природы; так что и Отец, призванный Стефаном, увидел Себя в Сыне, и Сын, призванный Павлом, узнал себя в Отце. Но чтобы ты понял, что это есть апостольское учение, что мы можем призывать и Отца, и Сына, посмотри, как апостол рекомендует нам призывать благословенного Христа, когда пишет коринфянам так: во Христе Иисусе, называемым святыми, со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте их и нашем. Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа (1 Кор. 1, 1-3). Видишь ли, как для призывающих имя Господа нашего Иисуса Христа божественно испрашиваются у Апостола благодать и мир. Что же тогда остаётся, кроме того, что всякий, кто не призывает имя Господа Иисуса Христа, не может иметь от Него ни благодати, ни мира? Но тот, кто не получил благодати от Бога, несомненно, получит вечное наказание; и кто не принял мира от Бога Отца и Господа Иисуса Христа, ни в коем случае не достигнет спасения. Ибо блаженный Павел в пророческой речи одобряет призывание Его имени, говоря: Всякий, кто призовет имя Господне, спасется (Рим. 10:13; Иоиль 2:32). Следовательно, согласно правилу истинной веры, в которой верят в единую сущность Святой Троицы, несомненно, что никакого разделения Отца и Сына не должно быть, независимо от того, призывают ли верующие Отца или Сына. . Но ни Отца, ни Сына не могут призывать те, кто посредством призывания, предлагаемого Отцу, не верят, что Сын по природе призывается вместе с Отцом. Ибо в этом и есть естественное единство Троицы, так что все послушание святой религии неразрывно представлено тем трем Лицам, в которых есть одна нераздельная и неизменяемая природа. Ибо в молитвах, которые единая истинная Церковь изливает к Богу, сохраняется единство природы и также различие Лиц: так что, когда молитва обращена к Отцу, Который есть начало Сына и Святого Духа, можно видеть, что Троица имеет одну природу; но в воспоминание Сына и Святого Духа пусть самый конец молитвы покажет истинную Троицу. Таким образом преодолевается вероломство Савеллия и Ария, в то время как в молитвах кафолической Церкви проповедуется истина единой природы, а также Трех Лиц.
32. Иисус Христос не есть Сын Троицы, хотя по плоти Он есть произведение всей Троицы: но по Божеству Он единственный сын Отца, по человечеству единственный сын Девы Марии. Ибо кто когда-либо будет в таком безумии, кто осмелится объявить Иисуса Христа, Сыном всей Троицы? Действительно, Церковь Бога живого, столп и утверждение истины (1 Тим. 3:15), знающая одного Отца, одного Сына и знающая Святого Духа Отца и Сына, никогда не сможет назвать Иисуса Христа Сыном Троицы, потому что нет ни двух Отцов, ни двух Сынов, и невозможно проповедовать два Святых Духа. Таким образом, Иисус Христос не только с точки зрения Божества (в котором Он по природе равен Богу Отцу), но и с точки зрения души и плоти (в которой один и тот же Бог единосущен Матери) не только Сын Бога Отца, но и Единородный Сын.
Поэтому мы не только вовсе не говорим, что Иисус Христос есть Сын Троицы, но и исповедуем, что Иисус Христос есть только Сын Бога Отца, чтобы никоим образом не разделять Его. Ибо великое нечестие думать, что Христос иной, Иисус Христос иной, тогда как Иисус Христос, Сын Божий и человек, заведомо один, а именно единородный Сын Бога Отца, а не всей Троицы. Ибо тот же Иисус Христос по плоти признается как дело всей Троицы, но, тем не менее, Он не оказывается Сыном всей Троицы. Ибо человеческая природа Сына Божия, то есть образ раба, Отец и Сын и Святой Дух вместе, то есть Сама Святая Троица, сотворила его, а Иисус Христос один принял его, как сказал: блаженный апостол: будучи в образе Божием, Он не считал Себя равным Богу, но смирил Себя, приняв образ раба (Флп. 2:5-7). Следовательно, Сам Иисус Христос не только в образе раба, но и в образе Бога есть единственный Сын Бога Отца, потому что, приняв образ раба, Он не принял личности человека, но природу человека. Ибо во чреве Девы, чтобы Слово могло стать плотью, зачатие Слова и плоти сделали их одним в одно и то же время; и в одном лице Слова одновременно были зачаты Божественная и человеческая природа: не то, чтобы обе природы стали одним, но из обеих естеств образовалась та личность одного Иисуса Христа, которая всегда была. Истина этого дела как не допускает присоединения четвертого лица к полноте Божественной Троицы, так она совершенно не позволяет Иисусу Христу называться Сыном Троицы. Это, конечно, показывает и содержание святого Символа, когда сказано: Верую в Иисуса Христа, Сына Его, Единого Господа нашего, родившегося от Духа Святого от Девы Марии; Того, конечно, Которого мы называем Сыном Божьим, мы также исповедуем рожденным от Духа Святого и от Девы Марии. И вот, когда мы говорим: Иисус Христос, Сын Его, то есть Иисус Христос, Сын Бога Отца, мы показываем рождение Божества, которое без начала вечно от Отца; по плоти Он принял временное начало от Девы. Соответственно, как было сказано выше, Иисус Христос действительно есть произведение всей Троицы по плоти, но по обоим рождениям Он есть Сын Бога Отца Одного: ибо Тот же Единственный Бог есть Единородный Бог , во временном смысле, истинный человек, рожденный от Девы, рождённый от одного Отца без начала, истинный Бог.
33. Иисус Христос – это имя не только для обозначения человека, но и для Бога. От одного и того же Святого Духа, и Сын Божий сошел, чтобы стать Сыном Человеческим, и дано было нам быть усыновленными как дети Божии. Ариане поклоняются не одному Богу, а многим. И первое, что ты ложно сказал от моего лица: «Иисус Христос есть имя человеческое», Павел, учитель язычников в вере и истине, обличая противоположное истине, убеждает в вере, Иисус Христос является одновременно Богом и человеком. Так что под одним и тем же именем Иисуса Христа, в одном и том же лице, можно понимать иногда только Божественное, обыкновенно только человеческое, а иногда и то и другое одновременно. Ибо он говорит то же самое: почувствуйте это в себе, как во Христе Иисусе. Будучи в образе Божием, Он не думал самонадеянно, что Он равен Богу, но опустошил себя, приняв образ раба , будучи сотворен по подобию человека и став как человек (Фил. 2:5 и далее). Также он пишет Тимофею и говорит:
