был простым рыцарем, но сумел подняться аж на вершину. История его восхождения достойна легенды, но, возможно, мы вернемся к ней в другой раз. Отпечаток былой бурной жизни все еще был виден на Греге: широкие плечи и руки, все еще любящие сжимать рукоять меча, и узкий длинный шрам, идущий от левого уголка рта почти до самого уха. Из-за этого короля часто называли за глаза Король Шрам. Тем не менее короля можно было назвать даже красавцем-мужчиной, который не только пользовался успехом у женщин из-за власти: пронзительный взгляд серых глаз, лишь немного затронутые сединой волосы и короткая аккуратная бородка с усиками дополняли его образ. На личном фронте у Грега было не очень: первая жена короля умерла, так и не родив ему детей (поговаривали, что ее отравили завистники). С тех пор кто только ни пытался примерить диадему королевы. Но наибольшие шансы имела одна отверженная чистокровная темная эльфийка из касты солдат, по имени Этруллин. Плод их яростного пламени страсти в данный момент сидела в соседнем кресле и задумчиво чистила ногти острейшим волнистым полированным кинжалом.
Первая принцесса Риенна. Одна из сильнейших магов-боевиков всего королевства. За свой норов и постоянное участие во всех войнах, конфликтах и стычках в неполные двадцать циклов уже заработала более чем дурную репутацию жестокой к врагам садистки и снискала любовь народа как справедливой, рассудительной, терпеливой правительницы. За глаза, однако, ее часто называли Риенна Яростная. Невероятно красивая и изящная, с пышными темными волосами и большими глазами, она взяла от своих обоих родителей всю их красоту, жестокость и принципиальность. К ужасу ее немногих живых врагов это все было щедро разбавлено острым разумом. Неудивительно, что именно ее чаще всего называли опорой трона и государства. Одета была в дорогой закрытый брючный костюм, расшитый серебром и золотом. В личной жизни у нее было все, как и у отца – сплошной кавардак и хаос. Кто только ни побывал в ее постели, надеясь получить через нее доступ к трону, но как только Риенна понимала, что нужна очередному воздыхателю только в качестве «ступеньки», то расправлялась сама и жестоко: редко кому везло отделаться ссылкой в приграничные гарнизоны, большинство же заканчивали свои дни либо на плахе, либо в застенках маршала де Трита.
Напротив короля сидел маршал Рэ де Трит Северный. Классический рыцарь-полководец до мозга костей. Вместе с принцессой Риенной они вдвоем пытались усидеть на трех стульях: управлять разведкой, контразведкой и армией. Получалось не то что бы плохо, но и не хорошо. Волевое широкое лицо, все изборожденное морщинами и мелкими, почти незаметными, шрамами, короткая ухоженная седая бородка и вечно усталые глаза. Де Трит был единственным, кто приперся на совет к королю в доспехах. Хорошо, хоть парадных. Латные перчатки лежали на столе, рядом с наполовину пустым кубком.
Третий советник короля (а в народе поговаривали, что скорее «серый кардинал», крутящий королем и всем королевством, как ему нужно) был в расшитом золотом плаще мага. На левой стороне плаща вышита эмблема Аласри: древний знак «тэу» – что означало «знание». Аршем Краа… Сильнейший маг королевства, занявший пост ректора Магической академии после гибели своего учителя на предпоследней войне с империей Заор. Его деяния воистину были легендарны: именно он убил безумного черного дракона Шекхаршта и сразил в схватке один на один имперского архимагистра Свеарга, что склонило чашу весов в «Войне за Крентон» на сторону королевств. Невзирая на полутысячелетний возраст, архимагистр выглядел очень молодым и привлекательным парнем с правильными и мягкими чертами лица, короткими волосами пшеничного цвета и почти доброй полуулыбкой. Но все впечатление портил невероятно жесткий взгляд глаз постоянно меняющегося цвета, которые выдавали в своем обладателе последователя школы хаоса «Кхешреатлут», обычно называемой школа искажения. О личной жизни Аршема не было известно почти ничего. Правда, уже больше сотни лет ходил слух, что архимагистру служит в качестве фамильяра суккуб, а если слух не умирает столь продолжительное время…
Король первым обратил внимание на заплаканную растерявшуюся в дверях принцессу. Он напряженно приподнялся и воскликнул:
– Что случилось, Силан?!
Принцесса сорвалась с места и неожиданно бросилась отцу в ноги. Охватив его правое колено руками, она заревела.
Пытаясь успокоить дочь, Грег сумел ее оторвать от своей ноги и, посадив на колени, крепко обнял, попытавшись успокоить. Когда это ему немного удалось, он вопросительно взглянул на двоих замотанных в одинаковые плащи охранников. Правый немного неуверенно оглянулся на товарища, при этом под низко натянутым капюшоном мелькнул явно человеческий подбородок, и произнес:
– Принцесса читала свитки, а потом… – Он набрал воздуха и продолжил: – Очевидно, у нее было видение. Оно ее и испугало. Она побежала прямиком к вам… Мы же не стали ее останавливать…
Они повернули головы к архимагистру, и тот одобрительно кивнул.
Повисла тишина.
Все присутствующие знали о даре богов (для государства) и проклятии (лично для принцессы) Силан.
Королю удалось успокоить свою дочь, и сплошное рыдание превратилось в редкие всхлипывания. Взяв ее мокрое от слез лицо в ладони, он поднял ее лицо и взглянул в заплаканные, такие дорогие для него глаза. Ободряюще улыбнувшись, он мягко заговорил:
– Силан, Силан… Что ты видела? Расскажи нам, и мы приложим все силы, чтобы этого не произошло…
Пару секунд его дочь набиралась от него уверенности, а потом начала рассказывать, с каждым словом все больше успокаиваясь:
– Все дрались друг с другом: наши, чужие, демоны и какие-то твари. Я таких не встречала в магических книгах… Я побежала к дворцу, а там, на площади, темные эльфы поставили всех вас на колени и собираются казнить. – Ее губы снова задрожали, но она смогла сдержаться и продолжила: – А главный у них, весь такой белый-белый, как альбинос, кричал: «За смерть моей сестры я убью вас, а город сожгу!» И наш город сгорел… Сразу. Весь. А потом он окутался в пламя и взлетел, словно ангел… А я… увидела себя… мертвую… – и она, всхлипнув, снова уткнулась в изрядно промокший сюртук.
Когда Грег поднял глаза, он увидел, что архимагистр, наполовину выбравшись из кресла и вытянув руку, держит возле головы его дочери тускло светящийся записывающий кристалл. Под недовольным взглядом короля маг уселся обратно в кресло, а кристалл потух.
Риенна вложила кинжал в ножны и тихо начала ругаться, употребляя термины, которые бы употребил портовый грузчик, уронивший тяжелый ящик на свою любимую мозоль.
Краа неожиданно произнес:
– Полностью с тобой согласен… – и начал качать головой.
Де Трит же только вздохнул, как бы говоря: «Все к этому шло…»
Неожиданно Риенна прервалась
