покачал головой:
– Нет, нелегко. Я хочу не любую женщину, а конкретную.
– О, особый заказ.
– Вот именно, и за ценой я не постою.
Рэмси потер химически состаренные ладони.
– Славно! Славно! Я люблю вызовы – и большие гонорары.
– Тебе хорошо заплатят.
– Превосходно! Как ее зовут?
– Кассиопея.
Серо-зеленые глаза сощурились.
– Необычное имя.
– Она человек, дочь двух мертвых полукровок, и очень красива. Ее отец был наполовину аборигеном, а мать – сиротой родом бог знает откуда. Когда такие гибриды фертильны, они производят на свет либо прекрасных детей, либо уродов – либо прекрасных уродов. Ее мать была служанкой, ее звали Глория, – закончил он, – а отец – офицером Стражи… я забыл, как его звали.
Рэмси кивнул и отвел взгляд.
– Где она живет?
– В этом городе, в высотке. Она ею владеет. Ее родители умерли одновременно, и мой отец обеспечил их дочь деньгами. Я не знаю почему.
– Дайте мне адрес, и я встречусь с ней сам.
– Хорошо. – Губы юноши изогнулись в полуулыбке, и он достал из кармана мятый конверт.
– Адрес снаружи. Внутри – деньги.
Рэмси открыл конверт и сосчитал их.
– Она, похоже, очень соблазнительна.
– Потрать столько, сколько придется, а остальное оставь себе в качестве оплаты. Она нужна мне на этой неделе – если возможно, то сегодня ночью. Я дам тебе записку, с которой ты сможешь свободно посещать эту часть дворца. Но не пытайся меня обдурить! Мир недостаточно велик, чтобы в нем можно было скрыться от Терна.
Рэмси поклонился, очень низко. Его голос дрогнул, и на мгновение в нем послышался низкий отзвук Виндичи.
– Как подобает человеку моей профессии, милорд… я еще ни разу не провалил задание.
* * *
Луна метала с небес серебряные копья. Шесть несущихся наперегонки звезд, что уворачивались от них, были трехголовым драконом с длинным хвостом.
Кассиопея отвернулась.
По лестнице в глубине ее жестоких глаз ступали тигриные лапы. В мраморном саду Медузы спит одетый в камень Персей…
Минус шесть
Генерал Комсток посмотрел на нос в прожилках фиолетовых вен, а потом перевел взгляд на кончик сигары Ричарда.
– Возможно, они попытаются вас убить… – начал он.
– Не «возможно», – поправил герцог. – Попытаются.
Денебец выпучил глаза.
– До вас дошли слухи?
Герцог покачал головой и передал ему недавно полученное послание.
– Не слухи, – сказал он, – а факт. Стат посылает Виндичи.
Комсток подергал себя за бородку и прочитал короткое предложение.
– Я и не знал, что Стат на самом деле существует.
– Феды хорошо потрудились, скрывая это, – достаточно хорошо, чтобы обмануть кого угодно. Но я знаю, что Стат существует, потому что я знаю, что существует Виндичи.
– Я готов поверить в Стат, – сказал Комсток, возвращая ему послание, – но не в Виндичи. Нет такого зверя, как сверхчеловек. Герои – да. Везучие глупцы – да. Но не пытайтесь продать мне сверхчеловека.
– Это мой последний бой с Федерацией, – сказал Ричард после долгой паузы. – Победа, поражение, ничья – я умру в любом случае. Тигр здесь, в Мире Тернера, и это вопрос времени – потому что я убил его, когда он был всего лишь человеком.
– Убили?
– Убил. После чего Стат понял, что он такое, и моя неспособность сделать так, чтобы он остался мертвым, подарила им тигра. Через полтора часа они вытащили его из ада, и человек по фамилии Ченнинг создал Виндичи из того, что осталось.
– А кем он был тогда?
– Полукровкой. Настоящим фертильным полукровкой. – Он коснулся стоявшей на столе иконы святого. – Бездушным гибридом человека и аборигена Мира Тернера.
– Они, кажется, телепаты?
Ричард пожал плечами:
– Некоторые – да, у других иные способности. Но никто не знает, что человек вроде Ченнинга может сделать с разумом сломленного полукровки, – сам Ченнинг уж точно не знает.
– Доктор Карол Ченнинг, Адлер двадцать третьего века! Вы его имеете в виду?
– Разумеется. Кто, по-твоему, прислал мне это сообщение? Он нам сочувствует, но, как большинство ученых, не станет лезть из кожи вон во имя революции. В любом случае он даже не знает, где находится Стат. Все, на что он оказался способен, – прислать мне весть о том, что я умру.
– Это место охраняется, как золотохранилище федов.
– Штаб-квартира Кентона тоже так охранялась.
Комсток затушил сигарету о большой оловянный поднос.
– Поговаривали, что на самом деле он умер не от пищевого отравления. Тем не менее он рисковал.
– Мы все рискуем – когда поднимаемся по лестнице, когда едим. Тигр вполне реален, он здесь, в Сириле, и я понятия не имею, как он выглядит. Прошло уже почти девятнадцать лет с тех пор, как я его видел. А полукровки способны менять облик, – добавил он.
– А если предположить, что у него получится, – спросил Комсток, – есть ли у вас план на этот случай?
– Мой сын, Ларри, может занять мое место. Ты обеспечишь решения, а он – фамилию Терн. Он подготовлен.
– Ну хорошо, с этим ясно. Могу я одолжить вам телохранителей?
Смешок раздвинул румяные щеки герцога.
– Когда будешь уходить, пройди через северное крыло. Задержись в главной столовой и взгляни на стену.
– А что там?
– Три слова, написанные красным мелом.
– Хорошо. Я захвачу с собой эти карты. Вернусь вечером.
– Доброго утра тебе.
Генерал отсалютовал, и Ричард ответил ему тем же. Металлические двери бесшумно разъехались. Он прошел сквозь них и вместе с телохранителями направился в северное крыло.
– Сегодня, – проговорил Ричард, – в Самарканде.
* * *
– Доброе утро, милая моя. Ты не изменилась… Здесь, в ледяных гробницах, время неподвижно… Только… Только эта зеленая отметина от поцелуя, что останавливает сердце… Глория! Я собираюсь повидаться с нашей дочерью. Ее возжелал этот человеческий щенок Терна… Что?.. Нет, конечно же, нет. Но я должен ее увидеть. Думаю, она похожа на тебя… Он сказал, что она либо прекрасна, либо прекрасно уродлива. Говорят, какова мать, такова и дочь – а каков отец, таков и сын… Ричард убил нас, когда ты выплеснула вино ему в лицо, но я вернулся… Уничтоженная форма высвобождает хаос, хаос уничтожает другие формы… отдача! Щенок хочет ее так же, как пес хотел тебя, моя прекраснейшая из сук… Побереги свои ледяные слезы. Я пожну две души и вырву с корнем древо Тернеров!.. Нет! Дождись меня… Сохрани свою ледяную слюну для душ Тернов, когда они увидят тебя – не издали, но вблизи…
До свидания, милая моя.
Минус пять
– Пит?
– Да, милорд?
– Насколько я понимаю, мой сын нанял тебя из-за твоей… э-э… профессии.
– Верно, сэр.
– Я, как бы это сказать, довольно напряжен. Понимаешь, о чем я?
– Нет, сэр.
– Черт побери! Да ты же одного возраста со мной! Тебе знакомо это чувство.
– Сэр?
