гостиной.
Я не оборачиваюсь. Моё сердце снова разбито. Он открылся мне так, как никогда не открывался, и всё же я одна. Я слышу, как он вздыхает и хватает ключи от машины, закрываю глаза, по моей щеке скатывается слеза. Входная дверь с грохотом захлопывается. Он ушёл. Я выключаю свет, жалея, что не могу так же выключить своё сердце. Я была готова бороться за него, дать ему время, необходимое для того, чтобы открыться. Но Аарон охотно принимает то, что ты ему предлагаешь, он не боится добиваться того, чего хочет. И он не боится уйти, когда получает желаемое. Ничего больше. Не меньше.
Я погружена в свои мысли. Кошмары моего прошлого начинают возвращаться ко мне. Слёзы моей матери после того, как ей разбили сердце, предупреждающие меня никогда не влюбляться. То, как мой отец бросил меня, когда я плакала на земле после падения с дерева. То, как Стефан использовал меня.
Они все бросили меня.
Я всё глубже погружаюсь в своё разбитое прошлое, пока не чувствую, как кто-то уводит меня от моих призраков.
Аарон стоит позади меня. Он забирается под мои простыни и прижимает меня к себе, притягивая ближе к своей груди, окутывая своими защитными объятиями. Он не ушёл. Аарон боролся со своими демонами, чтобы остаться, быть рядом, когда я нуждалась в нём. Впервые в жизни я чувствую себя в безопасности, как будто кто-то здесь, чтобы поймать меня. Он не бросил меня. Не то что остальные.
— Что ты делаешь? — шепчу я.
— Понятия не имею. — Он прижимает меня ближе к своему сильному телу, и все мое тело согревается от его прикосновения. — Все нормально?
— Это более чем нормально.
Это доказывает, что я не такая уж незначительная. Он впускает меня в свою близость.
Мы переплетаем наши пальцы, наши ладони у меня на ключицах, другая его рука у меня под головой. Я чувствую его дыхание на своей шее, прежде чем он нежно целует меня в затылок. Простое объятие согревает моё сердце, этот восхитительный момент навсегда запечатлён в моей памяти. Он ещё крепче прижимает меня к себе, соединяя наши тела, словно боится отпустить. Сколько бы времени это ни заняло, я буду ждать его. Мы исцелимся. Его большой палец ласкает мои пальцы и верхнюю часть груди, прежде чем по всему моему телу пробегают мурашки.
Моё сердце принадлежит ему. Он может разорвать его на части, разбить, оно принадлежит ему так, как никогда никому не принадлежало.
— Это приятно, — шепчет он, засыпая. — Чувствовать тебя в своих объятиях, — медленно добавляет он.
— Я твоя. — Я улыбаюсь, закрываю глаза, наслаждаясь нашим моментом.
— Я не отпущу тебя.
Он просовывает руку мне под топ, чтобы погладить мою грудь, и обхватывает ее, в то время как его другая рука все еще переплетена с моей. Для нас обоих это впервые. Близость, которой мы так долго боялись, но которая была нам нужна всё это время. Наши большие пальцы ласкают кожу друг друга, и я засыпаю в его объятиях, зная, что назад пути нет.
Он показывает мне, что тоже мой.
Я внезапно просыпаюсь посреди ночи.
Аарон болезненно сжимает моё тело, сильнее притягивая его к себе, причиняя мне боль своей крепкой хваткой. Я хватаю ртом воздух, не в силах отстраниться. Прошу его не держать меня так крепко, но он не отвечает. Пытаюсь отстраниться, но он продолжает прижимать меня к себе. Что-то не так. У него вспотели ладони. Его тело сотрясает дрожь. Он тяжело дышит и стонет что-то невнятное.
Пытаюсь успокоиться, когда понимаю, что ему снится страшный сон.
Наконец мне удается оторваться от него и поспешно включить свет. Я замечаю красную отметину от его хватки на моём запястье и чувствую, как у меня замирает сердце. Ему снится кошмар, ужасный кошмар. Он хмурит брови, на его лице застыла маска ужаса. Аарон весь в поту и мечется по кровати. Я никогда его таким не видела.
— Не оставляй меня с ним. Не бросай меня, — кричит он, его дыхание учащается и становится прерывистым, он сильно трясёт головой.
Хватает простыни, которые лежат вокруг него, а я стою и не знаю, как реагировать. Я в панике и пытаюсь позвать его, но чем больше говорю, тем сильнее ему, кажется, больно, он борется с чем-то, сжимая кулаки. Мне страшно видеть, как он сталкивается с такими угрожающими и пугающими ужасами. Я хочу помочь ему, но не могу дотянуться до него — как будто он застрял в подвешенном состоянии.
— Остановись, папа… нет… — Он продолжает повторять это, умоляя остановиться. Его отца? Что происходит?
Я трясу его, умоляя проснуться.
— Аарон, пожалуйста, проснись! — Я кричу в ужасе, вероятно, делая всё не так.
— Да, папа. Да, я проснулся. А теперь, пожалуйста, прекрати, я...
Он хмурит брови, его веки и губы дрожат. Все, что я вижу, — это испуганный ребенок, застрявший в своем собственном аду.
Я не могу этого вынести. Прижимаюсь к его груди, пытаясь обнять его, поцеловать, сделать что угодно, лишь бы он проснулся. У меня нет опыта, я никогда не видела, чтобы у кого-то были такие жестокие воспоминания. У меня было несколько кошмаров о Стефане, но ни один из них не был таким ужасным, как его. Аарон, вернись ко мне. Чем ближе я к нему, тем больше вижу, как его ужас превращается в яростную ненависть.
— Аарон, пожалуйста.
— Не прикасайся ко мне! Я не хочу... — Он яростно хватает меня за запястья и продолжает спорить со своими демонами.
Я продолжаю повторять, что это я, что ему нечего бояться, но он не слышит меня, не верит и сжимает меня еще крепче. В этот момент я понимаю, что в прошлом Аарона было нечто большее, чем смерть его брата. Это череда трагических событий, которые преследуют его. Разбивают ему сердце. Я чувствую его боль. Я чувствую его страх. Это не то, что я могла себе представить, это не то, что может выдержать нормальный человек. Я понимаю его потребность в контроле, его потребность забыть, его потребность ни с кем не сближаться.
Отпускаю запястья, поворачивая его наружу, а затем беру его лицо в ладони и умоляю проснуться. Я хочу положить конец его мучениям, но при приближении моих рук он резко отталкивает меня с кровати. Я падаю на ковёр. Я в растерянности. В замешательстве. С разбитым сердцем.
Он хватает ртом воздух и вскакивает с кровати. Оглядывается по сторонам, его глаза
