руках, выбежала из чума и закричала на весь лес – отчаянно и обречённо…
Глава 11
20 июня 2022 года, Усть-Манск
Понедельник и так считается в народе тяжёлым днём, но вдвойне – когда накануне отдохнуть не довелось. Вот такое начало рабочей недели выпало и майору Рокотову. Воскресное происшествие в краеведческом музее, безуспешные поиски Боровикова и его подручной шаманки и в довершение – долгий и неприятный для обоих разговор с женой. Ирина неожиданно позвонила поздно вечером и в необычно холодных выражениях, совершенно ей не свойственных, сообщила, что прямо из отпуска поедет не домой в Усть-Манск, а на родину, к родителям, в Красноярск. На вопрос же Андрея, чем вызвано такое решение, Ирина объявила, что должна хорошенько обдумать их дальнейшее совместное житьё-бытьё в спокойной и привычной с детства обстановке. А где же ещё найти такое место? Конечно, в родном гнезде.
Реакция Рокотова на этот разговор оказалась предсказуемой: майор сходил в ближайший супермаркет, купил бутылку коньяка и выпил почти всю – впервые за много лет! Алкоголь вырубил его, но и облегчения не принёс. Всю ночь Андрею снились кошмары – тягучие, сменяющие друг друга и отпустившие измученного Рокотова лишь под утро. Поспать ему нормально удалось буквально пару часов. И когда заверещал на столе будильник, майор едва не расстрелял его из табельного «грача».
Проклиная коньяк и собственную мягкотелость, Андрей проглотил две таблетки «Пенталгина», сварил двойной эспрессо на новенькой кофемашине и залез на целых десять минут под душ, нещадно хлеща себя контрастными струями. Наконец, спустя полчаса он почувствовал, что снова может нормально двигаться и соображать. И в этот момент запел мобильник.
Рокотов глянул на часы – без четверти восемь. Звонил Соболев.
– Слушай, Андрюха, – вместо привычного приветствия сказал он. – Есть срочный разговор. До начала рабочего дня.
– А почему бы и не на работе? Подъезжай в управление, и поговорим.
– Разговор необычный. А мне бы не хотелось, чтобы ты ругался при подчинённых.
–Лады,– подумав, согласился Рокотов.– Напротив управления есть чайная – «Чайхана „Ташкент“» называется. Там встретимся.
* * *
Когда Андрей вошёл в прохладный и полупустой в это время зал чайной, Соболев уже ждал его за столиком у панорамного окна слева от входа. Рокотов давно подметил, что друг детства всегда, если есть выбор, садится слева от входа в заведение. Иррациональность такого поступка оставалась загадкой для майора, и для себя он подобрал только одно более-менее логичное объяснение: Вадим был левшой.
На столике уже стояли большие пиалы с душистым травяным чаем, плошка с курагой и тарелочки с пахлавой – излюбленным лакомством узбеков, песочным печеньем с дроблёными грецкими орехами и мёдом.
Друзья обменялись рукопожатием, и Соболев тут же начал без обиняков:
– Андрей, твоя затея с арестом Боровикова и шаманки во время проведения обряда – это авантюра.
– Ну, что ты сразу о грустном? – поморщился Рокотов, взял пиалу и осторожно сделал первый глоток: вкуснотища! – Во-первых, план операции ещё не утверждён, а во-вторых, что ты можешь предложить взамен?
– Нужно помешать самому обряду…
– Так мы это и сделаем!
– Нет. Не получится. Боровиков стал слишком силён, а с шаманкой вообще не стоит никому связываться. Иначе будут человеческие жертвы! Ты готов нести за это ответственность?
– Выпей чаю и успокойся. – Рокотов положил в рот кусочек пахлавы. По опыту он знал, что Вадим – увлекающийся, склонный к мистике и к тому же верующий человек. И даже возможность гибели другого человека воспринимал как свою собственную. Хотя и был при этом мастером рукопашного боя и не стеснялся применять навыки в стычках с преступниками или даже просто хулиганами.
– Андрей. – голос Соболева странно изменился. – Я уже дважды видел очень необычные сны. Словно был непосредственным участником или наблюдателем их событий. Это раз. Второе, я вчера имел долгий разговор со своим духовным наставником, отцом Алексеем. Мы долго обсуждали сложившуюся ситуацию с расследованием, и отец Алексей подсказал мне приемлемое решение.
– Ты рассказал священнику о ходе следствия?!
– Я рассказал ему о своём расследовании. Это моё право. Пойми, Андрей, дело очень необычное и требует необычного решения. В конце концов, если у меня не получится, ты всегда сможешь применить свой вариант, хотя у него почти нет шансов на успех. Доверься мне!..
Рокотов несколько секунд пристально разглядывал его лицо, наконец кивнул:
– Выкладывай.
– Суть проста: победить демона огня возможно только его же оружием. Иными словами, необходимо сжечь тотемный столб в момент проведения обряда, тогда демон утеряет силу и вернётся туда, откуда пришёл. Но сделать это может – теоретически! – только человек с большой верой в душе и победивший страх перед нечистой силой.
– И где найти такого человека?
– Он перед тобой!..
Андрей снова, теперь уже с каким-то болезненным вниманием и сочувствием, долго смотрел на Вадима. Смотрел и думал: «Вот сидит мой самый близкий и верный друг. По стечению дурацких обстоятельств и из собственной толстокожести я втянул его в смертельно опасное расследование. И не из жёсткой необходимости, а из чисто меркантильных соображений! Я понадеялся, что он поможет мне быстро разобраться с ситуацией и вычислить преступников, как это бывало раньше. А теперь, чтобы успешно завершить дело, я должен пожертвовать единственным другом?.. Да что же я за дерьмо-то такое?! Сначала ради того, чтобы потешить лишний раз собственное самолюбие, я отказался от давно запланированного путешествия с любимой женщиной, потом по той же причине втянул в своё болото лучшего друга, а теперь соглашаюсь на его вероятную погибель – и тоже в угоду своей гордыне?!»
Видимо, всё-таки что-то произошло с его лицом, потому что Соболев вдруг откинулся на спинку стула и быстро перекрестил Рокотова. И глаза у него при этом расширились, будто вместо человека увидел некое страшилище.
«А ведь я – страшилище и есть! – пришла Андрею горькая мысль. – Самое настоящее чудовище в человечьем обличии!..»
– Знаешь что, – внезапно охрипшим голосом сказал он, – давай каждый будет делать своё дело. Жизнь рассудит, кто из нас прав.
– И что ты намерен делать? – мрачно спросил Вадим.
– Действовать по протоколу. План «Сеть» никто не отменял. Будем выслеживать преступников и при обнаружении задерживать.
– А как там, кстати, дела у Альбины Львовны?
Теперь помрачнел Рокотов.
– Не поминай лихо, пока сидит тихо…
– Что, опять поругались? Вы же вроде вчера утром ворковали, как голубки. Ты её домой повёз…
– Повёз!.. На свою голову. Она почему-то решила, что я снова воспылал к ней чувствами, ну и попыталась меня… того…
– А ты как был дураком, так им и остался, –
