старушка, – Даже представить боюсь, что будет в следующей!
Как я ее понимаю!..
Так, стоп.
– Полагаете, у этой истории будет продолжение? – с легким любопытством спрашиваю я.
– Конечно будет! Не могут же они оставить нас с таким ужасным финалом! Я уже третий раз этот спектакль смотрю и своей монетой голосую за счастливый конец! А как иначе? Пока есть спрос – будет и предложение…
Киваю этой бессмертной и направляю взгляд на сцену, где в этот момент несчастные отец с дочерью бьются с целой армией «демонов», описывать которых я не взялась бы даже за отдельную плату. Зрители вокруг едва не в голос обсуждают бедственное положение семьи, недоумевая: где же их союзники из Края Пяти Озер? Но мгновенно замолкают, когда на сценическую землю «с небес» (с потолка на тросе) начинает медленно спускаться девица лет тринадцати в одном халате на голое тело (напомню – тело ребенка!) и с огромной копной шикарных, но абсолютно седых волос.
– Это что за… – только и вырывается из меня.
– Кажется, тебе решили польстить, о древняя богиня, – хихикает Синь Шэнь, прикрывая рот рукой, – и вместо старухи на сцену выпустили прекрасное дитя!
– Шэнь-гэгэ… тебе смешно? – опасным голосом уточняю я.
– Прости, а-Юэ, но это действительно компромисс… согласись, – хмыкает лис, продолжая давиться смехом.
– Компромисс? Почему она в халате?! – возмущенно спрашиваю, поймав на себе несколько недовольных взглядов.
– Потому что ты была в халате, когда отправилась на помощь Повелителю Цветов, – по большому секрету делится со мной Синь Шэнь. – Ты уже не помнишь этого?
– В тот день столько всего произошло! Мне было не до выбора гардероба!
– Поэтому ты прилетела громить демонов в домашней одежде, – кивает лис. – Естественно, в этом нет ничего «ненормального».
Кошу на него глазом.
– Но почему у меня седые волосы? – вновь взрываюсь, но намного тише.
– Милая а-Юэ, ну как еще этим темным божкам изобразить древнейшую Высшую Богиню, которая выглядит так прекрасно, как ты? Посмотри вокруг! Как много бессмертных сохраняют свою красоту ко второй тысяче лет – не говоря уже о третьей?
– Боги нынче обмельчали, – качаю головой, – в нашем детстве, помнится, к родителям наведывались много древних богов с молодыми лицами.
– И многие из них погибли во время войны с демонами, – кивает Синь Шэнь. – С тех пор демоны не высовывались: по ним был нанесен сокрушительный удар.
– Ты сам знаешь, что это не так. Они возрождаются. И готовятся к ответу, – произношу совсем тихо.
– Если их уровень будет так же низок, как у тех, что встретились нам на территории Белого озера, то бояться нечего.
– Если среди них укроются пара мастеров из смертного мира с техникой кровавой печати, то трагедия повторится не раз, – вспоминая обстоятельства смерти Тао, возражаю я бесцветным голосом. Внезапно играющая меня актриса вновь привлекает мое внимание. – Что она делает?!
– Кажется… танцует с лентами?
– Они нарываются, – сухо констатирую я.
Танец с лентами. Зрелище, от которого можно поседеть от стыда. Собственно, демоны и седели… в смысле – умирали. От зрелища.
Потому что ленты не успевали их касаться.
Естественно.
Это же были простые ленты из простой ткани…
– Ну, вообще она неплохо двигается, – потирая пальцем подбородок, признает Синь Шэнь. – Да, что-то в этом определенно есть…
– Я не «двигаюсь», когда использую ленты… – цежу я, тяжелым взглядом глядя на это представление.
– Ну что ты ворчишь, как старушка? Танцует себе – и ладно! Вон, демоны штабелями валятся! – махнув рукой на сцену, беспечно отзывается лис.
– О, Высшая Богиня! Вы пришли на помощь племени цветов, несмотря на то что его высочество до сих пор любит меня! – простирая руки к «Хозяйке Шелковой долины», восклицает «Чжу Цин».
Какое громкое заявление…
– Ваша взаимная любовь меня не интересует, – неожиданно низким и звучным голосом отвечает ей ребенок, изображающий меня.
А они определенно продавливают линию любви Тао и Чжу Цин…
Так грубо.
– Меня интересует только Цветок Алого Пламени, – продолжает седовласое дитя, тяжелым взглядом буравя несчастное семейство.
– Вот как… – роняю я, поудобнее усаживаясь и начиная внимательнее следить за действием.
– Любовь моя! – падает с небес «Каменный принц» (и этот на тросе спустился), чья маска за последние несколько месяцев тоже значительно улучшилась и больше не напоминает ошалевшего пьянчугу с открытым ртом.
К слову, обращался принц не ко «мне».
«Любовь моя!» сказано актрисе, играющей Чжу Цин.
– А ты что тут делаешь, моя последняя невеста? – А вот эта реплика адресована «мне»!
Да, принц явно не благоволит седым детям…
– Я пришла, чтобы забрать себе племя цветов, – басит ему в ответ «Хозяйка Шелковой долины».
– Признайся, ты мстишь за мою холодность?! – запрокидывая голову и едва не ломая себе шею, вопрошает «Каменный принц».
– Эту пьесу точно не Тао писал? – бормочу себе под нос, всерьез заинтересовавшись этим вопросом.
– Нет, я всего лишь хочу завоевать все бессмертное царство, – отвечает ему «Высшая Богиня Инь Юэ», затем, исполняя какой-то странный танец, обвязывает лентами «Повелителя Цветов» и «Чжу Цин» и уводит тех за кулисы.
Ну-у…
– Я всегда буду любить тебя! – сообщает бывшему жениху «Чжу Цин», проливая реки слез.
Буквально.
После удаления «дочери Повелителя Цветов» на сцене остается мокрая дорожка…
– А я тебя, любовь моя! – сообщает той «Каменный принц».
– Нет, кажется, к этой пьесе приложила руку наш гордый цветочек, – мягко постучав пальцем по губам, негромко комментирую я.
– Ты видишь то же, что и я? – так же тихо уточняет Синь Шэнь.
Растягиваю улыбку на губах:
– Кто-то очень хочет настроить бессмертное царство против Хозяйки Шелковой долины. – Затем оборачиваюсь и смотрю на гэгэ. – Ты же явно не просто так привел меня на это представление.
Синь Шэнь не отпирается:
– Я хотел, чтобы ты своими глазами увидела методы наших противников.
– Хитро́… – соглашаюсь я, вновь переводя взгляд на сцену, где началась кульминация – со «страданиями» главного героя и его последующей попыткой суицида, удачно закончившейся в стане врагов…
Окруженный демонами, «Каменный принц» произносит предсмертный монолог о том, как он несчастен, и умирает, «пронзенный» десятком деревянных мечей, покрашенных в светло-серый цвет, подобный металлу.
– Да нет, конечно, он не умер! Что ж он – совсем дурак, что ли, идти к демонам в одиночку? – в голос обсуждают финал окружающие меня боги. – Да и спектакль закончился с намеком на вторую часть: вон, Хозяйка Шелковой долины взяла в плен племя цветов, но никого же еще не убила!
– А кого она, по-вашему, должна убить? – интересуется Синь Шэнь, тоже успевший где-то раздобыть шляпу с вуалью, чтобы скрыть лицо.
– Ну, кого-то точно должна – не зря же появилась! – отвечает ему на это молодой бессмертный,
