растерялась.
– Н-нет… Я подумала, что вы питаете какие-то надежды…
– София, мы просто отдыхаем. У тебя очень напряженная работа. Нельзя себя так изводить…
Из уст Ахматова это звучало так невинно, что София на миг поверила в чистоту его намерений, но, поймав на себе очередной загадочный взгляд, тут же разуверилась в этом. Однако такого ответа она не ожидала, и теперь говорить с ним о своих догадках насчет их отношений было нелепо. Могло быть так, что она все это себе придумала. И как теперь неловко было смотреть ему в глаза.
Сердясь на себя за бессилие поправить ситуацию, София склонилась над мороженым и стала бесцельно тыкать ложкой в тающие шарики. Ахматов откинулся на спинку стула и задумчиво завел пальцами назад упавшие на лоб волосы. Неприятно было наблюдать, как девушка намеренно старалась отдалиться, не узнав его ближе, и на что он готов ради нее. «И на что я готов ради нее?»– вдруг поймал себя на мысли Алекс и понял, что должен прояснить это как можно скорее, потому что перспектива потери контроля над чувствами, когда долгое время все и вся было ему подвластно, привела его в серьезное смятение.
Но и Ахматов не был железным: интересы государства – это одна сторона жизни, а милая, чистая, трогательная девушка – совсем другая. И ему всегда удавалось находить компромисс, и это не было сложно: он не оперативник, хотя обучался всякому.
– София, мы знакомы неделю, но признаюсь, что загадочнее женщины не встречал. В чем твой секрет?– пошел на уловку Ахматов.
– Глупости какие,– усмехнулась девушка.
– Расскажи, например, о твоем знакомом – спасателе?
Рука Мэдисон замерла над чашей с мороженым. Алекс почувствовал, что попал в точку.
– Зачем вам это?– покосилась она на него.
– Прости мое любопытство,– услышав ее напряженный голос, отступил он.– Тогда, может, расскажешь о себе? Я выложил всю свою биографию, очередь за тобой.
– Кроме того, что я из тех же мест, что и вы, мне больше нечего рассказать. Училась в колледже Хьюстона, поступила в университет, окончила то и другое с отличием и наградами и получила место в ФАМО. Как видите, ничего особенного. Вы и сами могли бы это угадать.
– Ни за что. Хотя можно попробовать,– вдруг оживился Ахматов.– Заключим пари?
София хитро прищурилась, соображая, что может выиграть в пари: например, чтобы Алекс оставил ее в покое.
– Почему бы и нет!– смело согласилась она и отодвинула мороженое.
– Отлично!– лукаво улыбнулся Алекс и потер ладонями.– Ты задашь мне три вопроса, а я угадаю ответ?
– Хорошо. Три отгадки и, тогда…
– И тогда,– подхватил Алекс,– ты не откажешь мне в трех желаниях?
«Опередил меня!»– мысленно возмутилась София, но сразу успокоилась, потому что была уверена в своей победе.
– А если не отгадаете?
– Твое условие?
– Позже…– загадочно ответила она,– когда вы не отгадаете.
– Я угадаю!
«Самоуверенный! Ладно, что бы ему такое загадать?..»
– Погоди, женщины коварны,– шутливо мигнул Алекс,– ты обещаешь, что не возьмешь слова назад?
– Вы все равно не угадаете, поэтому я твердо говорю – да!
Ахматов живо поднялся и попросил у бармена ручку.
– Запиши свои ответы на салфетке.
Мэдисон взяла ручку и немного подумав, записала три слова, затем сложила салфетку так, чтобы скрыть надписи и протянула мужчине.
– Если вы телепат – пари недействительно!– подзадорила она.
– Так я тебе и признался,– усмехнулся Алекс.– Начнем?
– Начнем,– уверенно откликнулась девушка.– Время на раздумья тридцать секунд.
– Минута,– поторговался он.
– Хорошо. Первый вопрос: в детстве, на день рождения отец подарил мне животное, оно стало моим любимым питомцем и другом. Кто это?
Алекс сосредоточенно прищурился, вспоминая, о чем рассказывала агент Кайл о Леди. София не сводила с него довольно-уверенных глаз, и легкая усмешка скользила на ее губах. Прошло секунд сорок, когда Ахматов с улыбкой произнес:
– Определенно – это не собака.
Девушка оценила иронию мужчины улыбкой. От этой улыбки у Алекса по шее побежали мурашки, сердце нетерпеливо дрогнуло, но он сдержанно выдохнул и осмелился предположить:
– В Эль-Пачито многие разводят лошадей. Скорее всего, это лошадь или жеребец.
Мэдисон посерьезнела, но не потеряла веру в победу.
– Второй вопрос: в университете я посещала театральный кружок, как называлась моя первая постановка?
– Ты безжалостная!– озадаченно произнес Алекс.
На этот раз ему не на что было опереться. Такие подробности в личном досье не указывались, да и с Сибил Леди вряд ли обсуждала вопросы искусства.
– Намекни хотя бы?
– Скажу только, что это достаточно известное произведение,– с внутренним нетерпением ответила София.
– Тонкий намек!– поддел он.
– Вы сами вызвались угадывать.
– Я не отказываюсь… Ладно иду ва-банк…
Перед ответом Алекс помедлил, коснулся пальцами подбородка, а потом неуверенно произнес:
– Известнее «Ромео и Джульетты» – не приходит в голову. Это первое, что ставят студенты…
София нервно опустила руки и сжала пальцы в кулаки. «На третий раз он ни за что не угадает!» Она ослабила пальцы, встряхнула кистью и взяла свой стакан с соком. Поднеся его к губам, быстро, но четко проговорила:
– Мифическое чудовище?
Затем она выдохнула и сделала несколько глотков. Алекс сдвинул брови и пристально смотрел на девушку, будто хотел прочитать ответ в ее глазах. Но взгляд Софии был непроницаем. На ум Ахматову сразу пришел ответ, но он боялся, что, назвав его, вызовет подозрение у нее, и все же не мог проиграть пари. Уж очень ему хотелось иметь козыри в руках.
– О мифах какой культуры ты говоришь?
– Никаких подсказок,– строго покачала головой девушка.
– Китайской? Русской?
Она была неподкупна.
– Греческой?
Она моргнула и невольно дала ему подсказку.
– Значит, мифы Греции?– вслух начал размышлять Алекс.– Н-да, чудовищ немало!
– Время вышло,– поторопила София.
И тогда Алекс со спокойным уверенным выражением на лице начал размышлять:
– Я бы сказал, что это моя Афина, но отказываюсь признавать ее чудовищем…
София улыбнулась шутке.
– А вот если бы у нее было три головы,– продолжил он,– меня бы это точно напугало. Тогда это была бы не Афина, а Цербер, кажется, его так называли?
Улыбка Софии медленно сошла с губ, и в выражении лица застыл немой вопрос.
– София,– настороженным голосом произнес Алекс,– надеюсь, у тебя такое выражение лица не потому, что тебя пугают три моих желания?
– Нет…– очнулась от недоумения и подозрительности девушка.– Но откуда вам все это известно?!
– А я угадал?!
– Все три раза,– не моргая, призналась она.
– Значит, я куда более проницательнее, чем полагал!– приятно удивился Алекс, хотя наверняка знал только два ответа.
– Или вы маньяк, следящий за мной каких-нибудь десять лет, чтобы сделать свое грязное
