Привет, Раш! Глеб! И тебе, угрюмый злой подполковник, тоже не чихать! – бросает, улыбаясь, от чего на ее щеках появляются ямочки.
Мы с Трошиным расплываемся в улыбках. Никитос отводит взгляд и поправляет воротник своей футболки, будто он ему резко начинает давить. Наш командир явно почувствовал себя не в своей тарелке.
– Я рада, что вы все подружились! – добродушно закрывает глаза на напряжение между Ирой и Никитой моя наивная малышка и, хлопнув в ладоши, спрашивает: – Кто голодный? – в гостиной тут же взлетает четыре руки. – Класс. Обед уже готов. Глеб, поможешь мне накрыть?
– Конечно, котенок. Держи, подруга, – поднимаюсь с места, передавая джойстик в руки вновь прибывшей, – сейчас как раз раунд Никитоса и Авроры. У тебя есть классный шанс ему навалять, – говорю шепотом, подмигивая.
Ира понятливо хмыкает и, воодушевившись, плюхается на диван по левую руку от Сотникова. Деловито закатывая рукава, заявляет:
– Предлагаю вам, Никита Александрович, по-джентльменски сразу сдаться.
– Мы же выяснили, что я ни хера не джентльмен, – напоминает ей Ник, запуская новый бой.
– Ну, окей. Значит, ты сам напросился. Я честно пыталась.
– Что?
– Спасти твою репутацию, здоровяк.
Мы втроем хохочем, пряча свое веселье за кашлем.
– Мне эта девчонка уже нравится, – заявляю я. – Этого самовлюбленного болвана уже давно пора было встряхнуть, – добавляю, когда мы с котенком отходим от ребят, у которых уже во всю начался спарринг. Причем не только виртуальный, но и диванно-словесный.
– О, это Ира умеет! – хихикает Рори, доставая тарелки из шкафа.
– Как думаешь, они у нас там не подерутся в реале?
– Да нет, – отмахивается моя принцесса. – Вот увидишь, к концу вечера они еще подружатся. Обязательно!
Дружбы у Ника и Иры не случается. Вот сюрприз, правда? Вопреки уверенности котенка, эти двое разве что не бросаются друг на друга в этот день. Не упускают ни одной возможности друг друга подстебнуть, отпуская колкие фразочки и едкие замечания. По итогу ближе к вечеру обстановка только больше накаляется. И едва мы с котенком выпроваживаем своих друзей и остаемся в квартире в блаженной тишине, не сговариваясь, решаем, что нам жизненно необходима расслабляющая ванна на двоих. Срочно!
Аврора бахает в набирающуюся воду столько пены с громкоговорящей этикеткой «антистресс», что она едва не накрывает нас с головой. Я разваливаюсь, укладывая руки на бортики. Котенок устраивается у меня между ног, провокационно елозя своей пятой точкой там, где у меня все моментально из расслабленного состояния переводится в боеготовность.
– Глеб, твои длинные ноги не влезают! – хлопает она меня ладошкой по коленке, торчащей над пенной водой.
– Это потому что твоя маленькая задница заняла все свободное пространство, – парирую я, щипая ее за бедро.
Котенок взвизгивает и дергается, поднимая волну брызг. Отвечает мне легким шлепком по руке. Я кусаю ее в плечо. Она дует в мою сторону пеной. Я рычу и под ее визг затягиваю скользкую малышку к себе на колени. Между нами завязывается ожесточенная битва! Мы смеемся, переругиваемся, брызгаемся и деремся, насколько позволяет узкая ванная, в которую я и один-то с трудом помещаюсь. Заканчиваем свою возню, с наслаждением присосавшись друг к другу губами. И этот неторопливый, сладкий поцелуй с привкусом мыла – поистине фееричное завершение сегодняшнего дневного пиздеца!
– М-м, я готов провести так целую вечность, – выдыхаю котенку в губы.
– Звучит как жизнь мечты…
В процессе нашей возни она оказывается сидеть на мне верхом, и сейчас ее крошечные соски с каждым вздохом все больше и больше заводят меня, потираясь о мою грудь. Она нежно скользит своими губами по моим губам, то ли просто дразня, то ли невесомо целуя. А ее мыльные ладошки слегка разминают мои плечи.
– Ты чего так напряжен? – шепчет котенок. – Устал?
– Скорее огорчен, что день, который мы могли провести в кровати и без одежды, пришлось разделить с компанией парней, с которыми я и так вижусь чаще, чем с тобой.
– Ну и бесконечно заниматься сексом мы тоже не можем! – хохочет она.
– Кто сказал? – поигрываю бровями, перемещая одну свою ладошку с ее попки на внутреннюю сторону бедра. И дальше. К заветному местечку, где, я уверен, уже горячо, мокро и все готово для меня.
– Нам как паре… нужно… м-м, социализироваться, – сбивается дыхание девчонки. – И-и чаще выходить из… дома…
– Правда? Куда?
– Например… в кино, о-о-ох… – выдыхает, когда один мой палец плавно скользит в нее.
– Хорошо, – улыбаюсь я. – Хочешь, в следующий выходной мы сходим в кино, – кусаю ее за подбородок. – Купим билеты на последний ряд.
– Почему на последний? – выдает малышка с придыханием, когда мой второй палец оказывается внутри.
– Потому что на последнем лучше всего целоваться.
– Гле-е-еб! – хохочет Рори, облизывая губы. – Ты опять все сводишь к сексу! – звучит почти возмущенно. И я даже почти ей верю. Почти! Потому что вопреки собственным словам Аврора плавно двигает бедрами навстречу моим пальцам, которые продолжают медленно трахать ее в воде. – У нас должен быть еще… какой-то… досуг… совместный, – выдает надрывно, – ну, кроме… а-ах… кровати!
– Диван? По-моему, он был неплох. Кухонный гарнитур вчера утром мне тоже понравился. А ванная? Чем тебе не совместный досуг?
Котенок качает головой с выражением: «да что с тебя взять, помешанный».
Я вздыхаю и возвращаю свои руки на ее более невинные части тела, просто обнимая.
– Прости, – говорю, – ничего не могу с собой поделать. Хочу тебя постоянно. Ты просто сводишь меня с ума. Но я буду сдержаннее, если тебя это напрягает…
– Да нет же, дурачок! – смущается Рори. – Я тоже хочу этого с тобой постоянно. Просто… иногда нам все-таки придется заниматься чем-то еще. Например, устраивать дружеские посиделки, чтобы наши друзья совсем про нас не забыли. Или выходить из квартиры, чтобы не сойти с ума взаперти.
– Принято, моя госпожа.
– Ну, а так как сегодня мы уже поставили галочку рядом с обоими пунктами… – хитро щурится котенок, медленно ползя ладошками вниз по моей груди, очерчивая каждую впадинку, – значит, можем слегка… – обхватывает пальчиками член под водой, – пошалить! – нежно касается головки, вышибая из моего тела душу.
Я стону, крепче вжимая ее в себя.
Она протестующе упирается ладошками мне в грудь, неуверенно говоря:
– Я… эм… мы можем попробовать что-то новое, – стреляет глазами вниз Рори и смущенно кусает свои губы.
У меня перехватывает дыхание. Что? Она сейчас намекает на…? Я готов взорваться уже просто от одной перспективы почувствовать ее рот там! Эти губы. Такие пухлые и упругие. Прохожусь по ним подушечкой большого пальца, спрашивая:
– Ты уверена? Ты не обязана… Я… Черт! Готов душу дьяволу за это продать! Но…
– Я
