зависали вместе.
Закрываю дверь и перехватываю веселый взгляд котенка. Она смотрит вслед парням. Я сгребаю ее в охапку и выдыхаю в пахнущую клубникой макушку, вкладывая в свои следующие слова всю тяжесть мира, сообщаю:
– Ты только что сделала огромную ошибку, впустив этих двоих в наш дом, детка.
– Почему? – с любопытством задирает она свой носик.
– Потому что теперь мы их хер выгоним!
Аврора смеется, запуская по моим рукам те самые пресловутые мурашки. Обнимает меня за шею и легонько чмокает в губы, заговорщицки прошептав:
– Выгоним. Или, в крайнем случае, просто сбежим…
– Бей ее, Сот! Бей! – рычит Раш, уставившись в телик и активно мутузя кулаками воздух.
– Черт, да не ори ты! – выругивается Ник. – Я постоянно теряю эту долбанную кнопку подсечки! – ворчит и лихорадочно тыкает по всем кнопкам на джойстике, окончательно провалив свой раунд.
– Еще два удара, и я отправлю тебя в нокаут, – нетерпеливо ёрзает попкой Аврора, забавно высунув кончик языка.
Я сижу в стороне от этого тройного умопомешательства, с банкой пива в руке и в шоке наблюдаю за своей девушкой, которая уже два часа режется с парнями в игрушку на приставке. Сначала котенок не могла врубиться, как управлять виртуальным бойцом. Но когда врубилась… Туши свет. Пацаны посыпались. И я на сто процентов уверен, что эти олухи ей ни капли не поддаются. Они просто настолько очарованы ей, что создается ощущение, будто их руки растут из задницы. Хотя, возможно, так оно и есть?
Я, вздохнув, делаю глоток пива. И смотрю, как ловкие пальчики Авроры умело порхают по клавишам, обрушив на бойца Никитоса целый каскад мощнейших ударов. Ее взгляд полностью сосредоточен на телике. Она залезла на диван с ногами, подогнув их под себя, и сейчас едва не подскакивает. Жестко лупит по кнопке. Красная линия жизни Соты махом отлетает почти до ноля. Котенок наносит еще один сокрушительный хук, и по гостиной разносится звук гонга. Раунд закончен. На экране вылетает табличка «игрок один – вы проиграли».
– Я сделала это! – выкрикивает мой котенок, победно вскинув руки.
Я хмыкаю, отбивая своей королеве видеоигр «пять».
Ник, психанув, откидывает джойстик и стягивает из коробки кусок пепперони, заявляя:
– Сегодня просто не мой день.
– Не кисни, – подбадривает его Трошин, – наш с Савой раунд. Сейчас на нем отыграемся.
– Зайка, – протягивает мне джойстик Аврора, – не вздумай оказаться в нашей паре слабым игровым звеном, – чмокает меня в щетинистую щеку. – Я в тебя верю!
– Ну, а если я вдруг чисто случайно проиграю? – интересуюсь я.
– То на ближайшую неделю ты спишь на очень удобном диване в гостиной. Я что, зря старалась? На кону мои желейные мишки. Мы не имеем права их проиграть!
Мужики гогочут.
Я закатываю глаза.
– Я куплю тебе новых, котенок.
– Дело не в мишках, Глеб! – в ужасе округляет глаза Рори. – А в принципе!
– Кто-то у нас тут слишком азартный, – посмеиваюсь я. – Поцелуй на удачу, – вытягиваю губы, пока Раш запускает новый раунд.
Аврора, хихикнув, прикрывает нас своей крохотной ладошкой и невинно целует меня в губы. Марк с Никитой громко выражают свое недовольство улюлюканьем. Я запускаю в их сторону диванной подушкой. Начинается «хрен-знает-какой» раунд в этой «хрен-знает-сколько-еще-длящейся» игре за гребаные мармеладки. Блин, нам троим уже за тридцатник, а наша ставка – желе. У вас нет ощущения, что крохотная Аврора крепко взяла за яйца не только меня одного?
Пока мы с Рашем, переругиваясь, фигачим друг друга. Аврора вскакивает и бежит на кухню, где в пароварке доходит форель, а в духовке овощи. По всей квартире разносятся удивительно аппетитные – для еды, приготовленной без капли масла – ароматы. Мой желудок жалобно подварчивает. И я, отвлекшись, пропускаю серию ударов от Раша, теряя всё свое преимущество.
– Всё, поплыл мужик, – радостно потирает ладони Ник. – Добивай его!
– Ща всё будет, – хмыкает Трошин.
В дверь раздается стук. Я удивленно кошу взгляд на котенка.
– Детка, ты кого-то ждешь? – спрашиваю, отбивая очередное нападение друга.
– Нет, а ты? – ставит она противень на стол, стягивая варежки.
– Вся моя головная боль уже сидит на нашем диване.
Ник запускает в меня подушкой.
Я ловко перехватываю ее на подлете к лицу.
Аврора посмеивается, топая в сторону прихожей, говорит:
– Я открою.
А едва девчонка покидает гостиную, уже Ник бросает тихо:
– Мужик, я за тебя чертовски счастлив. Правда. Генеральская дочка – классная девчонка!
– Знаю, – заявляю гордо. – Я чертовски везучий ублюдок.
– Теперь понимаю, какого хрена ты так за нее в клубе уцепился. Такую, если не оберегать, глазом моргнуть не успеешь – уведут.
– Именно, – подтверждаю я. – Проклятье! – выругиваюсь, получая по своему игроку смертельный удар и улетая в нокаут. – Ты меня отвлек! – пихаю друга в плечо. – Я из-за тебя залажал! Ник с Рашем победно отбивают друг другу кулаками. – Всё, пиздец, теперь мне придется спать на этом отвратительном диване. Нах вы вообще со своей игрой приперлись? – бурчу беззлобно.
Мужики радостно подкалывают меня, закидываясь арахисом и чипсами. Я запиваю горечь своей победы светлым нефильтрованным, исподтишка показывая этим умникам средний палец. Обещая им вздрочнуть их на базе, уложив лопатками на маты в тренировочном бою. Переругиваемся шутливо, пока не слышим приближающиеся шаги и Аврорино:
– В нашей компании пополнение.
Оборачиваюсь. Котенок не одна. Рядом с ней в черных обтягивающих секси джинсах и красной водолазке стоит та самая «подруга», с которой они отрывались в ночном клубе. Ира, кажется? Девушка сканирует меня и Раша своими внимательными глазами, а встретившись взглядом с ухмыльнувшимся Никитосом, корчит гримасу.
– И ты здесь, – морщит свой аккуратный носик, – подполковник Никита Александрович.
– Рад, что ты запомнила, детка. А вот я тебя не очень. Напомни-ка, как тебя зовут? – не остается в долгу Ник, вальяжно отваливаясь спиной на спинку дивана.
– Твой ночной кошмар, детка, – складывает руки на груди Ирина.
Мы с котенком переглядываемся. Я читаю по ее губам «упс» и пожимаю плечами, мол: кто знал. Атмосфера быстро накаляется. Эти двое до сих пор продолжают бодаться взглядом, да такими, словно за их плечами десять лет брака и вагон взаимных претензий. Даже Раш затыкается, тактично придерживая свои извечные шуточки.
Первой нарушает установившуюся тишину котенок:
– Кхм-кхм, – откашлявшись, привлекает к себе внимание, – мужчины, это Ира. Прошу любить и жаловать!
– Любить – это вряд ли, – выдает Ник.
Я пинаю его по голеностопу, чтобы заткнулся.
– Ирусь, – ни капли не смутившись, продолжает Аврора, – это Марк и Никита – друзья и коллеги Глеба.
– Зови меня просто Раш, – салютует двумя пальцами Марк. – Привет, красотка!
– Оу, хоть один из твоих друзей вполне себе милый, – говорит мне Ира. –
