батарейки.
— Вам точно сюда, синьорита? — Таксист выходит из машины и осматривает окрестности. Здесь домов пять, максимум десять, и проселочная дорога с колеей. Повсюду гектары виноградников.
— Думаю, да.
У дома красуется большая табличка с объявлением: «Продается». И номер телефона.
— Что ж, тогда удачи, — подмигивает, забирая деньги за поездку и десять процентов сверху. Из-под колес отъехавшей машины клубится дымчатый, сухой песок, забивая ноздри пылью. Закашливаюсь.
— Спасибо, — тихо отвечаю сама себе.
На старой деревянной скамейке у входной двери сидит женщина неопределенного возраста. У итальянок только так. Она вскидывает на меня чернявые брови и улыбается ярко-красными губами.
— Марта Эдер, полагаю?..
Ну Таня! Ну… подруга, блин. Попросила же просто назначить встречу. Ее итальянский куда лучше моего, особенно когда дело касается общения по телефону.
— Просто Марта.
— Наверное, я неправильно расслышала фамилию. Прошу прощения.
Женщина надевает очки в толстой оправе из последней коллекции «Дольче Габбана» и открывает потрепанный блокнот с записями, что-то бормоча себе под нос. Неужели сейчас так важна строчка с моей фамилией? Это становится похоже на чью-то злую, неуместную шутку.
— Эдер, все верно, — она облегченно выдыхает в отличие от меня. — Немка? Австрийка?
— Давайте пройдем в дом? Он меня очень заинтересовал, стоило увидеть первую фотографию.
Марта Эдер! Держись, Жемчужина!
Дверь открывается со скрипом. Делаю заметку в своей голове, если все срастется, я влюблюсь в дом безоговорочно и бесповоротно, то нужно будет смазать дверь. Наверное, самостоятельно.
Нас встречает длинный коридор, выложенный каменной кладкой. Она блестит и придает камерного уюта небольшому пространству.
— Полы здесь не меняли. Они сохранились еще со времен строительства дома. Как и стены, и потолок. Но, как видите, все на века. А дому, на секундочку, сто шестьдесят три года.
Прохожу в скромную гостиную, откуда открывается вид на сад. Его не видно с дороги. Там растут различные кусты, думаю, чего-то съедобного, цветы, несколько туй, и… мандариновое дерево. Наверняка оно дикое, горькое, но сейчас это абсолютно неважно. Здесь так красиво, что я вижу перед глазами четкие картинки: как ставлю белую кованую лавочку в сад, покупаю глиняные горшки и сажаю цветы, вечером разжигаю камин и включаю какую-нибудь старую итальянскую комедию с субтитрами.
— Вы будете жить одна? — Любопытная итальянка следует по пятам, рассказывая о доме.
— Первое время, думаю, да.
— Странный выбор для молодой девушки, — пока та не видит, закатываю глаза и иду к лестнице. Там должна быть спальня и небольшой балкон-терраса. — Вы от кого-то сбегаете? Простите, если лезу не в свое дело…
— Нет, — отвечаю быстро, переступая порог балкона. Дышать затруднительно. Это все из-за низких потолков на втором этаже. Уверена.
Терраса и впрямь шикарна. Здесь помещается стеклянный столик и два плетеных кресла. Ночью должны быть видны звезды. Крошечный поселок практически не освещен.
— Вы напоминаете мне меня, когда я бежала от одного мужчины. Надеюсь, ваш не окажется пройдохой и вором, как мой.
«Нет, он гонщик», — хотелось сказать.
— Внизу есть гараж на одну машину.
— Отлично. Больше мне и не понадобится.
— Все коммуникации подключены, но нуждаются в ремонте. Дом простоял без хозяев добрых десять лет. Крышу тоже в нескольких местах надо подлатать. В здешних местах бывает сильный ветер. Что еще… В глубине сада есть бассейн. Маленький, старый. С ним тоже предстоит повозиться, если решитесь его использовать. По правде говоря, Вы единственная за все это время, кто позвонил по объекту.
— Я покупаю! — выкрикиваю, чувствуя, как по спине тянется озноб.
Поверить не могу, что я решилась. В горле пульсирует от скорого ответа, а дыхание не приходит в норму.
Женщина расцветает. Хлопает в ладоши и широко улыбается.
— Надеюсь, здесь вы обретете свое счастье, Марта Эдер!
Она кидается обнимать меня, не успеваю в очередной раз возразить, что я не Эдер!
Прохожусь по второму этажу еще раз, где кроме спальни есть крошечная ванная. Здесь жили лилипуты? Нужно будет нанять строителей, чтобы они увеличили пространства любым способом. Три узкие полки на стене — условие для карцера.
— А та комната подойдет для детской, — доносится мягкий голос из-за плеча.
Вновь приоткрываю скрипучую дверь и оказываюсь в царстве света и уюта, пусть здесь совсем нет мебели, а стены покрашены обычной белой краской. Между окон висит одинокая картина с изображением этого дома.
— У Вас есть дети? — спрашивает, заходя вместе со мной. От пола разлетается эхо.
Сил на то, чтобы ответить, нет, и я глупо качаю головой.
— Вы когда приедете заключать договор, я принесу вам котенка. У меня кошка недавно окотилась. Куда девать котят — ума не приложу. А Вам нужно. Животное — это всегда к пополнению в семье!
Если она принесет мне кошку, назову ее Жемчужиной. В честь подруги-предательницы! А если мальчика, то Мерседес.
Докатилась, я уже даю клички котятам, которых планирую завести в этом доме.
Женщина довозит меня до поместья Марино, где первая Жемчужина расхаживает по крыльцу дома, грызя зеленое яблоко. До меня успевает долететь кисло-сладкий аромат, пока его не смывает ветром.
— Ну? — нетерпеливо сбегает с лестницы.
— Ты больше хочешь мальчика или девочку? — спрашиваю, похоронив в себе обиду. Это все из-за беременности подруги. Таня смотрит с застывшими слезами в глазах. Волновалась, получается?
— Боже мой, и ты беременна?
— Конечно же нет! Котенок! Мальчик или девочка?
— Предпочитаю собак, — Таня сникла.
— Я купила дом. Ну, фактически еще не купила, договорилась только. Сделка через неделю, — перевожу тему. Уверена, по закону подлости риэлтор принесет мне мальчика Мерса.
— Что ж, по крайней мере, мы с тобой теперь соседи, — выдавлено улыбается.
Обе замолкаем, когда раздается мелодия звонка моего телефона. Алекс. Вибрация расходится по ладони, причиняя огненную боль. Смотрю на экран, где кроме имени еще и фото самого Алекса в день победы на Гран-при. Черный костюм с кучей белых надписей и нашивок, черный шлем и такого же цвета болид. Непобедимый Алекс Эдер. Чемпион. И сбрасываю…
Глава 51. Марта
— Поздравляю с покупкой, Марта Эдер! — мне протягивают ключи, и ладони касается приятный холодок металла.
Поправлять фамилию устала, когда в документах явно указано «Вавилова». Просто сжимаю в руке несколько длинных старинных ключей: от ворот, входной двери и небольшого гаража.
— И вот, как и обещала, — итальянка, сегодня она в черном брючном костюме от «Валентино», передает коробку с копошащимися и скребущимися котятами, — это брат и сестра. Я бы не простила себя, если бы разлучила их.
Мяуканье разлетается по всей конторе.
И куда я их? У меня столько дел распланировано, и пункт с заботой о котятах точно не входит в
