Вторжение немецких войск в Россию явилось поворотным пунктом в развитии войны на Западе. За несколько дней до нападения немцев на Россию командующие Бомбардировочным, Истребительным и Береговым командованиями получили указание разработать наиболее эффективные способы боевых действий авиации, которые вынудили бы противника держать на Западе значительную часть своих военно-воздушных сил. Командующие объединениями предложили использовать самолеты «Бленхейм» из состава Бомбардировочного командования во взаимодействии с истребителями для нанесения массированных ударов по промышленному району Бетюн-Ланс и самолеты Берегового командования для проведения дневных налетов на корабли и суда противника в Ла-Манше. Предполагалось, что эти действия в сочетании с ночными налетами самолетов Бомбардировочного командования на коммуникации противника в Руре должны серьезно расстроить систему перевозок противника и не дать ему возможности перебросить свою истребительную авиацию с Западного на Восточный фронт.
Эти предложения были приняты, и 27 июня 16-я авиагруппа Берегового командования в составе 22-й (самолеты «Бофорт») и 59-й (самолеты «Бленхейм») эскадрилий приступила к проведению налетов на корабли и суда противника в Ла-Манше. Однако 15 июля было принято новое решение, в соответствии с которым Бомбардировочное командование должно было действовать против судоходства противника в районах между Шербуром и островом Тексел, а Береговое командование — в остальных морских районах, прилегающих к Британским островам. Если объект атаки требовал использования больших сил, чем те, какими располагало соответствующее командование, другое командование должно было выделить дополнительные силы. На Истребительное командование возлагалась задача по прикрытию бомбардировщиков.
С 18 июля до конца 1941 года 18-я авиагруппа Берегового командования совершила налеты на 160 немецких транспортов в северной части Северного моря. Многие из этих транспортов, несомненно, были загружены норвежской и шведской железной рудой — сырьем, имевшим громадное стратегическое значение для военной промышленности Германии. По нашим подсчетам, за этот период наша авиация потопила 15 транспортов противника общим тоннажем 34702 тонны, кроме того, большое количество судов получили повреждения. Наши потери составили 33 самолета. За этот же период 2-я авиагруппа Бомбардировочного командования, 16-я авиагруппа Берегового командования и самолеты Истребительного командования, действуя между Вильгельмсхафеном и Шербуром, совершили налеты на 499 торговых судов противника. Из них, по нашим данным, было потоплено 42 судна общим тоннажем 89 429 тонн; потери нашей авиации составили 82 самолета. К западу от Шербура и в районе Бискайского залива 19-я авиагруппа Берегового командования атаковала 36 транспортов противника, потеряв 8 самолетов. В целом в период с 1 июля по 31 декабря 1941 года самолеты совершили налеты на 698 транспортов противника, из них, по нашим данным, 59 транспортов были потоплены. Теперь точно установлено, что противник за этот период потерял 41 транспорт. Общие потери нашей авиации составили 123 самолета.
Схема 11. Районы боевых действий авиагрупп Берегового командования
Успехи нашей авиации в борьбе на море в различных кругах расценивались по-разному. Адмиралтейство считало полезным проводить такие операции, в то время как министерство авиации, обеспокоенное все возраставшими потерями самолетов, относилось к ним с меньшим энтузиазмом. Точку зрения министерства авиации полностью разделял командующий Бомбардировочным командованием Пирс, который в ноябре просил освободить вверенное ему командование от проведения налетов на торговые суда противника, так как, по его мнению, бомбардировщики «Бленхейм» не годились для выполнения этой задачи. К счастью, просьба Пирса совпала с решением Военного кабинета отправить бомбардировщики «Бленхейм» на Средний Восток, и 25 ноября Бомбардировочное командование было освобождено от проведения налетов на торговые суда противника. Начиная с этого момента главная ответственность за проведение налетов на торговые суда противника возлагалась на Береговое командование.
***
3 конце лета 1941 года «прославленная» интуиция Гитлера подсказывала ему о нашем намерении вторгнуться в Норвегию. Такое мероприятие, которое сразу лишило бы Германию скандинавской железной руды и одновременно обезопасило бы прохождение англо-американских конвоев в Россию, должно было, по мнению Гитлера, привлечь внимание противника.
