— Я… не… знаю, — проговорил турок, брыкаясь ногами в туфлях с загнутыми носами.
— Не лгите мне, — предупредил Гейбриел сквозь стиснутые зубы. — На карту поставлена жизнь Софии, ясно вам? Я понял, что вы узнали надпись на том кинжале. Говорите, что она означает, негодяй, или я придушу вас собственными руками!
— Остановитесь! Опустите же меня наконец, и я все расскажу.
Гейбриел прищурил глаза и медленно опустил турка на пол. Посол потер шею, стараясь отдышаться.
— Скорее.
— Изображение на лезвии кинжала означает орден Скорпиона.
— Что это такое?
— Тайная религиозная секта, поддерживавшая принца Мустафу, единокровного брата султана Махмуда. Мустафа устроил государственный переворот и попытался взять власть в свои руки, но мы положили этому конец. У него имеется множество сторонников среди наших элитных войск янычаров. Как только мы подавили мятеж, султан Махмуд пообещал помилование всем тем, кто откажется поддерживать устаревшие взгляды Мустафы и даст клятву верности его величеству, но не все воины Мустафы согласились принять это предложение. Группа истинно верующих осталась под предводительством духовного наставника принца Мустафы — человека, известного как шейх Сулейман. Нам так и не удалось поймать этого шейха, а что касается других янычар, то до нас доходили кое-какие слухи, будто они заигрывают с Али-пашой.
Гейбриел отчетливо помнил, как София говорила, что Али-паша хочет завладеть Кавросом. Ну что ж, может быть, пора уже в большей степени доверять ее мнению. Ведь как-никак она не ошиблась, когда говорила о верности своих телохранителей.
— Сколько их там, этих янычаров, которые стали людьми вне закона?
Посол покачал головой.
— Сотни.
У Гейбриела перехватило дыхание.
— Куда они ее повезли?
— Не знаю.
— А если подумать? — угрожающе прошипел он.
Турок молча взглянул на него. Гейбриел сделал свой вывод.
— В Янину?
Посол мрачно кивнул.
Гейбриел отпустил его и ушел.
Когда он отправился поговорить со своим зятем, у Гриффа находился капитан, начальник гарнизона, и они втроем обсудили все, что удалось узнать. Грифф получил сообщение от лорда-гоффмейстера о том, что одна из кухонных служанок видела прошлой ночью, как Алекса с Софией шли в винный погреб. Алекса сказала любопытствующему кухонному персоналу, что ее высочество пожелала сама выбрать еще одну бутылку шампанского.
Утром служанки не решились сказать, что видели Алексу и Софию, потому что принцесса была в состоянии сильного опьянения, — по крайней мере так им показалось. Гейбриел понял, что Алекса подсыпала снотворное Софии и телохранителям.
Капитан гарнизона добавил, что его люди открывали прошлой ночью ворота для Алексы, которая выезжала куда-то в своем двухколесном экипаже.
Когда солдаты, стоявшие на часах в сторожке у ворот, спросили, куда она держит путь, та, лукаво усмехнувшись, заявила, что убегает, чтобы провести ночь с Гейбриелом!
Учитывая репутацию Алексы и его вчерашнюю публичную ссору с Софией, солдаты лишь похотливо расхохотались и пропустили ее. Ее двухколесный экипаж они не обыскивали, потому что у них не было причин подозревать, что она тайно вывозит принцессу.
— Ну, что будем делать дальше? — хмуро спросил капитан.
— Они, наверное, везут ее в Янину, — сказал Гейбриел, поведав им то, что сообщил ему турецкий посол об ордене Скорпиона.
Грифф, услышав это, побледнел.
— Как далеко отсюда до ближайшего порта? — спросил Гейбриел. — Они постараются как можно скорее выйти с ней в открытое море.
— Мы находимся всего в часе езды от побережья, — сказал капитан.
— Я попрошу, чтобы несколько судов ВМФ начали их поиск, и когда мы их обнаружим…
— Осторожнее, — предупредил его Гейбриел. — Мы не знаем, на что способны эти люди. Еще неизвестно, как они могут отреагировать, если мы погонимся за ними с целой флотилией британских военных судов. Похоже, что нам не удастся заставить их подчиниться, когда София находится на борту.
— Он прав, — подтвердил капитан гарнизона.
— Я возьму ее телохранителей и отправлюсь к Средиземному морю на гражданском судне. Так мы скорее доберемся, чем если будем плыть под «Юнион Джек» — флагом Соединенного Королевства. Мы найдем их и будем следовать на безопасном расстоянии, пока не подвернется удобный случай перейти к действиям и спасти ее.
Грифф кивнул:
— Правильно. И если тебе что-нибудь нужно…
— Припасы. Оружие…
— Люди? — предложил с надеждой в голосе капитан.
— Нет, — остановил его Гейбриел. — Чем меньше группа, тем оперативнее. Одному Богу известно, куда заведет нас эта погоня, пока мы не доберемся до Албании. Если нам повезет, то мы ее освободим до того, как окажемся на территории Али-паши.
— Я сообщу султану Махмуду о том, что произошло, — сказал Грифф. — Возможно, он сможет помочь со своей стороны.
— Я обеспечу снабжение тебя и твоей группы, — сказал капитан.
Гейбриел кивнул.
— Я буду информировать вас о происходящем при каждом удобном случае.
— Делай все, что сочтешь нужным, — тихо сказал Грифф, — только верни ее в целости и сохранности.
— Уж будь уверен, я постараюсь, — сурово сказал Гейбриел.
Отставая от похитителей не более чем на восемь часов, он с отрядом телохранителей примчался в порт, чтобы нанять самое быстроходное судно, какое можно найти. Гейбриел отправил нескольких людей, чтобы расспросить морских капитанов и матросов, а также обслуживающий персонал в доках, не заметил ли кто-нибудь чего-либо подозрительного, что могло иметь отношение к Софии.
Вскоре Тимо и Янис нашли для них быстроходный шлюп, который, по словам его капитана, был готов отправиться куда угодно. Гейбриел страшно обрадовался, когда Маркос и Деметриус отыскали в доках старого морского волка, сказавшего, что видел прошлой ночью подозрительных иностранцев — они приехали верхом и сразу же отбыли на фрегате под названием «Мэй», причем было это среди ночи, когда большинство судов стоит на якоре.
Не прошло и часа, как они вышли в море.
Гейбриел стоял на носу среди брызг морской пены и, прижав к глазу подзорную трубу, сердито смотрел на волны. Длинные полы его черного плаща раздувались на холодном ветру.
Где-то там, вдалеке, ждала его она. Он это чувствовал. Но его мысли то и дело возвращались к ее похитителям.
Если хоть один волосок упадет с ее головы…
Никакой пощады.
Алекса, страдая от морской болезни, ушла в свою каюту, но резкий стук в дверь вывел ее из полудремотного состояния.
