Вот церкви точно уцелели – колокольни поднимались из изумрудных «волн», словно крошечные маяки.
Вскоре справа показались Клязьма и мост через нее – широкий, на мощных быках-опорах, с торчащими фонарями. Андрей поморщился, обнаружив на перилах, полотне и фонарях многочисленные пятна «плюща», и нахмурился, заметив, что им навстречу бегут несколько «собак».
Илью появление монстров, наоборот, обрадовало.
– Хоть развеемся, блин, – сказал он. – А то я за сегодняшний день еще никого не убил!
«Собаки» повели себя необычно – не стали кидаться разом, а поделились на две группы и попытались обойти людей с боков, захватить в клещи. Андрей взял на себя тех, что атаковали со стороны реки, Илья – остальных, и за несколько минут они перестреляли всех тварей.
– Сдохнете… – довольно членораздельно произнесла подобравшаяся ближе всех «собака», серая и кудлатая, с головой немолодой женщины, после чего глаза ее остекленели, а лапы прекратили подергиваться.
– Сдохнем, – согласился бритоголовый, – но не от твоих зубов, псина.
До моста добрались без проблем, но, для того чтобы попасть на него, вынуждены были немного подняться в гору. Едва миновав первую пару фонарей, почувствовали сладкий аромат цветов «плюща», а побеги на ближайшем растении начали подергиваться.
– Надо бы рот прикрыть, – сказал Андрей. – Хотя бы тряпку смочить, а то эта дрянь нас свалит.
Тряпка в рюкзаке у Ильи нашлась, потратили немного воды из фляги и зашагали дальше, стараясь не подходить слишком близко к «плющу». Вопреки ожиданиям, «лягушки» не пытались преградить им дорогу, да и Клязьма, в отличие от Оки, осталась спокойной.
Никаких гейзеров и прочей ерунды.
Южный берег, в отличие от северного, выглядел почти необитаемым, лишь указатель «Заклязьминский район» давал понять, что Владимир на этом месте вовсе не заканчивается. Начинающееся с моста шоссе тянулось прямо, а деревья у обочин мешали увидеть, что ждет их впереди.
Зашелестели ветви, и Андрей дернул спусковой крючок за миг до того, как первый «плевун» выбрался на открытое место. Второй успел разрядить свое «оружие», но ком слюны пролетел над упавшими людьми, и через мгновение обочину украсили два большеголовых трупа.
– Кто дальше? – спросил Илья. – «Сросшиеся», «гориллы» или «человек-паук»?
Очередная встреча с монстрами произошла, когда впереди показались дома, и на этот раз в бой пошли громадные «обезьяны». Одна выскочила словно из-под земли, из огромной ямы в асфальте, еще несколько с треском и ревом выбрались из зарослей, и все дружно бросились на людей.
– Ложись! – Андрей швырнул гранату и понял, что вынуть еще одну не успевает.
Открыли огонь, брызнула кровь, и огромная туша с разбегу грохнулась наземь. Зато вторая очутилась рядом, и пришлось уворачиваться от кулака размером с бочку. Тот прошел совсем рядом, едва не зацепил волосы на виске.
Крикнул что-то Илья, но что именно, разобрать не получилось. «Обезьяна» сердито заревела, и Андрей почувствовал жуткую вонь гнилых зубов, протухшего мяса и еще чего-то незнакомого, но отвратительного. Выпустил остатки магазина в упор и, понимая, что менять его нет времени, потянулся к пистолету.
Могучие ручищи схватили за бока с такой силой, что затрещали ребра, его вздернуло в воздух.
– Гррр… – сказала тварь, поднявшая крепкого мужчину легко, словно куклу, горящие свирепым огнем глаза оказались совсем рядом, в них Андрей увидел гнев, боль, и еще – недоумение.
«Обезьяна» словно пыталась вспомнить нечто… возможно, то, что она сама не так давно была таким же безволосым существом с розовой кожей, что сейчас находилось в ее «ладошках»?
Едва не теряя сознание от боли, он вытащил «ПМ», ухитрился снять его с предохранителя. Но тут тварь обратила внимание на трепыхания жертвы, и пистолет был вырван у Андрея из руки. Он услышал, как оружие брякнулось на асфальт где-то далеко.
– Гаси громил! – прокричал кто-то рядом, и застрекотал «калаш».
«Обезьяна» развернулась, словно пытаясь закрыться человеком от пуль, но при этом потеряла равновесие и завалилась на бок. Ручищи разжались, и Андрей вывалился из них, упал тяжело, словно парализованный, да так и остался валяться на животе, алчно хватая ртом воздух.
Чтобы пошевелиться, сил не было.
– Поспать решил? – донесся ехидный голос Ильи. – Дело хорошее, но время неудачное…
– Поспишь тут… – Андрей с большим трудом встал сначала на четвереньки, затем на колени и только потом распрямился в полный рост, – когда всякие зубастые со всех сторон кидаются… Интересно, сколько ребер у меня сломано и где мой пистолет?
«ПМ» обнаружился рядом с той ямой, откуда выскочила одна из тварей, а с костями все оказалось не так плохо – ни при вдохе, ни при выдохе нигде не кололо, да и особой боли не было. На боках и в других местах наверняка появились синяки, но по нынешним временам обращать на них внимания стоит не больше, чем на какие-нибудь прыщи.
– Идем, – сказал Андрей, проверив «калаш» и убедившись, что тот в порядке. – Осталось немного.
Те дома, что появились первыми, из виду исчезли, и справа от дороги потянулся березняк, слишком редкий, чтобы устроить в нем засаду, а слева возник обычный городской микрорайон.
Тут все было так же, как к северу от реки, – изуродованные дома, трещины в асфальте, «террикон» посреди двора.
Имейся у потенциального противника хоть сколь-нибудь толковый стрелок, никаких шансов победить их не осталось бы – с крыши любого высотного здания трасса просматривалась отлично. Но «колдун» властвовал лишь над чудовищными порождениями катастрофы, а те могли использовать в качестве оружия только собственное тело.
Взгляд Андрей чувствовал постоянно, и тот с каждой сотней метров становился все тяжелее.
– Больничка, типа, – сказал Илья, едва они прошли гостиницу «Клязьма».
И точно, скопление укрытых за ажурной оградой корпусов было, скорее всего, Владимирской областной больницей. Выглядела она совершенно целой – никаких выбитых окон, сорванных крыш или исчезнувших верхних этажей.
– И как мы будем его тут искать? – спросил Илья. – Если у того перца хоть капля ума есть, он тихо заныкается в отнорке каком и не будет шуршать, пока мы тут примемся лазить…
– Мозги у него есть, – сказал Андрей, – но и любопытство тоже. Хочется верить, что оно возьмет верх над осторожностью. «Колдун» захочет узнать, кто мы такие, посмотреть на нас, поговорить.
У ворот больницы обнаружили фургончик «Скорой помощи», врезавшийся в будку охраны: на асфальте блестело выбитое стекло, стенка была промята, словно картонная, торчал поднятый шлагбаум.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
