умер! — провозгласила между тем Мириана и обернулась.
Она увидела, как сжались руки Кайла, как побелели его пальцы, вцепившиеся в парапет, а в его глазах застыли отчаяние и безнадежность.
Увидела, как Схайлайн покачнулся вперед, готовый, услышав свое имя, сделать шаг, чтобы занять место рядом с будущей женой и поприветствовать толпу.
Мириана снова повернулась к толпе: на их лицах столь откровенно читается отчаяние, они не могут его скрыть! Или же — она заглянула в их души? И там увидела неверие и беспросветный мрак, вечный для этих потерявших надежду людей… Людей, таких же наивных и слабых, почти младенцев, испуганных, опасающихся законов, традиций, верований, жрецов, королей, кочевников, лавин, собственной тени, — да всего на свете, — какой некогда была она сама. И которые, вопреки всему, поверили в нее.
— Король умер! — твердо произнесла Мириана, поднимая руки без крыльев к небесам, громко, чтобы услышали ее люди и боги, чтобы голос долетел до ушей Великой птицы и достиг обители, где жили теперь ушедшие предки, древние правители Туанга. — Да здравствует королева!
На несколько мгновений повисла тишина, а потом по толпе прокатился рокот, жрецы взволнованно переглядывались, а Схайлайн, не выдержав, громко крикнул:
— Что?! Что она несет! Она сошла с ума! — он расхохотался, — Где это видано! Никогда в Туанге не было королевы без короля!
— А теперь — будет, — спокойно ответила ему Мириана. — И сейчас я хочу поговорить со своим народом. Наедине.
И с этими словами, вытянув руки, девушка бросилась вниз с головокружительной высоты, туда, где стояла толпа ее подданных. Люди повсюду закричали от страха, женщины с визгом зажмурились, разбегаясь в стороны, а когда открыли глаза, увидели Мириану, которая медленно и грациозно опустилась на площадь перед ними, увидели ту, что летала без крыльев.
А в следующую секунду, один за другим жители Туанга вдруг опустились на колени и склонили головы, как никогда не склонялись перед королями, — здесь это было непринято. Но Мириана знала, что они преклонили колени не перед ней, не перед своевольной принцессой Города птиц, не перед дочерью короля Квана и морской ведьмы, но перед воплощением великой богини, той, что долгие годы дремала в ее душе, а теперь, пробудившись, предстала перед своим народом. В это мгновение у Схайлайна уже не было армии, потому что его солдаты преклонили колени вместе со всеми, как и послушники в храмах, как и мечтавшие остаться в Туанге чужеземцы и кочевники. И даже наемные убийцы, призванные жрецами убить Мириану во время церемонии, стояли сейчас на коленях, смешавшись с толпой, с удивлением чувствуя, как их душу впервые озарило неяркое сияние истины.
Окончание
Поздно вечером, когда праздничные гуляния толпы еще продолжались, Мириана нашла Кайла в его в комнате. Он собирал вещи, складывая их в свой вечный старый мешок.
— Мне можно войти? — спросила она, постучавшись.
— Конечно, входи, — кивнул он.
— Что ты делаешь?
— Собираюсь. Раз уж все так славно окончилось — мне можно уходить. Тебе теперь вряд ли понадобится защита.
— Куда ты пойдешь? — спросила девушка.
— Вернусь в цитадель. Учитель обещал дать мне учеников. Попробую и я довести кого-нибудь до Пути мудрости.
— Пойдем на балкон, там очень красиво, внизу зажгли огни, начались танцы, — предложила Мириана. — Ты же не уйдешь на ночь глядя?
— Нет, на рассвете. Ночью тут по-прежнему опасно ходить. Даже для такого непревзойденного бойца, как я!
Рассмеявшись над его словами, они вместе вышли на балкон и долго стояли, глядя на огненный танец, что устроили внизу уличные фокусники и метатели огня. Те танцевали на длинных ходулях, крутили огненные колеса, размахивали факелами и запускали фейерверки.
— Это было красиво. Сегодня, — Кайл повернулся и посмотрел на девушку. — Ты молодец.
— Я старалась, — она улыбнулась в ответ. — Эффект превзошел все мои ожидания.
— И у Схайлайна была такая морда! Точно глотнул уксуса! Мне бы и тысячу лет еще не жалко прожить, чтобы такое увидеть! Одного не пойму, там, на капище, чего ты болтала про счастливый брак? Я уж думал, ты, и правда, любишь этого выродка! Думал, ну и вкус у тебя! Сначала Лай Вуонг, потом Эмир, теперь Схайлайн… К чему это было?
— К тому, что Прорицательница обещала мне счастливую любовь, Кайл. А она никогда не ошибается, забыл? И я все еще намерена заключить свой удачный брак. А раз уж король мне теперь не нужен, то нет необходимости выходить замуж за воина из знатного рода, как думаешь? Вполне могу взять в мужья и небогатого чужеземца.
— Кочевников не бери! — тут же деловито перебил Кайл, — Да, они хороши собой и сильны, но в душе все наемники и предатели.
— Хорошо, не возьму, — рассмеялась Мириана и, повернувшись, бросила на него из-под опущенных ресниц быстрый взгляд серых глаз, — Я хотела, чтобы моим мужем стал ты, Кайл. Что ты об этом думаешь?
Повисла долгая пауза, а потом Кайл пожал плечами.
— Ну… — протянул он деланно равнодушным голосом, — Ты, кажется, говорила, что предпочла бы самого последнего крестьянина в Туанге…
— Я передумала.
— А зачем тебе собственно муж? Король тебе не нужен, как оказалось… Защитник тоже. Ты у нас девушка самостоятельная… справишься и без мужа.
— Великой династии нужны наследники. Помнишь, чтобы горы не обрушились с неба… Чтобы Великая птица не сдернула покрывало… И уж тут-то мне точно не справиться одной. Прорицательница сказала, что я могу родить наследника.
— То есть? — Кайл изумленно посмотрел на Мириану, — Ты хочешь, чтобы я стал твоим мужем, потому что тебе нужны наследники?!
— Да нет же! — она возмущенно всплеснула руками, — Ну какой же ты глупый! Я хочу, чтобы ты стал моим мужем, потому что хочу, чтобы ты остался в Городе птиц! Остался со мной… Потому что ты нужен мне, Кайл…
Она с мольбой заглянула ему в лицо, Кайл подошел к девушке, осторожно обнял ее за талию и с улыбкой заглянул в глаза.
— Другой разговор, — ответил он. — Тогда я, конечно же, остаюсь. Старая ведьма напророчила, что мне не быть королем, пусть так, но никто не сказал, что я не могу стать мужем королевы!
— То есть, ты все-таки спрашивал про это? — изумилась Мириана.
— Ну, конечно же, спрашивал!
С этими словами он поцеловал Мириану, и она поняла, что этот поцелуй бесконечно далек от того, что подарил ей некогда Эмир во время Поднебесного турнира. В том была обжигающая страсть, и Мириане казалось, что она сгорает в огне, словно мифическая птица-феникс. А сейчас она чувствовала лишь, как ее сердце заливает спокойное сияние, это было сияние вечного голубого неба над
