боевой пыл.
Помимо того, что у мохнатого было шило в одном месте и он спокойно мог устроить этот ужас с зерцалом, у него ещё был и мотив: принцесса пообещала сделать из енота меховой коврик. И как бы Брут внешне ни игнорировал эту угрозу, парень приметил, что тот обиделся.
Вот только вся эта теория разбивалась об один непреложный факт — оказывается, мохнатый был с ними и совершить этот акт низложения короны не мог.
Остальные, включая Леопольда, если и думали на енота, то сейчас их теория тоже разбилась вдребезги. Зефир же в этот момент даже представить не мог, что может сделать принцесса после такого «представления». Устало вздохнув, командир обернулся к остальным:
— Пойдём домой что ли?
* * *
Катарина стояла перед кроватью, на которой лежал Матеуш, и улыбалась. Он был старше её всего на пять лет, но во время болезни выглядел так плохо, что определить возраст было попросту невозможно. Просто кусок гниющего мяса.
Сейчас же у крайне истощённого молодого человека, который наконец начал хоть чуть-чуть походить на её брата, большинство кровавых и гнойных язв, покрывавших всё его тело, постепенно сходили на нет, прямо на глазах обрастая новой плотью.
В некоторых местах даже появилась розовая кожа, чего раньше никогда не происходило: как только эликсир из восьмилапа попадал внутрь, битва между ядом и лекарством шла за внутренние ткани и органы и всегда заканчивалась проигрышем зелья.
Более того, на лысом черепе, обтянутом кожей, пробивались первые красные волосы. Ещё совсем крошечные, но даже этот факт говорил о том, что средство, приготовленное Эденом Бальдуфом — этим молодым гением, — было гораздо эффективнее. И, возможно, только возможно, наконец вылечит её брата.
Конечно, о полном выздоровлении было пока рано говорить. Но пан Мартон невольно заразил её своим оптимизмом. Тот, к слову, как и обещал, не отходил от принца, обосновавшись в кресле неподалёку и что-то задумчиво чиркая в своей тетради. Рядом с ним сидел его скучающий помощник, а неподалёку дежурили две служанки, приставленные к Матеушу и ухаживавшие за ним.
— Ваше Высочество! — вдруг резко распахнулась дверь, и в комнату ворвался — по-другому и не скажешь — короткостриженый брюнет с волевым лицом и небольшими усами и бородкой.
Девушка резко обернулась к Дзиславу — капитану гвардии, но быстро погасила недовольство. Он бы не стал так себя вести, если бы не произошло нечто из ряда вон выходящее.
— Зерцало! — воскликнул мужчина. — Кто-то опять воспользовался им без вашего ведома!
Катарина нахмурилась и тут же повелела:
— Отправить стражу в мой кабинет!
— Я уже распорядился, моя госпожа, — последовал мгновенный ответ.
Находившийся в комнате чудовищный алхимик неуверенно переглянулся со своим помощником, не зная, что им делать.
— Пан, — повернулась к нему принцесса. — Не отходите от принца, а я усилю охрану.
— Будет исполнено, Ваше Высочество, — подскочил и поклонился Ласло Мартон, и его примеру последовал младший коллега.
— Идём, — властно махнула рукой капитану гвардии девушка, направляясь к двери.
…
Час спустя в кабинете принцессы в креслах и на диванах, которые совсем недавно занимали гости, разместилось пятеро человек: сама хозяйка, Дзислав, Драган Вукович — начальник дворцовой стражи, Смильян Гашек — руководитель Приказа тайных дел и граф Годемир Вишневецкий — канцлер и регент Моревии.
Происшествие было крайне серьёзным событием, затрагивающим государственную безопасность, потому абсолютно все побросали свои текущие дела.
— Пан Вукович, — взяла слово Катарина и посмотрела на седого мужчину в золочёной кирасе с бакенбардами и немного оплывшим квадратным лицом, — что известно на данный момент?
— Ваше Высочество, — слегка склонил голову он. — Во дворце не было замечено посторонних. Более того, стража на этаже не видела, чтобы кто-то входил в комнату с зерцалом. Очевидно, что сюда попали не через двери.
— Господин Гашек, — перевела взгляд принцесса на седовласого и жилистого мужчину в своей излюбленной чёрной робе, предлагая высказаться.
— Ваше Высочество, расследование только началось. Однако могу точно сказать: мои люди проверили Ваш кабинет и ничего постороннего, кроме использованного «реквизита», не обнаружили. Ни артефактов, ни яда, абсолютно ничего. А все следы перебивает использованное зерцало. Даже если преступник использовал магический предмет из Выдоха, мы об этом не узнаем.
— Так кто, по вашему мнению, мог устроить этот саботаж? — прозвучал тихий голос Годемира.
Пожилой мужчина выглядел уставшим, даже его шикарная борода, казалось, поникла, а старый уродливый шрам, рассекавший бровь, набух.
В комнате воцарилось молчание. Ни у начальника дворцовой стражи, ни у капитана гвардии ответа на вопрос не было.
— Это только моё предположение, и доказательств у меня нет, — внезапно сказал Смильян Гашек. — Но чутьё подсказывает, что это сделал зверь из Клана Бессовестного Енота.
— Енот⁈ — выпалил Дзислав, не сдержавшись. — Это же обычный лесной пройдоха!
— Лесной пройдоха, скажешь тоже, — усмехнулся его собеседник, в то время как принцесса внимательно уставилась на главу своей разведки и контрразведки в одном лице. — По словам Льва, который сторожит Её Высочество, когда та показывала дворец, зверь куда-то отлучался. Точнее, пропадал несколько раз в общей сложности минут на пятнадцать, может двадцать. Делал он это мастерски, и никто не замечал его отсутствия, даже Лев не сразу обратил внимание — задачи у него другие. Но это факт.
Мужчина замолчал ненадолго и обвёл всех присутствующих взглядом.
— Не томи, — попросил капитан гвардии.
— Единственные посторонние сегодня во дворце — гости Её Высочества, — продолжил Смильян. — Вот и получается…
— Подожди, — приподнял ладонь Драган Вукович, — но вернувшиеся возницы как один говорят, что отвезли всех в поместье. Всех, включая зверя.
— Возможно, у него был подельник. Вспомните хотя бы тот случай, когда город наводнили эти разноцветные животные, да и жёлтый енот недавно сорвал свадьбу у клановых. Потому что по-другому я не знаю, как он это сделал, не раздвоился же? — пожал плечами глава Приказа тайных дел.
— Но это же обычный зверь, — возразил Дзислав недоумённо.
Капитан, поглощённый делами в своей вотчине — Королевской гвардии, почти не следил за политической жизнью и многого о новых вассалах принцессы просто не знал.
— Он такой же обычный, как ты — портовый грузчик, — немного резко ответил Смильян, поморщившись. — Была бы моя воля, давно бы его к себе в застенки пригласил для обстоятельного разговора. Да и Зефира этого. Слишком много всякой дичи стало происходить в городе с момента, как эта компания поселилась у нас.
Начальник Приказа тайных дел посмотрел вопросительно на Катарину, но та лишь задумчиво покачала головой из стороны в сторону. Заметив этот безмолвный диалог, Годемир Вишневецкий усмехнулся:
— Ты забыл, что глава Клана Бессовестного Енота посильнее меня будет, как и его
