– Мы не робкого десятка! – вскинулась матушка, – рассказывайте! – и рубанула ребром ладони воздух.
– Чтобы привести эти сады в порядок, ваши родители много работали, вкладывая всю душу в землю и растения. Они уже были немолоды, а также несведущи в природе своей силы; как потом рассказывал дедушка Ваня, с дуру с утра до ночи пахали. Истощали свой организм. А так нельзя. Это потом, когда стали замечать непонятную слабость, сбавили обороты.
– Так, дальше? – поторопила я, когда пауза затянулась. – Какими именно способностями они обладали?
Не то чтобы я верила во что-то сверхъестественное, но факт перелёта сюда, в дачном домике, спрятать за ширмой не получится.
– Наш мир называется Эданси, населяют его только люди. Среди нас живут магики, их немного, где-то один из ста, каждый из них обладает силой, способной созидать или уничтожать. У кого какое воспитание и ценности, – молодой человек говорил, очень образованно, что меня почему-то удивило, – но ваши родные оказались оба со способностями. Их любила земля, растения, даже животные.
– Они могли по своей воле мигом выращивать всё, что хотели? – скептически вскинула брови мама.
– Нет, что вы! – рассмеялась Ляна, – как же вам объяснить… Вот у простого садовника цветок растёт в среднем за месяц, у бабы Ани за две недели, но при этом она лично должна вскопать землю, выполоть сорняки, полить, и даже приголубить, доброе слово сказать.
– То есть чтобы получить результат, всё равно нужно было потрудиться и земле поклониться, – весомо добавил Алекс. – Они взяли на себя очень много, всю площадь этого заброшенного сада, вдохнули в него жизнь, при старом градоначальнике смогли всю эту территорию приватизировать. Магикам по закону обязателен надел, вот эту землицу ваши родные и испросили в пользование. И потом передали по наследству вам. Сказали, что на седьмой день после смерти, ежели вы не явитесь, то хозяйство станет снова городским. И вот тут какая беда.
Брат и сестра многозначительно переглянулись, и Алекс продолжил:
– Нашим яблокам вся округа завидовала: крупные, небывало сладкие, с отчётливым медовым послевкусием, потому большую часть урожая скупала королевская кухня. Наш трактир процветал: варили яблочный сидр, делали варенье, невероятной пышности шарлотки и вкусные штрудели. Мы жили, бед не знали, столько работников тут трудилось… В общем, пару лет назад, сразу же после смерти старого бургомистра, на его место пришёл новый, молодой да хваткий. Магик. Приглянулся им сад ваших родителей. Он пришёл с предложением выкупить землю. Сумма была весьма внушительной. Но дедушка Ваня, положивший всего себя в процветание этого места, категорически отказался, в выражениях не стеснялся и чуть ли метлой не погнал лорда Рока прочь со двора. Тем самым нанеся тому страшную обиду. За сим событием последовала череда других, для нас неприятных. Дед, возвращаясь из города поздней ночью, каким-то мистическим образом врезался на карету лорда Рока. Тот запросил за ущерб своему имуществу и здоровью баснословно высокую цену. Пришлось часть земли заложить, чтобы рассчитаться. Потом пропал наш первый обоз, что ехал в столицу. Люди остались живы, а вот яблоки с телег исчезли. Затем второй, третий… Найти преступников городская стража так и не смогла. Сам ездил, но каждый раз кто-то насылал заклятье сна, а утром ящики оказывались либо пусты, либо яблоки на другие поменяны. Постепенно денег становилось всё меньше, как и возможностей снаряжать охрану и телеги для перевозки урожая.
Алекс замолчал. Всё это время он стоял, а тут вдруг взял и сел напротив.
– Добило нас страшное событие: наш трактир сгорел. Погреба с запасами сидра, естественно, тоже. Догадываетесь, кому выгодно было вгонять хозяев в долги и устраивать всю эту "чёрную полосу"?
– Новый градоначальник положил глаз на всё, что тут есть, – кивнула я, задумчиво уставившись на ажурные блинчики, наполовину прикрытые белым полотенцем.
– Да. Но доказательств нет.
– Погодите! – вскинула руку мама, – а кому заложили часть сада?
– Городской администрации, конечно, – пожал широкими плечами собеседник, грустно усмехнувшись в бороду, – у простого люда таких денег нет. А через три месяца долг надобно в казну вернуть. Или оттяпают у нас ровно половину сада.
– Вот оно как…
– Господин под грузом неудач сдался первым, а после него недолго протянула и госпожа, – тихо добавила Ляна. – Всё вас звала перед смертью. И вы её услышали, – её зелёные глаза смотрели на нас с надеждой, – просила вас сберечь их с дедушкой сад. Они так много в него вложили.
Мы с мамой молчали, не зная, что сказать, тоска ледяными тисками сжимала сердце, даже дышать было больно.
– И вот буквально за год мы на грани разорения. Рабочие уволились и ушли, нам пришлось переселиться в этот старый дом, потому что на ремонт трактира, а точнее, постройку нового, средств уже не хватало.
Я устало положила руки на столешницу, потёрла ладонями опухшее от слёз лицо, и, посмотрев на маму, решительно сказала:
– Мы не станем ничего продавать. Это место любили наши родные, это наше наследство. И раз уж судьба распорядилась так, не нам ей перечить. Будем решать накопившиеся проблемы. Для начала осмотрим земли. Завтра посетим в город, оформим документы, вступим в наследство.
– Сейчас Звёздочку в телегу запрягу, и поедем, – кивнул Алекс.
– Да, мы готовы, – теперь уже поднялась со своего места матушка. В её синих глазах сверкнула упрямая решительность. – Не сдадимся мы вашему градоначальнику! Какой ушлый малый, а! Чувствую, он виноват во всех бедах, что свалились на моих родителей. Надо наказать врага. Пусть поплатится за причинённое зло!
– Мама, – одёрнула её я, – доказательства нужны. Давай не будем рубить сгоряча. Осмотримся, а там что-нибудь непременно придумается.
Глава 6
Алекс заложил телегу. Пегая лошадка бодро била копытцем по твёрдой земле и косилась на нас умными карими глазами. Я подошла поближе и погладила её по мягкой, плюшевой шее, а потом и умную морду с белой точкой в виде звезды на лбу.
– Так вот почему тебя так назвали, – улыбнулась я, огляделась, нашла глазами большую корзину, стоявшую неподалёку от веранды, вынув из неё яблоко, вернулась к животному и предложила фрукт на раскрытой ладони, – приятного аппетита, красавица.
– Леди Лиза, не балуйте её, – обратился ко