Поэтому 17 сентября, когда адмирал Редер докладывал Гитлеру свои соображения по использованию немецких линейных кораблей в Атлантическом океане, последний предложил свой план. Согласно этому плану основные силы немецкого военно-морского флота должны быть размещены в норвежских фиордах, где они, обороняя Норвегию, находились бы в гораздо большей безопасности, чем в Бресте. Эта идея показалась Редеру малопривлекательной, и он в течение некоторого времени отстаивал свою точку зрения.
Однако через несколько недель адмирал Редер вынужден был согласиться с предложением Гитлера — направить линейный корабль «Тирпиц», как только будет закончено его строительство, из Германии s Тронхеим. 13 ноября Редер обсуждал с Гитлером вопрос о возможности использования линейных кораблей «Шарнхорст», «Гнейзенау» и тяжелого крейсера «Принц Ойген» не у Атлантического побережья Франции, а в немецких и норвежских водах.
27 декабря английские вооруженные силы провели «комбинированную операцию» против острова Вогсё, расположенного между Тронхеймом и Бергеном. Одновременно английские самолеты произвели отвлекающий налет на Лофотенские острова. Наша авиация бомбардировала оборонительные сооружения острова и прикрывала высадку морского десанта. В это время бомбардировщики «Бленхейм» нанесли удар по аэродрому Хердла, расположенному в 140 километрах южнее острова Вогсё. Операция в целом была проведена успешно, наша авиация полностью выполнила поставленную перед ней задачу, свои потери составили 10 самолетов. Высадившиеся десантники взорвали промышленные предприятия и опорные пункты острова, захватили в плен много немецких солдат и местных квислинговцев и вывезли норвежских добровольцев, изъявивших желание принять участие в борьбе на стороне союзников.
Этот успешный рейд союзников подкрепил уверенность Гитлера в том, что мы готовим вторжение в Норвегию. 29 декабря он снова созвал совещание командного состава военно-морского флота, на котором предложил перебросить из Бреста в Норвегию через Ла-Манш линейные корабли «Шарнхорст», «Гнейзенау» и тяжелый крейсер «Принц Ойген».
12 января 1942 года Гитлер принял решение вывести корабли из Бреста, чтобы не подвергать их ежедневной опасности уничтожения английской авиацией. Кроме того, по мнению Гитлера, Северная Норвегия могла стать ареной крупного наступления русских; в связи с этим необходимо было сосредоточить немецкий флот для обороны Норвегии[80].
Командующий немецкой эскадрой в Бресте вице-адмирал Силиакс доложил совещанию возможный план переброски кораблей через Ла-Манш. Корабли должны были выйти из Бреста ночью и пройти через Дуврский пролив днем, с тем чтобы можно было максимально использовать их прикрытие с воздуха, которое должно осуществляться крупными силами истребителей. Прорыв немецких кораблей через Ла-Манш, по мнению Силиакса, был единственным решением, сулившим успех выполнению задачи. Северный путь исключался из-за слабой обученности экипажей немецких кораблей, недостаточного прикрытия их с воздуха и удачной диспозиции английских кораблей.
Гитлер утвердил план, предложенный Силиаксом. При этом он заявил, что, судя по опыту прошлого, англичане не способны быстро принять и осуществить решение и что им не удастся сосредоточить свою бомбардировочную и истребительную авиацию в Юго-Восточной Англии за то короткое время, которое они будут иметь в своем распоряжении.
В каком же состоянии находились корабли, которые должны были бросить вызов могуществу англичан на море и в воздухе?
Как указывалось, самолеты Бомбардировочного и Берегового командований в апреле 1941 года вывели «Гнейзенау» на несколько месяцев из строя. «Шарнхорст» в то время не получил прямых повреждений, однако оборудование судоверфи, где он находился, было разрушено, и это задерживало его ремонт. Тяжелый крейсер «Принц Ойген» возвратился в Брест из Атлантики после гибели «Бисмарка». При налете нашей авиации на Брест в ночь на 2 июля одна из бомб попала в «Принц Ойген», причинив ему серьезные повреждения, и он на некоторое время вышел из строя. 21 июля «Шарнхорст», закончив ремонт, отправился на юг к Ла-Паллису для проведения испытаний. 23 июля наши самолеты-разведчики обнаружили его. Вечером и ночью самолеты Бомбардировочного и Берегового командований произвели несколько налетов на «Шарнхорст», однако корабль не получил ни одного повреждения. Тогда командование английских ВВС решило совершить налет на линейный корабль в дневное время.
