— сухо поздоровалась она.
Слова прозвучали как положено, но я зуб готова была отдать, что с большим удовольствием вольфрамовая поздоровалась бы с его полуразложившимся трупом.
Щека мага дернулась, но он сделал вид, что не заметил пренебрежения, и поинтересовался:
— За что же наше захолустье удостоилось чести лицезреть саму эльдину Драгард?
Из моих рук вывалился мешочек с луносветом, и деревянные кружочки раскатились по земле, но я даже не обратила на это внимания.
Эльдина Драгард? Он сказал Драгард?! Это что, сестра Вольфа?
Малла удивленно покосилась на меня.
— Ты чего?
— Нечаянно, — буркнула я.
Стараясь не суетиться, собрала кругляши под внимательным взглядом колдуньи и аккуратно сложила в мешочек, а затем вернулась в фургон и принялась перекладывать и поправлять товары, наблюдая за площадью краем глаза.
— Сэтр Шмерц, смею напомнить, что я приехала сюда из такой же дыры, так что не стоит принижать вверенные вам земли, — пожурила драконица.
— Виноват, эльдина Драгард. Я полагал, что вы давно перебрались в столицу к брату и не вспоминаете о наших краях.
Я немного успокоилась. Вряд ли сестра моего жениха представляет, как я выгляжу. Тем более что сейчас меня и родной отец бы не узнал. Пряталась я больше для того, чтобы Шмерц не запомнил мою нынешнюю внешность и не связал со мной все то, что должно будет с ним произойти в ближайшее время.
Да, я решила, что он подходящая кандидатура, чтобы насолить Морвеналям. Если до этого момента у меня еще были сомнения в собственных планах, то первая же встреча с этим мерзавцем их развеяла. Шмерц был таким же беспринципным подонком, как и его высокородные хозяева!
У меня не было ни капли жалости к этому человеку. Тот, кто из-за сиюминутного каприза, готов походя лишить людей средств к существованию, не заслуживает сочувствия. Ведь даже мухе понятно, что на эту ярмарку съехались те, кому приходится выживать в суровых условиях. Люди, которым он обязан помогать и о которых должен заботиться! Разве не обязанность управляющего убедиться, что деревни хозяина готовы к зиме? Что люди ее переживут?
Но сэтр Шмерц даже не помышлял об этом. Ему было все равно!
Уверена, за ним и другие грязные делишки водятся.
Захолустье и дыра — вот как он отзывался о вверенном ему месте и ничего не делал, чтобы это изменить. Так зачем тогда он здесь нужен? Всем только легче станет, когда он… Хм… Не сможет больше выполнять свою работу.
— Григор, вечерком для тебя будет задание, — шепнула я, похлопав по фляжке на боку.
— М-м… — раздалось едва слышно в ответ.
Герцогиня Драгард подошла к нашим платформам и за секунды зарядила все накопители. Вряд ли я бы смогла так же, даже если бы у меня не было проклятых печатей.
— Благодарите эльдину! Ну же! — строго приказал сэтр Шмерц, будто заставлял невоспитанных детей проявить вежливость.
— Спасибо, эльдина Драгард! Да будут к вам милостивы Ушедшие Боги! — послушно и вполне искренне протянули охотники.
И это их согласие составило резкий контраст с тем, как они реагировали на самого Шмерца. Маг даже заметно зубами скрипнул, а эльдина Драгард улыбнулась:
— О, пустое! Право, это такая мелочь для меня! Если у вас есть еще накопители, приносите к моему прилавку на другом конце ярмарки, заряжу безвозмездно. Довольно будет и какой-нибудь интересной истории, если найдется таковая. Также можете привести хворых, мой целитель постарается помочь всем, кому сможет.
— Ох уж эта ваша знаменитая благотворительность, эльдина! Так вы лишите заработка всех целителей Хьюборга! — пошутил сэтр Шмерц, но его улыбка стала совсем уж кислой.
— Эти люди все равно не смогут позволить себе их услуги, так что никто не останется внакладе, — ответила ему вольфрамовая, которая нравилась мне все больше.
Приятно осознавать, что у Вольфа такая хорошая сестра. Мне вдруг стало жаль, что мы с эльдиной Драгард не сможем познакомиться ближе и подружиться. Тавис Морвеналь лишил меня даже этого!
— За сколько продадите вермихтона? — спросила герцогиня, обращаясь к Ивару.
Главный охотник растерялся, и на его лице отразилась усиленная работа мысли.
— Пять… — выдал он и замолчал, словно бы не решаясь назвать окончательную цену.
— Пять сотен горнов? Отличная цена! — закончила за него герцогиня. — И еще я заберу платформы, чтобы не перекладывать тушу. Взамен выдам вам новые.
Ивар, окончательно потеряв дар речи, только поклонился, коснувшись площади челкой, а у сэтра Шмерца глаз дернулся.
— Неужели эта дря… кхм! — Он сморщил нос и покосился на тушу вермихтона так, будто бы это было что-то непотребное. — Это так дорого стоит?
— Сэтр Шмерц, я была уверена, что вам известна стоимость уникального товара, который вы пытались уничтожить. Вы же собирались возместить этим людям ущерб? — заметила герцогиня, наивно хлопая ресницами.
А я порадовалась тому, как ловко она его уела.
— Конечно-конечно! Я бы все им возместил. Естественно… Как же иначе? — Растянул губы в наигранной улыбке управляющий.
Но ни эльдина Драгард, ни я, ни мои спутники ему ни на миг не поверили.
Сэтр Шмерц прыгнул в карету и, наконец, укатил по своим делам. Герцогиня в сопровождении мордоворота попрощалась с нами и направилась прочь. За ними потянулись магические платформы с тушей вермихтона. Ивар еще долго смотрел им вслед, ошеломленный увесистым мешком, перекочевавшим ему в руки. По меркам деревенских там было целое состояние.
— Ушедшие Боги! — выдохнул он, когда отмер. — Я и представить не мог, что мы избавимся от червя так быстро! Да еще и цену дадут такую… достойнейшую. Это ведь целых пятьсот горнов! Я еще думал, не наглость ли пять цеаринов попросить, или лучше фирками ограничиться? А тут полновесным золотом отвалили!
— Вот-вот! Потому надо его потратить как можно быстрей. Закупить все, что планировали, — пробурчала Малла. — А то ограбят, не успеешь из Хьюборга выбраться. Шмерц лично и подошлет бандитов.
— Да неужто осмелится? — засомневалась Катиль.
— А ты не видела, как у него рожу-то перекосило, когда эльдина цену назвала? — Усмехнулась обычно немногословная Гунна.
— Права Малла. Нужно поторопиться с покупками, — посмурнел Ивар, осознав, что держит в руках не просто состояние, но и вкуснейшую приманку для двуногих хищников.
— Часть денег нужно отложить, чтобы заплатить пошлину. Шмерц слышал, сколько мы заработали, и три шкуры с нас сдерет, — добавила Гунна.
Настроение у нашего маленького
