вышли из машины, – все, кроме Лешки, – я уже не слышала, что мне говорят. Страшно было представить, что же творится внутри. Оглохнуть можно.
Нельзя не признать: выглядел клуб стильно, вызывал невольное восхищение. Большая площадка перед входом, вымощенная светлым камнем, была искусно расписана цветными баллончиками. Не вандализм, а дизайн; это видно, потому что рисунки действительно фееричные, особенно тот, что в центре, – громадная звезда в окружении созвездий всех знаков зодиака на темном фоне.
– Интересно, кто это рисовал… – тихо сказала я, не надеясь, что кто-то услышит.
Взгляд медленно пополз выше – по ступенькам к небольшому возвышению, похожему на пьедестал. Там стояли темные бархатные ограждения, как в «Часах», образуя дорожку прямо к клубу. Над широкой отражающей дверью висела невероятных размеров вывеска, где золотистыми буквами было выведено название «Плаза». От каждой буквы вверх будто бы разлетались по две большие железные звезды, получалась некая арка. Кирпичные стены, с которых частично сорвали серебристую обшивку, были разрисованы золотистыми и серебристыми красками. Какие-то непонятные силуэты метались вокруг машины, как будто люди из древних племен плясали перед своими богами.
– Впечатлена? – Саша склонился к моему уху. Только так удалось его услышать. – Клуб самый крутой!
Отвечать я не стала. Клуб впечатлял, но согласиться с тем, что он крутой, оказалось сложно. Для меня он воплощал опасность.
На миг показалось, что внутри пожар: из всех щелей на улицу валил густой полупрозрачный дым с ароматом… Каким-то таинственным ароматом из детства – тутти-фрутти. Из-за закрытых дверей доносились довольные крики, громкий смех, битье стекла. Мне не понравилась усмешка Саши, когда он принюхался и, кинув взгляд на этот дым, облизнулся.
– Идем.
Он взял меня за руку и настойчиво потащил к клубу; полупьяная девчонка пошла за нами, а Лешка уехал забирать остальных.
Говорить о возникшем беспокойстве толку не было – страха и сомнений накопилось столько, что я практически жалела о решении приехать. Я хотела помочь ребятам, узнать, в чем дело, выпутать из того, во что они так усердно впутывались последние годы, но ведь кроме этого желания у меня не было ничего, даже плана действий. Лишь слова – главное оружие.
Пройдя за дверь, я словно попала в другую реальность. Темнота, поразительная темнота, увитая клубами густого дыма, точно небо облаками. По углам на потолке подвешены прожектора – яркие, ядовитые лазерные лучи пронзали воздух, быстро пересекались и, как солнечные зайчики, оставались неуловимыми. Динамики около диджейского пульта орали, как могли. За ним стоял высокий, пожалуй, слишком худой парень в наушниках, мотающий дредами во все стороны. За столиками, расставленными по краям, не было людей, но там стояли стаканы, стопки, бокалы, бутылки; валялись чипсы и другие закуски. Толпа людей в вызывающей одежде танцевала, вдыхая дым. Скрытые от их глаз, за ширмой находились VIP-столики с раскидистыми мягкими диванчиками, откуда даже издалека можно было услышать приглушенные стоны. Взгляд невольно приковала светящаяся барная стойка – едко-зеленая, с нарисованными инопланетянами, чьи тела мерцали ярчайшим неоном. И она, и высокие стулья в виде инопланетных кораблей привлекали внимание гостей. А может, даже не столько стойка, сколько светящаяся надпись над ней – «Халявная выпивка!!!». Видимо, алкоголя сюда завезли тонны. Только кто за все это платил? Бесплатный сыр – лишь в мышеловке.
– Развлекайся. – Хохотнув, Саша подтолкнул меня к танцевальной площадке, а сам пошел за ширму, прекращая творившийся там разврат.
Я, ощущая себя не в своей тарелке и чувствуя, что от шума уже заложило уши, села за полупустой столик у вентиляции. Здесь почему-то дышалось легче.
Из поля зрения исчезли все знакомые лица. Неизвестно, сколько прошло времени, но, видимо, прилично. Музыка неожиданно затихла. Народ засвистел и закричал. Стеклянные двери распахнулись с такой силой, так ударились о стену; само стекло треснуло, а затем разлетелось мириадами осколков по полу. Туда тут же направили цветные лучи, отражение которых теперь плясало на стенах. Эффектное появление. Народ закричал еще пуще.
В клуб хлынул поток моих одноклассников, счастливых и довольных. Я узнавала некоторых ребят и из других классов, узнавала футболистов и, конечно, капитана. Разодетый Максим гордо прошел в центр помещения. За ним, что-то снимая на камеру, спешили Ромка и Егор.
– Все хотели сюда попасть?!
– Да! – хором отозвалась толпа.
– Вы попали сюда! Раз-вле-кай-тесь! Танцуйте! Кричите! Пейте! Любите! Живите, ребята!
С каждым выкриком музыка становилась громче, снова и снова набирая обороты. Максим довольно сложил руки на груди и, зайдя за ширму, скрылся. Остальные ребята пошли к барной стойке за напитками.
Я продолжала сидеть за столиком, смотря на это все. Голова сильно болела от шума. Назревал нехитрый план: выхватить Максима из толпы и утащить туда, где никого нет, а там – просто взять и поговорить, ничего не боясь. Потребовать правду. Он же хотел общения, значит, просто обязан меня выслушать.
Двадцать, тридцать, сорок минут… Хотелось подняться и уйти. Я взвыла, хватаясь за голову и шипя. Никто еще не вышел из-за ширмы, а идти туда самой… А почему нет? В конце концов, чего тут страшного?
Я поднялась и, накинув рюкзак на плечи, начала пробиваться сквозь толпу.
– Вот и самая маленькая!
Столкнувшись с кем-то, я подняла голову и увидела Рому. Он цепко схватил меня за локоть и поволок за собой, к той самой ширме, после чего толкнул на диванчик и уселся рядом. На столе стояло невообразимое количество разнообразных, недешевых алкогольных напитков. Рядом сидели они все, за исключением Ани, даже ребята из футбольной команды.
– Тебя-то мы и ждали. – Голос Максима был громким и уверенным. На лице сияла торжествующая улыбка.
– Почему меня?
Он поднялся и, перебравшись через подозрительно расслабленную девушку, сел рядом.
– Ты – завершающий штрих, храбрец.
Егор не выдержал и рассмеялся, глядя на нас и протягивая бутылку коньяка.
– Держи, развеселись. Тебе понравится.
– Нет, спасибо, – отказалась я и поставила бутылку на пол, под ноги.
– Да ладно тебе, зачем ты тогда пришла, раз не хочешь повеселиться? – с усмешкой сказал Максим и провел пальцами по моим скулам, заставляя невольно отстраниться. – Ты решила повзрослеть, правда? Считай, это твое посвящение… – Он склонился ко мне, говоря так, чтобы никто другой не услышал. – Маленькая пешка.
– Иди к черту! – Я оттолкнула его, хмурясь. – Я пришла сюда не за этим.
– А зачем? – Он, закинув в рот какую-то таблетку, выпил того самого коньяка, а затем скрестил на груди руки. – Удиви меня.
– Чтобы кое-что узнать…
– Что же?
– Давай поговорим не здесь?
Напряженный взгляд Егора скользнул по мне, а затем перекинулся на Рому. Тот стоял совсем рядом с выходом.
– У меня нет секретов от друзей. –
