дело!– нелепо заключила она.
У нее не было разумного объяснения, чтобы описать такое совпадение.
– О! У тебя богатая фантазия!– засмеялся Ахматов и развернул салфетку с ответами.– Я и в правду выиграл? Я счастлив!
«Или ты выдаешь себя за другого!»– подумала София и тут же испугалась своей мысли.
– По-моему, кто и загадочен из нас двоих, так это вы. Не могли же вы разглядеть ответы через салфетку?!
– Не мог, потому что не сводил глаз с тебя,– подтвердил Ахматов.
– Вам бы в секретные агенты!
Алекс сосредоточил взгляд на выражении глаз девушки. Вряд ли она могла догадаться о нем. Но он играл на грани разоблачения.
«Такое ощущение, что это он секретный агент, а не я!– с досадой подумала София.– Даже обидно, что я не могу понять, какой он внутри. Если бы он что-то и скрывал, то так умело это делает, что и не рассмотреть. Таким должен быть истинный агент… Или мужчины все таковы… когда играют роль, чтобы завоевать понравившийся «экземпляр»?»
Алекс отвлекся от девушки и взглянул на берег. Афина стояла у воды и готовилась прыгнуть на прибывающую волну. Ахматов приподнялся над стулом и строго окликнул собаку:
– Афина, нельзя! Ко мне!
София оставила размышления и оглянулась на пляж. Собака послушно неслась к их столику. Вмиг преодолев ступени, Афина вбежала на площадку бара и вдруг резко остановилась. София испуганно посмотрела на Алекса, который открытой ладонью дал команду собаке «стоять». Нервная дрожь в коленях отпустила, и девушка благодарно улыбнулась мужчине за заботу о ней.
– Она вас слушается…
– Я же говорил, что Афина умная собака,– присаживаясь на место, ответил Алекс.– Итак, у меня три волшебных желания?
– Я надеюсь, вы не воспользуетесь выигрышем превратно и прямо сейчас?– с досадой в голосе спросила София.
– Я приберегу просьбы на особый случай.
– Хорошо, а пока выполните мою?
– Все, что пожелаешь…
От откровенно-увлеченного тона мужчины, София опустила глаза, а потом, набравшись смелости, сказала:
– Я желаю, чтобы вы доставили меня туда, откуда забрали два часа назад.
В его глазах промелькнуло чувство разочарования, но он не возразил и не стал уговаривать ее задержаться.
– Мне было очень приятно провести это утро в твоей компании. Надеюсь, небольшая доза адреналина не испортит твоего впечатления от прогулки?– нашелся Алекс.
Девушка поправила бейсболку и осторожно взглянула на собаку.
– Она совсем не страшная, но я каменею от одного взгляда на нее.
– Афина, домой!– скомандовал Алекс и вышел из-за стола.
Как только собака выбежала из зала, София тоже поднялась и спустилась на пляж. Афина уже была далеко, почти у самой автопарковки.
– Ой, я забыла свои кроссовки,– вспомнила София, ощутив под ногами горячий песок, и повернула назад.
– Я принесу,– опередил ее Алекс и вернулся на открытую площадку бара.
Она потопталась по песку, ощущая неловкость и угрызения совести за нелепую неприязнь, которую так открыто проявляла к мужчине. Среди невежества, равнодушия, амбиций, часто наблюдаемых в большинстве своих отношений с чужими людьми и мужчинами, в частности, он поражал Софию своей искренней непринужденностью и великодушием, манерами и простотой общения. Разве он попытался хоть раз доставить ей неприятности? Но все, кто пытался подобраться к ней слишком близко, пугали ее. Она с детства привыкла держать дистанцию с людьми: ее игнорировали одноклассники, собственный отец, и она создала свой мир, в котором спасалась. А теперь над ней висело собственное заклятье, которое держало в клетке; София металась в ней, терзала себя вопросами и желаниями, но не выходила из нее; а ключ мирно висел на дверце и дразнил руку.
Смущенно приняв свою обувь из рук Ахматова, София надела ее. Затем они неспешно прошлись по пляжу к автопарковке.
Алекс подошел к машине первым, чтобы надеть на Афину намордник и поводок. Усмирив собаку на заднем сиденье, он пригласил девушку сесть в машину. София убедилась, что собака не заинтересована в ней, как в добыче, и осторожно присела. Сенбернар, получив невероятное удовольствие от прогулки, купания, даже ухом не повел, а утомленно закрыл глаза и мирно задремал.
– Интересно, как принимают Афину ваши девушки?– усмехнулась София.
Алекс удивленно взглянул на спутницу. На что она намекала: на то, что он имеет многочисленные связи или просто хочет убедиться в серьезности его намерений? Он никогда не вел двойную игру с женщинами, и София не была исключением.
– Не могу даже предположить, что еще ты обо мне думаешь?– с нескрываемым огорчением проговорил он.
– Я не хотела вас обидеть. Но вы создаете впечатление дамского угодника, и, с такой точки зрения, было бы уместно предположить, что у вас много поклонниц?– продолжила София, сама не понимая, почему вдруг снова проявляет пренебрежение к нему.
– А ты попробуй оттолкнуться от другой точки зрения. Например, такой мужчина, как я, может иметь вполне серьезные намерения по отношению к одной женщине.
– А вы такой мужчина?– покосилась она на него.
Ахматов только загадочно вздернул бровями и продолжил вести автомобиль. София ощутила себя полной дурой, заведя речь о том, о чем не говорят воспитанные люди, и тем более мужчина и женщина, которые знакомы лишь неделю. Всю остальную дорогу к дому она упрямо молчала, стыдясь своей прямоты.
Алекс дал девушке возможность привести свои мысли в порядок. Как странно и непредсказуемо она вела себя. В одну минуту могла быть трогательной, робкой, безобидной, в другую – словно в нее вселялся кто-то чужой: просыпались необъяснимые равнодушие, безжалостность и желание уколоть. К такому он не привык. Ахматов догадывался, что не только нравился девушке, но и производил на нее какое-то особое, глубокое впечатление. Но уже не был так уверен в правильности своего решения – вступить с Леди в контакт. Она была бы гораздо сосредоточеннее на операции, если бы он не вмешался.
Наблюдая за Леди первую неделю до знакомства, Алекс отмечал ее более уверенной с другими мужчинами. Сейчас же Софию бросало из крайности в крайность, и это могло сказаться на течении операции. Было бы полезно оставить девушку на некоторое время, но Алекс уже не мог позволить себе огорчить ее. Тогда бы она точно приняла его за легкомысленного повесу. Ведь он не раз намекал на симпатию к ней. И все же Ахматов решил не давить на девушку и на неопределенный срок продлить стадию знакомства.
В начале своего квартала София попросила остановиться:
– Благодарю, я выйду здесь.
– Я беспокоюсь, что не смогу доставить тебя до твоего дома,– недоумевая по поводу решения девушки, заметил Алекс.
– Не нужно беспокоиться, вы давно убедили меня в своем
