проделанные действия. Это случилось ближе к вечеру, когда «солнце» уже клонилось к закату, а я, усталый до дрожи в коленях, стоял посреди вспаханной полосы и наблюдал, как мой «Плуг Мк. 2» (более пухлый собрат первой модели, катящийся в оранжевых лучах гаснущего кристалла) повторяет одну и ту же операцию раз за разом. Сначала я вручную провёл его вдоль поля: «вперёд», «стоп», «разворот», показывая, что конкретно я имею в виду под разворотом. Он прошёл полосу, остановился, развернулся. Затем я произнёс команду, которую репетировал мысленно уже несколько часов: «Повтори последнее действие пять раз». И он повторил. Медленно, неуклюже, с лёгким скрежетом в одной из опор (надо будет смазать шарниры), он прочертил первую борозду, развернулся, прочертил вторую, снова развернулся и так пять раз подряд, без единой ошибки, без единой заминки. Я стоял и смотрел на это, и в груди у меня разливалось чувство: смесь гордости, удивления и какого-то детского восторга. Моя машина работала. Моя машина была умной: настолько умной, насколько это вообще пока возможно для куска палена с бронзой внутри и сталью снаружи.
Заработало. Теперь робот мог запомнить действие и повторить его — это был огромный шаг вперёд по сравнению с первой версией, которая требовала постоянного контроля. Я попробовал пойти дальше: объяснить ему, что то, что он делает, называется «вспашка». Я произносил это слово медленно, с расстановкой, сопровождая его жестом в сторону вспаханной полосы: «Вспашка. Это — вспашка. Запомни: вспашка — это когда ты роешь землю плугом». Маг. бот стоял, чуть подрагивая от работы магического ядра, и его глаза-щели мерцали в такт моим словам. Он явно пытался обработать информацию: я почти физически ощущал, как внутри его деревянного черепа (если можно так выразиться) происходит какая-то сложная, магическая работа, но в итоге он просто развернулся и прочертил ещё одну борозду уже привычной ему длинны. Похоже, концепция «вспашки» как абстрактного понятия была для него слишком сложна. Но не беда, этого уже было достаточно для моих текущих целей, а дальше в ходе новых изысканий будут и новые открытия, и новые модели маг. ботов. А у этого малыша пока была новая задача, вспахать ещё раз поле, оставленное его предшественником. Необходимо было смешать землю со всем удобрениями, раскинутым ребятами, и приступить к вспашке новых участков.
Примерный внешний вид маг.бота «Плуг Мк. 1–2»
Глава 24
Защитные меры
Заниматься магическими разработками в области сельского хозяйства было, несомненно, увлекательно: наблюдать, как дощато-бронзовая машина, повинуясь твоей воле, перепахивает поле, оставляя за собой ровные борозды, в которых можно будет посеять озимые или высадить овощи по весне. Но не стоило забывать и об основной цели моих исследований. Хутор, наша маленькая ферма, разрастался: у нас были запасы, скот, инструменты и артефакты, и с каждым днём мы становились всё более заметной и, вероятно, всё более лакомой целью для разного рода нечистых на руку личностей, тем более, что мы жили в самого каря цивилизованного мира, у опушки дикого леса. Я оставил магбота «Плуг Мк. 2» на попечение Ани, Сергея, Скарлетт и остальных. Пусть балуются, развлекаются и заодно облагораживают наш хутор, превращая его в полноценную ферму с ровными рядами вспаханной земли и, возможно, даже с будущими теплицами, которые я планировал построить позже. Пока земля относительно сухая и не слишком твёрдая или, напротив, вязкая: ноябрь выдался на удивление мягким, без затяжных дождей, лишь изредка моросило по утрам, оставляя на траве серебристые капли росы: мой магический робот прекрасно справлялся со своими задачами. Обработать пару акров для него не составит труда: он медленно и методично, словно огромный механический крот, вспарывал землю своим стальным плугом, оставляя за собой ровные, как по линейке, борозды глубиной в тридцать сантиметров.
Я же занялся изготовлением защитных артефактов для нашего дома. Первым делом я решил создать простую, но эффективную магическую сигнализацию: печать, что я нанёс с помощью бронзовых рун, яшмового камня и своего дара на каждый внешний замок всех наших построек. Идея была проста: если кто-то попытается взломать замок или открыть его не тем ключом, магия пробудится и издаст пронзительный звук, который разбудит весь хутор и спугнет грабителей. Для начала я наваял новые, более надёжные стальные замки из нержавейки: той самой, что я научился выплавлять относительно недавно, добавляя в расплав хром и никель. Работа со сталью всегда приносила мне особое удовольствие: шипение раскалённого металла, опускаемого в масло, запах окалины, визг напильника по заготовке: всё это было моей стихией, моим ремеслом, моей жизнью. Гракху также очень нравилось сие занятие, я даже задумывался о том, чтобы начать обучать его магии для кузнечного ремесла.
Каждый замок я сделал навесным, массивным, с корпусом из толстой стали и дужкой, которую невозможно было перепилить обычным инструментом. Внутри каждого замка, прямо в его сердцевине, я вырезал небольшое углубление и впаял туда бронзовую руну: символ звука, представлявший собой стилизованное изображение колокола с расходящимися от него волнистыми линиями. Руну я отлил отдельно, из той же бронзы, что и чипы для «Плуга», тщательно отшлифовал её края и вставил в углубление, закрепив четырьмя крохотными заклёпками. Прямо посреди руны, в специально высверленном гнезде, я разместил небольшой яшмовый камень: красновато-коричневый, с прожилками более тёмного оттенка, размером примерно с ноготь большого пальца. Яшмы у меня было полно (целый мешок, купленный по дешёвке) и её не было жалко. Мне она нужна была лишь в качестве батарейки, накопителя маны, которая будет питать руну в случае активации.
Далее я зачаровал каждый стальной замок с помощью своего дара. Условие было простым и чётким: если замок попытаются разломать, вскрыть отмычкой или открыть не специальным ключом, что нёс в себе определённый духовный код, он начнёт издавать пронзительный звон: такой громкий, что его будет слышно в любом уголке хутора и даже за его пределами. Духовный код — это была моя собственная идея, основанная на том же принципе, что и плата с «опознанием хозяев» для магбота. Каждый ключ должен был нести в себе уникальную магическую метку, которую замок мог распознать. Без этой метки любой другой ключ, отмычка или даже попытка взлома ломом воспринимались бы как угроза.
Ключи я также изготовил из нержавейки. Каждый ключ имел длинный стержень с бородкой сложной формы и широкую ручку, в которую я вплавил бронзовую вставку с яшмовым камушком. Бронзовая вставка располагалась в специальной ложбинке на ручке ключа (узкой, овальной формы, повторявшей
