был, схронил детей своих от беды, а до нас, сирот, никому дела и не было. Уж Варенька моя и плакала, и умоляла их, не хотела меня одну оставлять. Тогда один из иродов драконьих встал в полный рост, чуть собой солнце не заслонив, глянул на меня так, что я вся похолодела. Предложил Варваре меня с собой забрать. Я на всё была готова, а сестрица испугалась. Что ждёт там, за хребтом Драконьим, никто не знал, а потому и страшно было.
– И ты больше сестру свою не видела?
– Нет, ни одной весточки от неё не было.
– Как же ты выжила, маменька? – всхлипнула впечатлительная Айка.
– Видать, Боги смилостивились, вот и выжила. В наймы пошла, к разным семьям прибивалась, честной работой на кров и хлеб зарабатывала. Потом отца твоего встретила, с ним во двор княжеский и попала.
Отец Айки долгое время главным конюхом был, добрую службу нёс. Потому, может, как не стало его, жену и дитя его, князь Благояр подле себя оставил, в память о хорошем человеке.
Мы с Айкой надолго умолкли, переваривая всё услышанное. Людмила, решив, верно, что мы уснули, ушла к себе. И только тогда я услышала робкий шёпот подруги:
– Думаешь, правда всё это? Правда, что драконовых невест собирали и в жертву приносили?
– Глупости всё это, – буркнула я с показным безразличием, хоть у самой от страха и поджилки тряслись.
– А как же мамина сестра?
– Сама слышала, ей и пяти годков не было. Может, напридумала что. Вот ты многое помнишь с детства?!
– Помню, как ты Всеславе косу во сне отрезала.
– Крику было на весь двор, – мы укрылись с головой пуховым одеялом, чтобы няня наш смех не услышала.
– Как думаешь, и к тебе тоже так сваты со всего света съедутся?
– Пусть съезжаются, тыкв на всех запасу.
Айка мягко рассмеялась, мысли о замужестве были далёким маревом на нашем горизонте.
– А каким он должен быть, твой будущий муж?
– Ну, – я крепко призадумалась. Не то, чтобы меня никогда прежде не посещали эти мысли, но именно сейчас этот образ приобрёл конкретные черты. – Он должен быть высоким, хорошо бы, светловолосым и с ясными очами, как богатырь былинный.
– Где же мы такого отыщем? – захихикала подруга. – Меньше надо было сказок читать.
– Ничего, надо будет, отыщу.
Одного такого уже даже приметила.
Глава 8
На следующий день, ближе к вечеру, ко двору явился князь Данай. Наследник великого княжества Степного на деле оказался не так уж могуч. Невысокий, коренастый, с крючковатым носом, тёмными и отчего-то очень хитрыми на вид глазами, вдобавок ещё и близко посаженными. Белый цвет ему словно был не мил: смуглая кожа, желтоватые зубы, а глаза всегда сощуренные, что никто не разглядел бы белков. А вдруг и они жёлтые, как сама степь?!
Он, единственный из женихов, сперва осмотрел убранство светлицы и только потом обратил внимание на Всеславу.
– Добренько, добренько, – отозвался он о княжне. А выглядел таким задумчивым, словно прикидывал, сколько лошадей за неё отдать придётся и стоит ли овчинка выделки.
Выносливые жеребцы были главным богатством степного края. И по морщинкам на лбу Даная было отчётливо видно, как не хочется ему с ними расставаться.
В роли претендента на руку Всеславы со всеми остальными её потрохами князь Степной мне понравился больше всех. Жаль, моим мнением в этом вопросе интересоваться не станут.
За ужином я подсела ближе к Данаю, очень уж хотелось расспросить его о кочевой жизни, и оказалась аккурат напротив Милана. Только было рот открывала, чтобы заговорить первой, как младший князь Полесья так на меня проникновенно глядел, что я и слова все теряла. Чего это он? Заболел что ли?
– Цыплёнка подай, – я чуть не подскочила, когда над ухом раздался голос Даная.
– Держите, – я подала ему целое блюдо, с трудом удерживая в руках, на что князь широко улыбнулся, демонстрируя острые клыки. Страшен, как сотня чертей… Я о таком зяте всю жизнь мечтала!
Мелочиться Данай не стал, поставил блюдо на свою тарелку сверху и стал есть прямиком из него. Не мужчина, а песня. Заупокойная по беззаботной юности Славки нашей.
– Ваше Высочество, – обратилась я к нему наконец, но тот и бровью не повёл. – Князь Данай, – всё никак не унималась я, – а как вы живёте без дома?
– Никак, – мужчина был явно недоволен, что я влезла в его трапезу. Но затем он смягчился, или, возможно, вспомнил, с кем именно разговаривает: – Мой дом всегда со мной.
Я бы, право слово, оценила глубокий смысл этой фразы, если бы меня не ткнули жирной курицей в грудь. Хорошо ему тут рассуждать, а мне потом перед Людмилой ответ держать придётся.
– А как же родные стены, где тебе всегда рады и где любые невзгоды нипочём? – вклинился в наш разговор Милан.
– Стены есть и у клетки. Мы – народ простой, заплутать боимся, – князь Данай зло ощерился в сторону Милана. Неужели так силён дух соперничества?
Я-то думала мы с Айкой от скуки изнывать будем весь месяц, а пока что выходило всё совсем наоборот. Женихи хлеще павлинов выступали один перед одним. Во что превратится наш двор, когда все гости соберутся, страшно и представить даже.
На следующее утро нас ждало зрелище получше перепалки за столом. Князья молодые изволили поупражняться в стрельбе из лука. За этим разве что слепой не наблюдал. Жизнь во дворе вся замерла, челядь разделилась на группы, каждая из которых ратовала за своего любимчика. И пока Бажен отсиживался в стороне, изображая, что ему это неинтересно, Олег и Данай купались в лучах славы. С десяток стрел пустили каждый и ни одна в молоко не ушла.
– Интересно, а князь Милан так же хорош? – Мы с Айкой только прознав о споре ратном тут же сбежали во двор. Повернулась я к подруге, а её и след простыл.
– А почто, красавица, проверять будешь? – чёрта помянешь, и он тут как тут, стоит да улыбается.
– Больно надобно, я, может, и сама стреляю не хуже, – вздёрнула нос повыше и пошла прочь так медленно, чтобы меня остановить успели.
– Вот уж не верю, – Милан быстро меня догнал и поравнялся шагом. – Не женское это дело, из лука стрелять.
– Папенька лично меня обучал, неужто хочешь с Великим князем поспорить?!
– Нисколько, но проверить и правда охота, – Милан подмигнул лукаво и добавил будто бы невзначай: – если не боишься, конечно.
Чтобы я, дочь Благоярова, и боялась?! Не бывать такому.
– А в яблочко наливное попадёшь? – всё подначивал
