с ростом и весом, хочу историй, чтоб как у всех, хочу разбираться в подгузниках, знать все о грудном вскармливании, задавать на форуме кучу глупых вопросов, ждать первый зуб, шаг, слово и радоваться маленьким победам. Завтра же запишусь к врачу. Чёрт. Вспоминаю, что воскресенье. Послезавтра. Да.
Как часто мы забываем о своём здоровье, которое порой не вернуть.
Глава 64
Ася
Марк довел дело до конца: я получила копию решения суда о разводе. Это как находишься в ожидании смерти неизлечимо-больного, зная примерный временной отрезок, но, когда это происходит, ты все равно проливаешь горькие слезы. Все предопределено и известно заранее, но отпустить всегда тяжело. Так и я: знала, ждала, но получила бумаги и разревелась. Сидя на кухне… Обещая себе, что это в последний раз.
Решаю записаться к лучшему гинекологу на прием, и, наконец, усаживаюсь напротив, начиная рассказ. Он внимательно слушает, смотрит, а потом выдаёт направление на анализы.
— Можете предположить, что со мной? — интересуюсь, но он лишь качает головой.
— Давайте просто подождём результатов.
Только отчего-то мне кажется, что он умалчивает самое важное.
Когда прихожу во второй раз, Егор Михайлович указывает на стул напротив.
— Как чувствуете себя? — интересуется.
— Нормально, — начинаю волноваться, — немного устала, видимо, никак не могу отдохнуть от поездки.
Он качает головой, будто с чем-то соглашаясь.
— Ася, — называет моё имя, от этого под ложечкой неприятно сосёт. — Уровень ХГЧ, действительно, завышен. Только это не беременность, вы же понимаете?
Не мигая, смотрю на него, сглатывая ком в горле. Стоит сказать: да но… Только не могу открыть рта. А он продолжает.
— УЗИ показало образования в обоих яичниках. Вам придется обратится в онкоцентр для дальнейшего исследования.
Всё ещё не моргаю. Просто смотрю стеклянными глазами на собеседника, не понимая до конца, что он говорит.
— Ася? — зовёт он, снимая с предохранителя мои мыли.
— Меня Вы устраиваете, как врач, зачем мне в другую клинику? — пытаюсь отнекиваться, хвататься руками за место напротив него, которое не сулит ничего, что связано с онкологией. — Выпишите мне лекарства, и я пойду.
Он вздыхает, а у меня складывается такое ощущение, что я ни первая и не последняя в этом кресле, кто вот так реагировал.
— Ася, — снова мягкий и вкрадчивый голос. Так иногда говорил со мной отец, когда не хотел ранить, — у тебя подозрение на опухоль. Нужны другие анализы, чтобы сказать более точно. Я — обычный гинеколог и не могу знать больше того, что вижу. Мои коллеги из онкологического центра обязательно тебе помогут.
Его коллеги из…
Мир рушится. Это не предположение в первый визит. Это вполне себе подтверждённые анализами данные.
Пятый палец, еще недавно сопротивлявшийся четырем всадникам Апокалипсиса: смерти отца, предательству матери, уходу мужа и лжи сестры, примкнул к предшественникам. Круг замкнулся, ладонь превратилась в кулак.
Первым порывом было позвонить мужу. Такой условный рефлекс, выработавшийся за последние годы.
Только у меня больше нет мужа.
Сажусь в машину, ухватившись за руль, и нахожусь так минут десять в каком-то ступоре. На соседнем сидении лежит приговор. Кошусь в сторону исписанных листов.
Нет.
Я не готова так просто согласиться. Страшно, конечно, но, пока нет заключения, буду надеяться.
Выбираю из списка контактов мать и хочу нажать на звонок, но тут же передумываю. Она может так разволноваться, что ей надо будет вызывать скорую. Зойка, да. Она куда спокойнее воспринимает новости.
Но снова сбрасываю после второго гудка: беременным ни к чему потрясения, тем более точно еще ничего не известно. Но поделиться с кем-то просто необходимо.
— Привет, надо встретиться, — произношу в телефон. — Через час у меня. — Слушаю ответ. — Да, это очень важно. — Снова пауза. — Договорились, через два с половиной.
Нажимаю отбой и включаю радио на полную мощность. Так ездят пацаны на тонированных тачках по центру города, будя воплями из машин всю округу. Вибрации пронзают тела прохожих, а барабанные перепонки готовы выпрыгнуть, если такой меломан остановится рядом и откроет дверь авто. Загадка, как им комфортно в таком шуме, хотя у меня были подозрения, что они уже глухие с первого подобного раза. Люди всячески привлекают к себе внимание: надевают экстравагантные вещи, кривляются на улицах, красят в странные цвета волосы, делают броские макияжи, тату, шрамирование и прочее. Если ты ничего из себя толком не представляешь, но хочешь быть не как все — стань фриком.
Музыка так и не заглушает мысли, лишь уши начинают болеть. Убавляю громкость, оставляя ее чуть больше обычного. Думать не хочется, надо отключить мозг и добраться до дома, захватив с собой что-то с градусами. Иначе сойду с ума.
Внезапный порыв заставляет доехать до супермаркета, в котором встретила Ольгу. С колотящимся сердцем глушу мотор, смотря на себя в зеркало, и уверенной походкой захожу в магазин. Быстро осматриваюсь, отправляясь отдел алкогольной продукции. Сердце продолжало ухать, будто делаю что-то недозволенное, оно колотилось в яремной ямке. Если бы сейчас меня проверили на полиграфе, он бы говорил, что я по любому поводу вру.
Выбираю две бутылки белого, а потом возвращаюсь за третьей и направляюсь к кассе.
Ольги нет. Кручу головой, понимая, что я просто идиотка, раз решила, что она до сих пор будет сидеть за кассой. Ну, конечно же. Она теперь с Марком. Можно не работать, по крайней мере, не здесь.
Тем более беременная. Наверное, я просто надеялась, что Марк бросил её, но не находит смелости позвонить первым. Наверное, я уже сама ничего не знаю.
В машине снова вспоминаю про приговор
— Всё будет хорошо, иначе никак, да?
Это все бывает только с другими, с теми, которых показывают по телевизору, как они борются с раком, теми, о ком пестрят страницы социальных сетей. Это не про меня, это не обо мне, это о других.
От мантры становится легче, и я выруливаю надорогу.
Глава 65
Ася
Безлюдный двор встречает меня тишиной, когда паркуюсь на свободном место. Поднимаюсь к себе и заказываю ролы. Пытаюсь хоть как-то отвлечься.
Ленка приезжает как раз вместе с доставщиком. Ухмыляется, пока расплачиваюсь, и стреляет глазами в молоденького парня с грязными руками, намекая на мою неразборчивость.
— Я тебе помешала? — сарказм льётся из нее, как только за доставщиком закрывается дверь.
Не реагирую. Молча распаковываю коробочки с ролами, расставляя их на столе. И она меняется в лице.
— По какому поводу пьем? — тянется за белым, а у меня внутри всё дрожит. Только я стараюсь не показать этого страха. Всё хорошо.
