но не удивлюсь, если она как-то отомстит мне, когда их пути снова пересекутся.
Саския появляется из ванной в малиновом платье длиной до пола, которое идеально подчеркивает ее фигуру — песочные часы. Она вернулась из командировки в среду, и, по словам Александра, ей ещё долго не придётся отправляться в другую. Я рада. Это даст нам возможность как следует узнать друг друга.
Она подошла ко мне сзади и улыбнулась моему отражению в зеркале. — Ты прекрасно выглядишь. Александр с ума сойдет.
Я краснею, опуская голову, чтобы скрыть красноречивый румянец на щеках. Надеюсь, он это сделает. В прошлый раз, когда я так тщательно выбирала наряд, он едва ли удостоил меня взглядом. Но сейчас всё иначе. Сегодня утром, когда я спросила его за завтраком, могу ли я пригласить Вики на наш ежемесячный ужин, он без колебаний согласился. И хотя он был занят работой, каждый раз, когда мы встречались, между нами становилось всё легче.
— Ты тоже выглядишь потрясающе. Впрочем, как и всегда.
— Пфф, — она рассекает воздух рукой. — Видела б ты меня по утрам. Болотная ведьма мне нипочём. — Указывая на свои идеально уложенные волосы, она добавляет: — Лошади первым делом примут это за соломенную мушку, поэтому я никогда не подхожу к конюшням, пока не приручу их.
Я хихикаю. — Я скучала по тебе.
— Мне жаль только, что я не бывала здесь чаще, особенно чтобы помочь тебе обустроиться. Но, по крайней мере, в обозримом будущем я буду рядом, если только не возникнет какая-нибудь чрезвычайная ситуация.
Мы спускаемся в столовую. В отличие от прошлого месяца, я прихожу раньше Александра, и, как бы глупо это ни звучало, я с головой погружаюсь в мысли о том, что он скажет или сделает, увидев меня. Если я снова услышу “хорошо” или он меня полностью проигнорирует, я могу расплакаться… или отрезать ему яйца разделочным ножом. Скорее всего, последнее. Я никогда не была девушкой, которую доводят до слёз по каждой мелочи.
— Имоджен, вау! — Вики подходит ко мне, раскинув руки, и крепко обнимает. Лёгкость, с которой мы общались во вторник, не померкла, и я чувствую себя так, будто встречаюсь с кем-то, кого знаю много лет. В ней есть что-то тёплое и знакомое, как будто смотришь в зеркало, хотя внешне мы совершенно разные. Она темноволосая, смуглая и миниатюрная. Я рыжеволосая, бледная и выше её более чем на полфута.
— Я так рада, что ты смогла приехать. Извини за столь поздний визит.
— Всё в порядке. Рада тебя видеть. — Она оглядывает комнату. — Где Эмма?
— О, ей пришлось вернуться домой раньше, чем предполагалось. — Ложь срывается с моего языка, но я не жалею об этом. Вики и так плохо относится к этой семье. Давать ей новые аргументы бесполезно.
Моё внимание привлекает движение слева. Александр.
Я затаила дыхание, больше желая его видимого одобрения, чем готова признать. Он что-то говорит Кристиану — надеюсь, имея в виду Zenith — затем проходит по комнате, словно по воздуху. Он коротко кивает Вики, а затем переплетает наши пальцы.
— Ты выглядишь потрясающе, Имоджен. — Он так редко называет меня по имени, что я от удивления широко распахиваю глаза.
Вики бормочет: — Извините, — и растворяется на заднем плане, присоединяясь к своей сестре в дальнем конце столовой.
— Или ты предпочитаешь Маленькую Пешку?
Я прочищаю горло. — Можно, Имоджен.
Он ухмыляется. — Тогда я приберегу своё прозвище для тех времен, когда мы будем одни.
Когда пришёл отец, Александр отодвинул мне стул. Я села, радуясь, что Вики оказалась рядом.
Кристиан хихикает: — Вижу, меня опять понизили. Сначала Имоджен, теперь Виктория.
— Ой, извини. Я не знала, что это твоё место. — Вики отодвигает стул. Кристиан кладет руку ей на плечо. — Я шучу. Оставайся на месте.
Он садится рядом с ней. Я мельком вижу, как Николас сердито смотрит на брата, но тут Элизабет что-то говорит, и его хмурое выражение сменяется легкой улыбкой.
Как интересно. Возможно, он играет роль оберегающего будущего зятя, но я не уверена. С другой стороны, ему предоставили выбор невесты, и он выбрал Элизабет, так что я явно вижу в этом что-то несуществующее.
Перед нами поставили дымящиеся тарелки с французским луковым супом, кипящим сыром и божественно пахнущим. Пока я погружаю ложку в суп, рука Александра скользнула по моему голому бедру, где платье доходило до самого бедра.
— Это ужасно удобно.
Я бросаю взгляд на Вики, но она не обращает на нас никакого внимания. Но когда Александр просовывает руку мне между ног, я сжимаю их. Он наклоняется ко мне, его дыхание щекочет мне ухо.
— Либо раздвинь мне ноги, либо я нагну тебя над этим столом, и ты раздвинешь их для всех.
Меня охватывает волна похоти, и мои мышцы сокращаются. Он дразнит. По крайней мере, мне так кажется. С моим переменчивым мужем трудно сказать наверняка.
— Мы ужинаем, — бормочу я.
— И?
Я обвожу взглядом сидящих за столом и останавливаю взгляд на Чарльзе. — Твой отец…
— Не обращает на нас никакого внимания.
Это правда. Чарльз увлеченно беседует с Николасом. И Элизабет сидит слева от него. Справа от меня Кристиан рассказывает Вики какую-то историю, а Саския поддразнивает Тобиаса из-за его довольно безвкусного галстука-бабочки.
— Раздвинь ноги, Имоджен.
Меня переполняет трепетное чувство. Это неправильно, недозволенно, и всё же я не могу удержаться и раздвигаю бёдра на несколько сантиметров. Этого достаточно, чтобы Александр начал исследовать. Когда его пальцы ныряют мне в трусики, я судорожно вдыхаю.
— Ешь свой суп.
Как он ожидает, что я буду есть, когда его пальцы проникают в меня? Я либо обожгу рот, либо суп прольётся мне на подбородок.
Его большой палец скользит по моему клитору, кружит, щёлкает. Он сгибает пальцы, с шумом выталкивая воздух из моих лёгких. Вики бросает на меня взгляд.
— Жарко, не правда ли?
Она не ошибается, даже если имеет в виду суп, а не эксгибиционистские наклонности моего мужа. Мне так жарко, что я готова расплавиться. Капли пота стекают между грудями и по затылку. Мне остаётся только кивнуть, и, к счастью, она возвращается к разговору с Кристианом.
Александр, должно быть, владеет обеими руками, потому что он ест суп левой рукой, а правой рукой трогает меня, и при этом сохраняет самообладание.
Я уже в нескольких секундах от оргазма, когда Вики опрокидывает бокал с вином. Он падает мне на колени. Когда я вскакиваю, пальцы Александра выскальзывают, и я ударяюсь коленом о нижнюю часть стола.
— Ой…
— О боже, Имоджен. Мне так жаль, — Вики хватает салфетку и
