– Точно! Эти двое – из тех, что подстрелили вас в ту ночь, Чарли! Даю голову на отсечение – это они!
Гарланд протестующе фыркнул, затем закатил слипающиеся от молока глаза и умоляюще простонал:
– Умоляю, помогите, мистер!
Чарли с отвращением посмотрел на Гарланда и отчеканил:
– Если я и помогу, то не тебе, а мисс Адриенне. Помогу ей связать тебя, а там пусть тебе помогает хоть сам дьявол, слышишь, ты, кусок ослиного дерьма!
Одри восхитило то, что изрек Чарли.
– Ослиное дерьмо! – подхватила она. – Как точно замечено! Лучше не скажешь! Ослиное дерьмо! Два куска ослиного дерьма! Пожалуй, лучше пристрелить вас прямо тут, на месте. К чему откладывать?
Одри взмахнула пистолетом, но Чарли осторожно придержал ее за плечо.
– Не стоит этого делать, мисс Адриенна. Не нужно вступать в конфликт с законом ради пары каких-то засранцев.
Еще одно меткое словечко, которое можно взять на вооружение. Одри сначала с уважением посмотрела на Чарли, а потом – с презрением – на Гарланда.
– Ты – засранец и кусок ослиного дерьма. Вот кто ты есть на самом деле! – с чувством сказала она.
Чарли посмотрел на застывшее лицо “ослиного дерьма” и подумал о том, что слово и впрямь иногда может сразить человека сильнее, чем пуля.
– Пойду свяжу его дружка, – сказал Чарли. – А вы уж тут присмотрите, мисс Адриенна. Только умоляю вас – не надо стрелять без крайней нужды, обещаете?
– Не волнуйтесь, Чарли. Я постараюсь удержаться от соблазна влепить ему пулю меж глаз, хотя он этого, безусловно, заслуживает.
– Пулю он заслужил, не спорю, – согласился Чарли. – Но пусть его лучше судят по всем правилам и по всем правилам повесят.
Он немного подумал и добавил:
– Кроме того, рыцарский кодекс запрещает добивать лежащего врага. – Это Чарли сказал для того, чтобы окончательно предотвратить убийство.
Последняя фраза, что и говорить, оказала просто волшебное действие, Одри восхищенно посмотрела на него:
– Разумеется, Чарли. Благодарю вас за то, что вы мне об этом напомнили.
– Не стоит благодарности, мисс Адриенна.
И Чарли пошел назад, к Лютеру, не слушая Гарланда, который что-то бубнил ему вслед.
Лютер неподвижно лежал на том же месте. Чарли с кряканьем подтащил его тяжелое тело к изгороди и привязал к ней поводьями, которые отрезал от упряжи, надетой на лошадь Лютера. Покончив с этим делом, он вернулся к Одри и Гарланду.
– Пожалуй, я и этого борова свяжу, мисс Адриенна, – сказал Чарли.
– Пожалуй, – согласилась Одри и нахмурилась, когда Гарланд принялся канючить.
– А как же колючки? Как я их тогда вытащу из ладони?
– Ничего, потерпишь, – хладнокровно отреагировала Одри.
– Так и быть, – сказал сердобольный Чарли. – Я свяжу тебе руки спереди, чтобы ты мог выкусывать колючки зубами.
Не отвлекаясь больше на разговоры, он связал Гарланда остатками упряжи, снятой с лошади Лютера, подтащил его к изгороди и привязал там рядом с приятелем. Заканчивая это дело, Чарли принюхался и заметил:
– Хм-м… Откуда это так молоком несет, интересно?
– Ничего удивительного, – ответила Одри. – Ведь я уложила этого кретина именно молочным ведром.
Чарли представил себе, как Одри бросает в Гарланда ведро с молоком и как он после этого растягивается в кактусах, и ему вдруг стало ужасно весело. Он развеселился до того, что даже дернул за конец привязи, и Гарланд невольно вскрикнул от боли.
– Не дергайся, дерьмо ослиное, – одернула Гарланда Одри.
Затем она подняла с земли пустое ведро. Увы, оно запылилось, и теперь, прежде, чем продолжить дойку, его следовало хорошенько вымыть. Она посмотрела на связанных пленников, остановила свой выбор на Гарланде и не спеша двинулась к нему.
Чарли к этому времени затянул потуже ремни на пойманных бандитах, выбросил из их “кольтов” все патроны, и тут до него донеслась приближающаяся дробь лошадиных копыт.
– Кто это, интересно? – нахмурился он, оборачиваясь на звук. Неужели еще один бандюга?
– Может быть, это кто-то из их шайки? – спросила Одри, словно прочитав мысли Чарли.
– Хочу надеяться, что нет, – ответил он.
– В случае чего я позабочусь о пленных, а вы займетесь всадником, – сказала Одри.
Чарли охотно поменялся бы с ней ролями.
– А сами вы не хотите сразить незнакомца? – спросил Чарли. – Ну, скажем, все тем же ведром?
– Если надо будет – конечно, – озорно улыбнулась Одри и прикинула на вес свое ведро. – С Гарландом-то у меня все как надо получилось.
– Да уж, – невольно развеселился Чарли.
Тут Одри всмотрелась в приближающегося всадника и облегченно вздохнула.
– Слава богу, это не бандит. Это Фермин. И как всегда, вовремя. – Она нахмурилась и продолжила: – Но почему он так торопится? Еще, чего доброго, загонит свою лошадь.
– Да разве поймешь, что может ударить в голову этому идиоту? – успокоил девушку Чарли.
Фермин приблизился, и Чарли насторожился, заметив в его руке обнаженный ствол пистолета. Ствол начал подниматься, потом из дула показался дымок, и, не дожидаясь, пока прогремит выстрел, Чарли стремительно бросился на землю, увлекая за собой и Одри.
“Опять двадцать пять, – подумал Чарли. – Ну и шерифа они себе выбрали, эти милые жители славного города Розуэлла, штат Нью-Мехико! Это уже стало мне надоедать! Ну каждый день одно и то же…”
Издалека донесся голос Фермина Смолла:
– Я уже здесь, я спасу вас, мисс Одри! – кричал он на всем скаку.
Чарли презрительно хмыкнул и пробурчал себе под нос:
– Сумасшедший дом.
Одри приподняла голову, потом приподнялась вся, прижимаясь к Чарли своим телом – горячим, упругим и удивительно гибким.
– О чем это он? – спросила она с недоумением.
– Спешит спасти вас, мисс Адриенна, – со вздохом пояснил Чарли.
– Спасти? От кого?
Чарли заглянул снизу в глаза Одри – прекрасные, серые, прозрачными озерами сверкавшие на ее лице, и ощутил безумное, нестерпимое желание поцеловать их. А затем – губы. А потом…
А потом он взял себя в руки и сухо ответил:
– От кого спасти? От меня, наверное.
Прямо на глазах светлые сияющие озера на лице Одри превратились в подозрительно прищуренные бойницы старого замка.
– Ну, это мы еще поглядим, – деревянным голосом сказала Одри.
Она оторвала свою пышную грудь от груди Чарли, и он невольно вздохнул. Затем поднялся на ноги вслед за Одри и принялся наблюдать за тем, как она стряхивает пыль со своей юбки, – тоже, надо сказать, захватывающее зрелище. В это время Фермин подскакал к самой изгороди, и Чарли с тревогой подумал, не стоит ли снова лечь им с Одри на землю, пока шериф не убрал в кобуру свой опасный и непредсказуемый “кольт”. На всякий случай он даже положил руку на плечо Одри.
