у меня есть только с вами. Так, может, вместо того, чтоб продолжать меня кипятить, попробуете мне объяснить понятным языком, что к чему?
— А ты смотри, кто у нас такой смелый стал, а! — взвилась Анютка. — Что, кровушка остыла до комнатной? В безопасности себя почувствовал? А мы, между прочим, тебе не верим! Что вообще за бред — заменил Дар, заменил информацию на какую-то невнятную дичь…
— Ань, он вообще-то прав. Для него наши слова — та ещё дичь, — поправил девочку я.
Но остановить зарождающийся поток обвинений от обиженной азиатки смогла, как ни странно, Шпилька.
— Ни про Дар, ни про инфо он не соврал, — тихо произнесла она и добавила во избежание лишних споров. — Можешь сама проверить.
— Да я уже раз десять… — начала Аня и вдруг осеклась, глядя чуть выше головы Кешью.
Я тоже вызвал системную информацию. Ожидал увидеть всё ту же чушь, но вместо этого…
Объект — иммунный, гуманность — высокая положительная, прозвище-идентификатор — Кешью. С большой вероятностью обладает неустановленными умениями Континента.
Я помотал головой. Но нет, слова не превратились обратно в бессмысленный набор букв.
— Как ты поняла про Дар? — спросил я у Шпильки. — Мне видно только то, что он есть.
Та усмехнулась и промолчала.
Я мысленно хлопнул себя по лбу. Действительно, что за дурацкий вопрос? Она же копирует Дары. Значит, может их и ощущать.
Кешью, испуганно сжавшийся после анюткиных обвинений, молча переводил взгляд с девочки на меня, с меня на Шпильку, со Шпильки на Шайтана, стоявшего со скучающим видом. Потом всё-таки остановился на мне.
— Парни, я даже не знаю уже, с кем опаснее связываться, с Сивым или с вами…
— С нами. Пока, по крайней мере, — хохотнул Шайтан. — Нам управление чернотой не по зубам. Если я тебя вскипячу, ты воскреснешь на ближайшем респе. Но если почернеешь — всё, не будет никаких больше респов.
До Кешью доходило медленно. Но всё-таки доходило. Хоть он, скорее всего, и не видел, как теперь выглядит Кайман, наших описаний оказалось достаточно. На лице ниндзя мелькнуло осознание, смешанное с ужасом. Затем оно сменилось решимостью.
— Готов слушать? — на всякий случай уточнил я.
Ниндзя кивнул.
— Только можно, этот… — его взгляд метнулся на Шайтана и обратно, — подальше встанет? Развязывать даже не прошу, — добавил он, заметив недовольство на лице Ани. — И пэта можете не убирать, чтоб вам спокойней было. Но я так и так уже не сбегу.
Я кивнул Шайтану, и тот бесшумно переместился ближе к двери.
— Есть ещё кое-что, — произнесла Шпилька. — Думаю, это надо озвучить до того, как ты начнёшь посвящать Кешью в курс дела.
— Ой, да что ты… — попробовала совредничать Аня, но Шпилька и не подумала обратить на неё внимание.
— Скульптурист перед тем, как отправить нас с Шайтаном сюда, говорил, что боги сами способны перемещаться между планами. И не доверять ему в этом вопросе у меня причин нет — он слабее богов, но тоже так может. Так объясните мне одну вещь… Если для богов такое перемещение — не проблема, то зачем им «Слеза Солнца»?
Вопрос повис без ответа.
А действительно, зачем? Логика, почему они предпочли использовать Кешью через Сивого, мне была понятна. Но конечная цель действительно как-то не вязалась с их могуществом.
Ответ я получил максимально неожиданно.
— «Слеза Солнца» понадобится не им, а вам, — раздался голос от двери. — Поэтому они и хотят её забрать. Почуяли, что остановить вас будет очень непросто.
Я медленно повернул голову, уже зная, кого увижу.
У двери, всё так же закрытой на щеколду, стоял не кто иной как Жнец.
Глава 47
Вид у Жнеца был потрёпанный. На камуфляже тут и там виднелись подпалины, следы грязи и разводы засохшей крови, лицо, и так худое, осунулось, под глазами залегли тёмные круги. Но держался Жнец при этом вполне бодро.
Во взглядах моей команды, обернувшейся на голос, читались разные эмоции. У Ани настороженное недоверие, у Шпильки — что-то, похожее на разочарование, смешанное с надеждой. И только Шайтан улыбнулся вновь прибывшему вполне дружелюбно.
Кешью, который видел Жнеца впервые, отреагировал по-своему.
— Ты ещё что за хрен с горы? — возмутился он.
Жнец словно только сейчас заметил среди нас ещё одного иммунного, с удивлением уставился на Кешью. Секунду помолчал, затем поднял руку и щёлкнул пальцами. Ниндзя, не успев даже удивиться, рассыпался горсткой серого праха.
— Ты что с ним сделал, гад? — вскочила Аня, и в руке у девочки тут же появилась арматурина.
— Для него это лучший выход из дерьма, в которое его втянули, — спокойно пояснил Жнец. — Ему светила смена региона, я просто её ускорил.
— Ты его убил вообще-то! — чуть тише, но всё равно с наездом продолжила Аня.
— Минус одна жизнь. Всего одна, — Жнец пожал плечами с видом политика, уверенного в том, что рост зарплат населения точно обгоняет инфляцию. — Могло быть хуже.
— А ничего, что и одна так-то на дороге не валяется?
— Я бы компенсировал, но, боюсь, это не лучшим образом отразится на Континенте. Вряд ли кто-то из вас хочет превратить Тортугу в подобие Бухты. Я прав?
Аня неожиданно промолчала. А Шпилька продолжала сверлить Жнеца взглядом, в котором смешивались желания обнять и убить.
— Хотя бомба замедленного действия уже имеется, — продолжил Жнец, покосившись на дверь.
— Кайман? — внезапно подала голос Шпилька. — Ты его?
— Он. Не я, — ответил Жнец. — Думаю, у кое-кого, работающего на нолдов, имеется весьма скверный Дар. Из-за которого он, собственно, и привлёк их внимание.
— Сивый, — процедил я. — А как красиво пел про то, что у самого к нолдам счёты есть…
— Есть, в этом он не соврал, — повернулся ко мне Жнец. — Люди, знаешь, не очень любят, когда их шантажом заставляют делать то, что они не хотят.
— Серьёзно? — не выдержав иронии ситуации, я желчно усмехнулся.
— Вполне, — Жнец словно бы и не заметил моей реакции.
Хотя то, как он меня закинул на Континент, было максимально близко к тому, что он сказал про Сивого. Только вместо ушлого пирата был я, а вместо нолдов — сам Жнец.
Но это, видимо, было
