сделал!
– Я поступил верно, – упрямствовал Онмэн. Он смотрел в глаза дракону и стоял с напряжённо-выпрямленной спиной. – И не жалею о своём решении. Казнь Крэу была во благо королевства!
Дракон зарычал, предупреждая, чтобы людишки насладились последними моментами совей жалкой жизни, как внезапно распахнулись двери, и в зал вошёл Сабер Крэу, за которым испуганно семенил молодой мужчина в одеждах шамана, а последним важно вышагивал кот – верный спутник моего ассистента.
– Извините за опоздание, – широко улыбнулся Сабер и низко поклонился, – но у меня была уважительная причина. Я в некотором роде умер и воскрес.
Хавены, перешёптываясь, перевели взгляды на Онмэна, а тот посерел лицом, явно не веря своим глазам. Акес же булькнул что-то нечленораздельное и рухнул бес чувств, будто девица. Я же понял, что мир постепенно начинает раскрашиваться в яркие цвета, а зал потихоньку увеличивается… Нет, это я уменьшаюсь, принимая человеческую форму.
Удивительно! Простое появление этого человека успокоило моего зверя, и вернуло мне равновесие. Впрочем, не такое уж простое, раз Сабер говорит, что умер и воскрес. Я развернулся и, поднявшись по ступенькам, уселся на трон, и лишь потом обратился к ассистенту:
– Говори.
– Позвольте для начала представить моего спутника, – заулыбался Крэу и едва не силком потащил шамана к трону. – Лакс! Молодой, но уже подающий надежды шаман. Представляете, воскресил меня из мёртвых! Сказал, что к нему явился шивен и наделил великой силой, чтобы восстановить справедливость.
Проговорив всё это, Сабер насмешливо покосился на человека, который его убил. Хавен Онмен дёрнулся, как от удара, и беспокойно оглянулся на Акеса, но тот всё ещё лежал с закрытыми глазами. Помявшись, мужчина сделал шаг к моему секретарю и вдохнул, чтобы что-то сказать, но поперхнулся при словах Крэу:
– Я слышал, как вы обвинили меня в гибели людей от мора. В свою защиту хочу сказать, что собирался остановить эпидемию более щадящим способом. Что же до помощницы, так это мой план по внедрению в стан врага шпиона! К девушке ужасно относились и эльфы и хавены, и я предложил ей покровительство. Проникнувшись ко мне тёплыми чувствами, она будет служить верой Его Темнейшеству.
Он гордо сверкнул глазами, и я не сдержал улыбки, но тут же опустил уголки губ и ошеломлённо подумал:
«Этот хитрец меня рассмешил?!»
А Сабер и не собирался заканчивать своё представление. Сузив глаза, он обернулся к хавенам и вкрадчиво спросил:
– Желаете знать волю бога Ши?
– Говори уже, – поторопил я ассистента.
Признаться, и сам был немного заинтригован. Даже чуть больше, чем рад воскрешению Крэу.
– Расскажу, – довольно улыбнулся он и посмотрел мне в глаза. – Тому, кто достоин это услышать. Его Темнейшеству Дэшу Морэру!
От разочарования и бессильной злости, отразившегося на лицах хавенов, которых этот плут только что ловко поставил на место, я снова едва не рассмеялся. Что поделать, этот парень нравился мне всё больше и больше, даже немного жаль было отбирать у него невесту. Но Лилиан всё равно должна стать моей!
Глава 7. Лилиан
После того, как Морэр отпустил хавенов, поднялся с трона и молча направился к дверям, ведущим в башню дракона. Я привычно воскликнула:
– Дорогу Его Темнейшеству!
И, махнув шаману, проследовала за Дэшем. Мы почти бежали за ним, потому как Морэр явно очень спешил. Настолько, что едва дождался нас у двери в библиотеку. Слугам вход сюда был строго воспрещён, а чтобы на книгах не оседала пыль, всё было в паутине бытовых заклинаний, из-за которых подслушивающие артефакты выходили из строя.
Дэш пользовался библиотекой, только если нужно был обсудить с кем-то нечто особо секретное. И то, что он пригласил внутрь шамана, которого увидел впервые в жизни, показывало невероятную степень доверия ко мне.
В груди шевельнулось какое-то тёплое чувство, но в памяти тут же всплыли слова Морэра, сказанные Лилиан, и я тряхнула головой, избавляясь от глупых мыслей. Дэш собирался забрать у ассистента невесту, а это не очень вписывалось в мои представления настоящей мужской дружбе.
– Говори, – приказал Морэр, стоило мне прикрыть двери, когда шаман и Лир оказались в библиотеке. – Что сказал тебе великий дракон Ши?
– Ничего, – со смехом ответила я и указала на Лакса. – Но он действительно спас меня, и я решил, то вам не помешает верный и смекалистый верховный шаман.
По лицу Дэша прокатилась тень, – казалось, мужчина был разочарован, – и я пожала плечами.
– Власти издавна использовали веру в богов, как один из самых действенных рычагов давления на людей. А сейчас нам, как никогда нужны новые рычаги. Давний конфликт с эльфами, который на глазах перерастает в открытую конфронтацию – раз. Растущее недовольство ваших вассалов, грозящее вылиться не только в отказ встать плечом к плечу и защищать Харман от агрессивных ушастиков, но и неприятное предательство, если кто-то из горных хавенов вздумает переметнуться на другую сторону. И всё из-за девиц, которых вы потребовали, ненасытный вы сластолюбец!
– А ты стал наглее, Сабер, – усмехнулся Морэр, как мне показалось, одобрительно.
– Смерть вообще меняет людей, – пожала я плечами.
«Особенно, если умирал не один раз».
– Хорошо, – выдохнул Дэш и сел в кресло. – Не думал, что ты справишься, но ты меня приятно удивил. Из дрожащей твари с круглыми глазами превратился в полезного помощника и…
Он осёкся и едва заметно поморщился, будто сожалел об этом вырвавшемся «и», а затем покосился на молодого шамана, который стоял с лицом ребёнка, который внезапно оказался на фабрике игрушек и увидел, как по транспортной ленте едут десятки одинаковых деталей.
Заметив внимание дракона, шаман отпрянул и врезался спиной в один из стеллажей. Тот покачнулся, и на голову Лаксу упал объёмистый фолиант. Модой человек присел и, не зная, куда деться от неловкости, схватил книгу и принялся с остервенением её листать, бормоча:
– Какая удача! Всегда мечтал её почитать…
Дэш мазнул
