представляешь насколько, — так же шепотом ответила Мириана.
Жрецы вошли в дворцовый зал один за другим, они тоже были в сиреневых одеждах, но с чуть более лиловым оттенком, однако, казалось, что Мириана в своем платье из сиреневой тафты была жрицей — одной из них.
Они также приветствовали королеву, а Чи-Тоан поздравил ее с победой в Поднебесном турнире, отметив, однако, что это не то занятие, которое приличествует королеве Туанга.
— Я рада приветствовать вас здесь, Великий жрец, — Мириана склонила голову перед ним. — Я позвала вас, чтобы сообщить, что вернулась во дворец. Благодарю за то, что в течение этого года вы столь мудро правили от имени королей моей страной.
— Мы рады служить Туангу и Великой птице, — с достоинством ответил жрец. — Я полагаю, моя королева, что вы вернулись к нам навсегда? Что вы планируете делать дальше? Срок траура подошел к концу, а Туангу нужен король…
— Как вы знаете, я обручена, — ответила Мириана. — И раз траур окончен, следующим шагом, которого от меня ждут, будет объявить о скорой свадьбе с господином Схайлайном.
— И вы это сделаете?
— Я еще не видела своего жениха. Надеюсь, он не передумал. Мы созовем народ в ближайшее время, Великий жрец. Мы не оставим Туанг без правителя. Пока же прошу вас вернуть мне золотое перо, которое вы столь бережно хранили весь этот год.
Повисла пауза. Согласно этикету Мириана все сделала правильно, и теперь Чи-Тоан должен был приблизиться к трону и передать королеве золотое перо. Однако жрец остался стоять неподвижно, не сделав к трону ни одного шага. Мириана ждала, ждали и все присутствующие, они боялись даже дышать. В зале стало так тихо, что было слышно, как за окном падает снег. Чи-Тоан медлил, оставаясь на месте.
И тогда легким движением поднялась с трона Мириана. Она медленно подошла к жрецу, остановившись напротив, и протянула руку. Но тот, словно завороженный, продолжал крепко сжимать символ власти, не желая выпускать его из своих рук. Мириана опустила тонкие пальцы на запястье Великого жреца и сжала их неуловимым движением, невидимым для глаз окружающих, но жрец вдруг взвыл от боли, выронив золотое перо, а королева, подхватив его, вернулась обратно к трону. Она едва заметно улыбнулась Каоламу: теперь Великому жрецу нескоро захочется брать чужое без позволения!
Чи-Тоан потирал запястье, другие жрецы с недоумением следили за происходящим, Кайл тихо прыснул в кулак, Каолам едва сдерживал торжествующий смех, а Мириана самым спокойным тоном еще раз поблагодарила жрецов и попросила их разойтись.
— У меня на вечер назначена встреча с женихом, — пояснила девушка.
Кайл и Каолам удалились вместе со жрецами, а Мириана отправилась к служанкам переодеваться. Жених не видел ее более полугода, теперь пусть увидит во всей красе!
Она выглядела замечательно, уже в другом, более простом, но и более легком сиреневом платье из блестящего струящегося шелка, когда вечером на балконе королевского дворца приветствовала господина Схайлайна. Тот мало изменился, по-прежнему казался элегантным и стройным, его лицо было все таким же красивым, только на переносице пролегла глубокая складка, словно ему приходилось частенько хмуриться. Неудивительно: он полгода опасался за жизнь своей невесты, ведь вместе с Мирианой он потерял бы и надежду на королевскую корону, а может и жизнь! Схайлайн подозревал, что жрецы задумали подослать к нему убийц и потому удвоил охрану, каждую ночь расставляя вокруг своей спальни не менее шестерых стражников. Но теперь всему этому безумию пришел конец! Королева вернулась! А значит, они скоро объявят о своей свадьбе! Конечно, она немного задела его честь, когда, уже будучи обрученной, перед всем Туангом призналась в любви безродному кочевнику Эмиру! Но она была жестоко наказана за свой проступок, а потому — можно простить и забыть. Тем более, ни любовь девушки, ни ее верность, его не интересовали. Но, разумеется, сама королева должна думать иначе, она должна верить, что занимает все его мысли!
— Я рад приветствовать возвращение Вашего Величества, — Схайлайн поклонился Мириане, а потом приблизился и осторожно обнял свою невесту. — Вы заставили нас понервничать! И не раз!
— Спасибо, что переживали за меня, господин Схайлайн, — вежливо ответила девушка. — Значит, вы дождались меня. По-прежнему ли вы считаете себя связанным словом со мной? По-прежнему ли хотите стать моим мужем? Признаю, я виновата перед вами… Я вела себя непозволительно для невесты и вдовствующей королевы.
— Что было — то в прошлом, — ответил Схалайн. — Разумеется, я, как и прежде, мечтаю назвать себя вашим супругом, королева Мириана. И, как и прежде, я уверен, что мы будем очень счастливы вместе!
— Это хорошая уверенность, — согласилась Мириана. — И спасибо, что так великодушно простили меня. Но в прошлый раз я вышла замуж необдуманно, слепо выполняя волю отца. Сейчас мне бы хотелось получше узнать своего жениха. Я хотела бы понимать, что за короля я возведу на трон моей страны. Какого правителя получит народ?
— Что именно вы хотите знать, моя королева? Я готов ответить на любой ваш вопрос, — он обольстительно улыбнулся и снова взял ее за руку.
— Расскажите, как вы будете править Туангом. Путешествуя по стране, я слышала о вас не самые лестные отзывы, дорогой жених. Слышала, что вы суровы с провинившимися, что бываете излишне строги, а иногда даже жестоки. Слышала о том, какими методами вы формировали армию и о том, какими наказаниями грозили тем, кто отказался вступать в ряды ваших бойцов. Все это правда? — она посмотрела в глаза будущему мужу.
— Это правда, — спокойно ответил он. — Король не может править, не имея твердой руки. Вы знаете, что у вашего мужа есть младший брат. И однако, Каолам посоветовал вам взять в мужья меня. Потому что иначе не удержать власть. Здесь заговор на заговоре и вы — в его центре, моя дорогая! Изберите себе слабого короля, который распустит армию, и уже завтра не будет ни вас, ни правящей династии! И если мы хотим сохранить королевство, то должны ответить жестокостью на жестокость, кровью на кровь. На войне, как на войне, Мириана. Тут все средства хороши!
— И что же вы будете делать с вашей армией, как только станете королем?
— Первым делом я уничтожу жрецов. Эти негодяи покушались на вашу жизнь, они замышляли убить меня. От них нет никакого проку, зато много интриг и вреда. Они жадны до золота и голодны до власти. И если мы не избавимся от них сейчас — они избавятся от нас.
— И как вы предлагаете избавиться от жрецов? — удивилась Мириана.
— Самым простейшим образом. После коронации я отправлю моих людей
