времени прошло. Кажется, меня куда-то перенесли. Но куда — непонятно. Что-то со мной делали. И среди многочисленных голосов я вдруг различила голос Роквелла.
«Слышишь — я пока еще дышу…» — прозвучала в голове рваная мысль.
Но вслух не могла ничего сказать.
— Лера! Лера! Только не уходи.
«Мое сердце бьется только для тебя…»
— Лера! Нет!!!
«Я люблю тебя, идиот…»
— Кто-то пропитал ядом ее рубашку… — Незнакомый мне голос.
— Успеем ли найти противоядие? — Кажется, это уже Анна.
— Не подходите близко, это может быть опасно… — Первый голос.
— Не вздумай умирать! — Встревоженный возглас итхара.
«Меня отравили», — осознала я.
Хотела ответить хоть что-нибудь, но не вышло. Странно, но боль вдруг ушла. И тело словно не моим стало.
Моя душа покидала этот мир, устремляясь в неведомое пространство.
— Не-э-эт!!!
Отчаянный крик Роквелла, который я не услышала — почувствовала.
Удивительное ощущение, будто тебя против воли тянет сквозь какой-то бесконечный тоннель с белыми светящимися окружностями по всей длине. А вокруг летят мерцающие точки, как будто снежинки в свете фонаря.
Мысли закружили круговоротом…
Удар, словно меня развернули в пространстве, впечатав во что-то плотное, и я отключилась. Все потемнело, и сознание растворилось в небытие.
Той ночью мне не удалось уснуть. Сколько ни крутился — все зря. Обрывки последнего разговора с Лерой вертелись в голове, мешая думать о чем-то другом. Я отлично понимал, почему она задавала все те вопросы, но не мог дать на них ответов.
Она абсолютно права, я делал все ради Янтаря.
Поначалу.
Потом все изменилось.
Мне было интересно проводить с ней время. Я и не заметил, как наше общение перешло в приятную привычку. Хотелось видеть на ее лице улыбку. Она такая красивая, когда улыбается, а не хмурит брови. И это даже не улыбка прежней Лерэйн. В ней было что-то от новой хозяйки.
Я радовался каждой встрече, постепенно воспринимая Леру в своей жизни как нечто само собой разумеющееся. А потом, когда она позволила мне большее, так и вовсе пребывал в состоянии эйфории.
Я ни разу столько не ждал, но она того стоила.
Постоянно хотелось обладать ею, целовать до одури, ласкать это совершенное тело. И она отвечала взаимностью. Силы Даргейна, мне никогда не было так хорошо с женщиной, и это не просто физическое состояние, а нечто большее! Я и сам не знал, что это за чувство, пытаясь уничтожить даже мысли о том, что оно может быть любовью. Но чем упорнее старался, тем сильнее оно себя проявляло.
Это Янтарь так на меня влияет. И от желания его получить я схожу с ума.
Лера обо всем догадалась, и я не знал, как мне действовать дальше, как восстанавливать ее доверие. Я просто идиот. Нужно было забрать квинтэссенцию сразу, перестав мучить себя и Леру. А я не смог. Впервые в жизни не смог.
Она устроила погром в доме, потом рыдала на моей груди. А я понимал, что причинил ей боль. Ее тело вздрагивало в моих руках, и я не мог ничего исправить, ведь Лера права.
Каким бы ни был соблазн, нужно заканчивать игру. Вот только победил ли я в ней — большой вопрос. Откуда вообще взялось мерзкое чувство, словно что-то сделал не так?
Мне нужно было хорошенько все обдумать, и я ее отпустил. Но так и не пришел к однозначному решению.
С самого утра одолевало предчувствие, будто что-то должно произойти. И я раз за разом посматривал на артефакт, надеясь, что она меня позовет. Я хотел видеть Леру, но боялся вызвать у нее новую истерику.
А потом артефакт заработал. Вот только воспользовалась им вовсе не она!
«Лерэйн плохо… Кто-то ее отравил…»
Что⁈
Наверное, я никогда в жизни так быстро не собирался.
В висках ухал пульс, когда я выбегал из дома, схватив рубашку, бриджи и туфли. Тело приняло крылатую ипостась, и я вылетел из дома, двигаясь низко над городом. Было плевать, что кто-то может меня увидеть; жителям Грэмвилля не привыкать время от времени лицезреть итхаров в истинном облике, хоть они и боятся обсуждать это вслух. Остановившись в какой-то подворотне, я оделся и рванул в академию. К счастью, охрана меня не задержала.
Уже через пару минут я забегал на кафедру алхимии. Обуревал бесконечный поток вопросов: что случилось, как она, кто это сделал?
— Она хотела видеть вас, когда еще могла говорить, — сказал мне мужчина в очках, и его голос дрогнул. — Это я вас позвал.
Я опустился на колени у тела девушки, в котором еще теплилась жизнь.
— Только не уходи! — шептал, не веря в реальность происходящего.
Я сжимал тонкие пальчики, пристально глядя на ее лицо. Веки слегка подрагивали. Она была еще жива, а я не знал, что делать и как ей помочь.
— Кто-то пропитал ядом ее рубашку, он подействовал не сразу, лишь через пару часов, — сказал магистр лекарского факультета, исследуя тело, что лежало на столе.
— Что это за яд? — спросила подруга Леры, кажется, Анна. — Успеем ли найти противоядие?
— Я не знаю, не знаю. Не подходите близко, это может быть опасно! — прикрикнул маг-лекарь, отгоняя от Леры людей.
Но я не ушел. Я не боялся ядов. Вряд ли на меня подействовало бы снадобье для людей. Да и все равно как-то было.
Она хотела меня видеть, и я буду рядом.
— Не вздумай умирать! — стиснул ее ладонь, пока магистр вливал ей в рот магический блокиратор из разведенных кристалликов.
— Это ядовитое зелье — норгамус, сложное соединение, оно не используется людьми, поэтому мы не нашли от него противоядия. Были попытки его создать, но они не привели к успеху. Можно, конечно, попробовать, но это займет не один день.
Я повернул голову, с трудом соображая, о чем говорит магистр факультета рунической магии и зелий. Я знал, что это за яд, раньше его использовали итхары, если нужно было кого-то тихо убрать. Но в последнее время он не применялся, и противоядие имелось только в Квинториуме. Но до города итхаров несколько часов лета.
— Кто же это сделал? — растерянно произнес Карлиман.
— Рано утром в общежитии видели Алиссию, мне только что рассказали, — сообщил пришедший парень, имени которого я не знал.
Неужели Дерент? Она ведь на него работает! Как же мне хотелось убить мерзавца. Но пока было не до того.
Я был готов на все, только бы Лера выжила. Отдать все, что у меня есть, пожертвовать собой и своим положением. Не мог допустить ее смерти.
Я вызвал Диверкуса, попросив его срочно прибыть в академию. А
