а пока наладил какую-никакую защиту, проверил, как идёт энергия. Пока всё работало нормально, но циркуляция магии в королевстве давно уже беспокоила. Причём совершенно непонятной была причина сбоев. А ещё Эйтала всерьёз удивляло то, что соседи через океан, похоже, с подобной проблемой не сталкивались. Он начал всерьёз размышлять об этом после новости о появлении там Серебрящегося Древа и его предстательницы. До того ещё допускал, что там могут просто ловко скрывать свои беды.
Но и теперь становилось понятно, что Равнина вступает в период магического благоденствия. Новости распространялись стремительно: Древо через свою служительницу пообещало наделять мужчин магией и сделать их равными дракам. Чем была продиктована такая щедрость Вселенской Силы к обитателям соседнего материка, трудно было понять. Стоило ли заподозрить, что дело тут не в заслугах мужчин соседних государств, а в могуществе иномирянки, доставшейся в мужья Кристальному принцу? Эйтал задумывался и об этом. Ещё и потому он мечтал взглянуть на неё вживую. В смысле, такова была вторая причина. Первой, конечно, оставалось желание спасти жену.
Именно потому, решившись, он уселся за написание письма его высочеству Иоилю. Строго говоря, отправлять ему личное послание через голову правящего брата было категорически нельзя, поступок выглядел чуть ли не как непочтение и отказ повиноваться своему императору. С другой стороны, сам представитель Кристальной династии не мог знать о том, что император говорил своему брату, что разрешал и что запрещал. Так-то принц принцу вполне может отправить письмецо.
Чем Эйтал и воспользовался. Он выражал полное понимание, что его высочество не отпустит к ним супругу в таких опасных обстоятельствах, и умолял его попросить её высочество Вевею по малости вопросить Древо о судьбе Лары. Хоть что-то. Хотя бы не угрожает ли ей смерть именно сейчас и не подвергают ли её мукам, здорова ли она. Умолял и предлагал договориться о цене такой помощи с ним лично. Он готов на многое, что не будет во вред его семье и королевству. И в любом случае будет чувствовать себя обязанным.
После чего запечатал конверт личным кольцом и отправил магическую птицу, напитав её чарами лично. Так, чтоб уж с гарантией долетела до адресата и потом смогла вернуться обратно, пусть бы даже и с отказом.
Отряд подошёл вовремя и с весточкой от Райнера, тот сообщал, что держит оборону на севере, и оттуда можно не опасаться атаки. Ему бы не помешала помощь брата, магия не всегда повинуется так, как хотелось бы, но пока соваться ему в те края с малым сопровождением опасно. Он сообщит, когда будет пора. И пусть младший спокойно работает, у семьи всё под контролем.
Эйтал взбесился бы, если б не ощущал себя таким измотанным. Хорош контроль, если правящий род не способен отыскать жену одного из принцев и развесить на столичной стене всех, кто причастен к её похищению! Гадство! Тоска прижимала к земле, но ярость не давала пропустить мимо ушей и глаз всё то, что болезненно царапало. Так что он лишь зло оскалился и занялся делом. Даже в ответ не отписался. Да и зачем. Брат и так будет знать, что сообщение добралось.
Значит, предстояло взять под контроль всю энергетическую сеть юга и передать её в руки королевских чародеев. До двух узлов он доберётся без проблем, третий может оказаться в руках мятежников, но проблема решаема. Пока наблюдал за тем, как ему седлают коня, пока вёл его на побережье, к месту, откуда легче всего было открыть свободный переход, вспоминал формулы, как через две точки магического пространства воздействовать на третью. Сил и времени уйдёт много, но он сможет.
На привале пришлось связываться со старшим братом, тот настойчиво требовал. Эйтал даже обеспокоился, не ухудшилась ли ситуация в столице.
— Как ты? — первым делом спросил Ариавальд. — Отошёл?
— Я готов действовать.
— Знаю. Всегда верил в тебя. Надеюсь, ты не ринешься против всех договорённостей на поиски супруги?
— Мы договорились. Я отправляюсь заниматься магией юга. Всё будет готово к сроку. Обещаю.
— Хорошо. Но мне интересно, зачем ты отправил сообщение на побережье?.. Ну а как ты думал? Я должен быть в курсе всего. Тем более действий своих ближайших родичей. Тем более сейчас.
— Ты что, всерьёз думаешь, что я могу тебя предать?
— Нет. Уверен, что нет. Но в чём я там уверен, значения не имеет никакого. Я правитель. Мои личные симпатии и антипатии значат меньше, чем дуновение ветерка. Я обязан действовать так, как должно, и мне приходится следить за всеми моими братьями, за женой и даже за детьми. Самому противно. Но что сделаешь? Жить с открытой душой может себе позволить разве что простолюдин, который только за свою семью и отвечает. Самое худшее, что случится с ним — он погубит себя и свою семью. И только. А я? Всё государство целиком, государство и его будущее. Сам понимаешь.
— Понимаю, — скрипнул зубами Эйтал.
— Так о чём ты написал на побережье?
— Просил сообщить, нет ли в каком-нибудь из портов следа моей жены. Я очень боюсь, что её могли увезти из империи.
— Так. Ты берёшься распоряжаться моими ресурсами?
— Ни в коем случае. Это лишь небольшая просьба о содействии.
Король качнул головой.
— Ты должен был со мной посоветоваться. Спросить разрешения. Ты понимаешь, как это выглядит? Осознаёшь, что натворил?
— Если мой поступок повлечёт нехорошие толки и разброд среди служак побережья, эту проблему будет легко решить. Бросишь меня в темницу, а от себя сообщишь, что я пошёл против тебя и дозволения на такие инициативы не получал.
— Думаешь, я бы хотел такого исхода?
— Не знаю, брат. Правда, не знаю.
— Ну хватит делать из меня чудовище! В самом деле! Я и сам обеспокоен судьбой твоей жены! — Чувствовалось, что король по-настоящему зол. — Не представляю, как нужно это сказать, чтоб ты поверил, упрямый осёл! Но нет возможности, бесы тебя растерзай! Нету! Если нас свергнут и перебьют, твою Лару вообще никто не спасёт, как ты не понимаешь?!
— Я понимаю. И буду делать то, что должно.
— Оно и видно. — Ариавальд потихоньку остывал. — Ладно. С каким узлом будешь работать в первую очередь?
— С алокским.
— Хорошо. Действуй.
— Мне сейчас кажется, что замыкать всю энергетику королевства на одного меня было ошибочным и опасным шагом…
— Сейчас-то чего рассуждать!.. Э, или ты помирать собрался? Не вздумай! Запрещаю.
— Слушаюсь, ваше величество.
— Вот и хорошо.
Закрыв связь, Эйтал лишь вздохнул. Другого и не следовало ожидать. И надо было бы порадоваться, что брат обошёлся простым укором, мог и жёстче выговорить. Но
