и прочей военной техники было выгодным, нужны рынки сбыта. Поэтому владельцы ЧВК зачастую выступают конечными бенефициарами большинства военных конфликтов на нашей планете.
– Боже, я надеялся на разрывное интервью, а тут урок геополитики от Давыдова-младшего… – Морок изобразил зевок и еще крепче обнял Леру, неподвижно наблюдавшую за перепалкой между Островской и Андреем.
– Мне кажется, вы уходите в демагогию и серую мораль, Андрей. Военный конфликт – это всегда катастрофа для мирного населения. И без разницы, кто оказывается инициатором.
Отпив воды, Фенрир прибавил взгляду агрессии:
– Если вы искренне так считаете, то вы, мягко говоря, не настолько умны, как пытаетесь казаться. Если же лукавите, то ваше лицемерие не делает чести российской политической оппозиции.
– А вы на полном серьезе считаете, что война – это хорошо? – Ольга, почувствовав, что теряет лидерство в диалоге, задала вопрос жестче и демонстративно скрестила руки под грудью.
– Милая попытка, – Андрей наоборот раскрыл позу, уверенно опустив ладони на подлокотники кресла. – Но не нужно уводить диалог от незаконченной мысли. И нет, я не считаю, что война – это хорошо. Однако вопрос об инициаторе и выгодоприобретателе любой заварухи, локальной или масштабной, принципиален. Потому что частное лицо всегда преследует личную финансовую выгоду. Бизнесмену-оружейнику по большому счету нужно лишь продавать партии своего товара максимально долго и по высокой цене. А государство вынуждено учитывать не только и не столько финансы, сколько в целом перспективу своего дальнейшего существования и независимости. И фундаментом для этого является…?
– Настроение элит, – процедила Островская.
– Мимо. Демографическая ситуация в стране, Ольга. Электорат. Экономически активное население. Женщины детородного возраста. Половозрелые мужчины.
– По-моему, Андрей, вы идеализируете этот вопрос. Никто никогда не интересовался мнением населения по поводу начала очередной войны.
– Я понял. Вы пытаетесь сделать из меня идиота, – Фенрир хрипло расхохотался.
– С чего вы взяли?
– С того, как ловко передергиваете каждый мой ответ на ваш вопрос. Если не понимаете, что я имею в виду, попробуйте эффективно вести войну, имея в запасе население, состоящее из детей и стариков. Ваши элиты завалят вас оружием до небес, но оно окажется бесполезным, если некому будет нажимать на курок.
– Температура в студии активно повышается, – Ольга улыбнулась на камеру. – Давайте вместе выдохнем и уйдем на двухминутную рекламу.
– А он хорош… – Денис скривился в довольной ухмылке. – Правда Островская жаждала шок-контента, а не окунания ее лицом в собственную недалекость.
– Моцарт в курсе? – Лера его настроение не разделяла, оставаясь натянутой, словно тетива.
– Вряд ли.
– Собственно, как и президент?
– Да. Но он нас, сама понимаешь, беспокоит в последнюю очередь.
– Даже находясь под колпаком у ФСБ, он все равно подкинет «Фениксу» лишних проблем.
– Лера. Ну какие могут быть проблемы у человека и компании, если все, что мы пока видели, – позорный провал Островской и патриотическая риторика Андрея? Выдохни и наблюдай.
– Зря вы не взяли никого в напарники, – хмыкнул Фенрир, цинично разглядывая негодующее лицо Островской. – Любой военный эксперт был бы счастлив завалить меня в эфире самого известного оппозиционного СМИ.
– В следующий раз так и сделаю, – Ольга отпила воды и легкими движениями подправила макияж губ.
– Двадцать секунд! – предупредила администратор.
– О чем поговорим во втором раунде?
– О том, в
