хотя…
О чём я думаю?
Какой ещё Геннадий Яковлевич? Он же сейчас в палатке у чёртовой психологини в спальнике шкерится. Козлина малодушная, мог бы и поучаствовать в спасении почётного гражданина! Хотя бы морально!
А-а-а-ай, чёрт! Быстрее-быстрее-быстрее!
Пускай я всех обо всём предупредил, а на всякий случай всё равно ехал по Удалёнке, отчаянно бибикая. Чтобы девки слышали и выходили встречать.
Затормозил рядом с калиткой Лёхиного дома — уже открытой калиткой, спасибо альтушкам — вытащил деда и побежал. Матвеевич всё так же наблюдал за мной глазами и всё так же молчал. Как будто, блин, парализовало.
— Ой, — уже разогревая руки сказала Её Сиятельство. — Это же тот дедушка с козликами.
— Да-да-да! Дедушка с козликами! Я его сырой магией задел, не спрашивайте, как и почему! Давай же, лечи!
— Здесь?
— Давай домой!
Смерть почуяла, чем пахнет, и распахнула передо мной дверь прежде, чем я вынес её с ноги. Я забежал в комнату и уложил Макара Матвеевича на диван.
— Ну же! Давай!
— Да я уже! — огрызнулась Фонвизина, забегая следом. — Дистанционно!
— Ах, ну да… и как, получается?
— Тяжело, — сказала Фонвизина, положив деду на лоб сразу обе руки.
Из-под ладошек лекарши начало исходить приятное зелёное свечение.
— Сможешь?
— А-ааааАА-А! — заорала Её Сиятельство почти так же безумно, как несколькими минутами ранее орал дед Макар. — Смогуу-У-уу-У! Вытяну! А-ааАА-Аа!
У бедолаги аж холодный пот выступил. Давай, рыжая, не подведи.
Что ж…
Пока от меня ничего не зависит. И чтобы отвлечься, я вот о чём задумался: там, на «астероидном бублике», Фонвизина на лету латала рваные раны девок. И светилась при этом, как ангелок. А здесь и сейчас явно что превозмогает над одним несчастным старичком.
И вот вопрос:
Это ушиб от сырой магии столь сложен в исцелении, или же всё-таки девки в иномирном пространстве стали сильнее, чем здесь?
Надо бы этот момент потом изучить.
— Ы-ы-ыкх! — дед Макар вскочил с дивана, будто от разряда дефибриллятором. Вскочил и начал бешено вращать глазами, явно не понимая, где находится, что с ним случилось и который сейчас год.
А Фонвизина тем временем выдохнула, провела рукой по взмокшим волосам и устало побрела к раковине. Явно с тем, чтобы набрать водички.
— Не стоит благодарности, — не оборачиваясь крикнула Сиятельство. — Всегда пожалуйста…
* * *
Чамара.
Ча.
Ма.
Ра.
Как Тамара, только через «Ч». В этом имени явственно слышалось шипение огня, стон грешных душ и животный, первобытный рык.
Именно так звали демонессу, которая повстречалась группе «Альта» в коридоре между мирами. В тот момент она как раз шла на зов и вот, получается, наконец-то пришла.
— Идиоты, — выругалась Чамара, глядя на… и впрямь глядя на двух идиотов.
Дело было в далёком мире, географические названия которого не имеют абсолютно никакого значения. В старинном замке, который использовался в качестве учебного заведения для одарённых демонологов. В мрачной комнате с каменными стенами и одним-единственным узким оконцем, за закрытой массивной деревянной дверью.
Судя по люстре с оплавленными свечами, до электричества здесь пока ещё не додумались. Зато до искусства общения с демонами — уже.
— Придурки, — повторила Чамара.
Сейчас она сидела на крепком деревянном стуле, закинув ногу на ногу, и осматривалась вокруг. Лаборатория? Кажется, да. Полки с толстыми книгами, стол со всякими колбами и порошками и что-то на подобии самогонного аппарата в углу.
А рядом с камином на полу расчерченный пентакль, над которым и разверзлась мини-трещина, через которую она сюда пришла.
Ну а «идиотами», про которых обмолвилась Чамара, были два первокурсника, решившие, что они уже очень взрослые и сами могут совладать с демоном. Наивные. Вот они, кстати: левитируют в метре над полом и пучат глаза в потолок. Не могут ни двинуться, ни на помощь позвать. Им сейчас вообще любые звуки запрещены, так что даже не похрипеть.
И у каждого разорвано брюхо.
Разорвано оно, понятное дело, когтями демоницы. Разорвано вроде бы яростно, а вроде бы и со знанием анатомии. Чамара сделала так, что студентики будут истекать кровью очень… очень долго.
А как всё интересно начиналось!
— Приветствую вас, мои повелители, — сказала демоница, едва вышла из портала и тут же склонилась перед сопляками на одно колено.
Сопляки обрадовались. С ходу начали диктовать свои желания, перебивая друг друга, и чуть ли не локтями толкались. Просили вечную жизнь, и здоровье, и денег, и чтобы девки любили, и чтобы без подвоха всё, да-да-да.
А ещё — вот умора! — обещали, что если Чамара всё исполнит, то они отпустят её на волю живой.
И… да, сперва она поигралась с ними в послушного демона. Подумала даже мельком, а не устроить ли ребяткам прощальную оргию?
Однако для тысячелетней адской сущности молодо не только зелено, но ещё и тупо-надоедливо. И шумно. И бестолково. И неинтересно. А потому Чамаре вскоре надоело играться со своими жертвами, и она приступила к разделке.
Что до остального…
Никаких перспектив.
Мир уже потерян для Ада, и вторжение не устроить никак. Одно лишь учебное учреждение для демонологов о многом говорит. Здесь уже есть профессионалы и собственные средства борьбы с демонами. И более того, сильные мира сего действительно могли бы приручить кого-то из соплеменников Чамары.
Без подвохов и прямо вот всерьёз.
Сделать здесь плацдарм и затеять войнушку? Можно, но… зачем? К чему тратить силы и превозмогать, когда можно дождаться зова из другого, более незащищённого мира и пройтись по нему адским катком?
А то, что ждать долго, так это не беда. Демоны не умирают от старости, а наоборот лишь зреют. Становятся всё сильнее, всё умнее, всё могущественней… И души этих двух малолетних дебилов как раз-таки послужат для укрепления Чамары.
— Ладно, — сказала демоница и встала со стула. — Хватит.
Подошла к «летающим» студентам и полоснула их когтями по горлу. Поглощение душ — дело интимное. Визуально — во всяком случае в зримом мире — оно не обозначается совершенно никак. Однако блеск в глазах пообедавшей демоницы подделать было невозможно.
Эйфория.
Кайф.
Чувство полноты жизни и насыщения. На всякий случай выглянув из лаборатории, Чамара оглядела этаж — вдруг здесь найдётся ещё кто-нибудь такой же молоденький и вкусный? — но никого не нашла.
Тогда она, вполне довольная собой, копытом нарушила пентаграмму и заскочила в уже закрывающийся портал. Никаких больше дел на сегодня, а потому демоница направилась домой,
