подобает человеку его положения. И ведь, гад эдакий, даже не предложил хотя бы лишнюю кушетку, чтобы переночевать!
Разговоры офицеров, которые зацепил княжич, между тем не выходили у него из головы. Слухи о том, что между императором и главнокомандующим нарастает разлад, звучали для него весьма обнадёживающе. Если это действительно так, то нашему императору открывается отличная возможность сыграть на чужой слабости.
А вот история со штормом показалась Сергею по-настоящему странной. Откуда могло взяться такое явление, да ещё и с такой разрушительной силой? Он перебрал в памяти всё, что слышал и видел за последние годы, но ничего похожего припомнить не смог. Вывод напрашивался сам собой: подобного прежде попросту не случалось, а значит, штор могли создать искусственным способом.
— Мы пришли, — голос подполковника вывел его из раздумий. Тот остановился и указал на массивную дверь казармы, возле которой стояли два солдата в полной форме. — Спросишь Отто, скажешь, что от меня, — добавил он и, не прощаясь, развернулся и пошёл своей дорогой, оставив княжича одного.
Сергей остался стоять, хмуро смерив взглядом охранников. Ночевать в казарме — не лучшая перспектива. Особенно если придётся раздеваться и оставлять свои вещи без присмотра. А вдруг кто-то заметит или, хуже того, украдёт артефакты, подаренные «Сумеречными охотниками»? Это будет настоящая катастрофа. Без них он не просто ослабнет — он потеряет возможность осуществить свой план, а такого риска допускать нельзя.
— Рафаэль… Рафаэль… Вы здесь? — вдруг послышался звонкий, весёлый голос девушки.
Сергей встрепенулся и обернулся. Перед ним стояла та самая медсестра, что совсем недавно выходила его после встречи с монстром.
— Гретта? — с трудом вспомнив её имя, княжич изобразил на лице удивление. — Что вы здесь делаете?
— Иду в местный бар с подругами, — с лёгкой улыбкой ответила она, и в её глазах блеснула искорка озорства. — Смотрю, что вы уже оттуда возвращаетесь?
— Да, — кивнул Сергей, стараясь говорить непринуждённо. — Помогал знакомым офицерам добраться до своих апартаментов.
— Жаль, — девушка наигранно нахмурила брови, будто разочарование и впрямь коснулось её. — Я думала, что вы составите нам компанию.
— Ради такой красавицы, — княжич натянул улыбку, стараясь придать ей уверенности, как это делал когда-то Дима, — я готов и на второй заход! К тому же я не пью! — нагло соврал он, даже не моргнув.
Дар «защиты от ядов» уже сделал своё дело и быстро очистил кровь от алкоголя. Так что, если подумать, он и не слишком соврал — его организм был полностью чист.
Подставив руку и дождавшись, когда девушка легко обхватила её, княжич с видом галантного кавалера двинулся вместе с ней обратно, в сторону баров.
Сергей всё яснее понимал: если он не включится в эту игру, не станет вести себя так же уверенно и свободно, как это делала Софья, то добиться здесь чего-либо он попросту не сможет. Горькая правда заключалась в том, что здесь он никто и звать его никак. И единственный путь изменить это — использовать каждый шанс, который предоставит судьба.
(Мир холода и ветров)
— И на фига я запрыгнул в эту сферу⁈ — упираясь обеими руками в каменную оболочку, запричитал я, отдавая всё больше энергии на её восстановление.
Увы, но сфера оказалась не такой надёжной, как я рассчитывал. Небольшой поток песчинок она выдержала с лёгкостью, но, когда их стало уже миллионы, ситуация изменилась.
В первые пять секунд моего полёта всё было более-менее спокойно: я выстрелил из скалы навстречу неизвестности, словно пушечное ядро. Ветер никуда меня не сдул, и в целом, всё было терпимо, но уже после сотни метров тревога начала нарастать. С чего я вообще решил, что путь будет коротким? Хорошо ещё, что додумался заранее поставить точку на карте, иначе даже не вспомнил бы, откуда именно вылетел.
Я летел в полной изоляции, но даже здесь, в изнанке, был слышен сухой звон миллионов ледяных частиц, которые без устали барабанили по поверхности сферы. Сперва этот звук казался далёким, но вскоре он усилился, стал плотным, почти оглушающим. И тогда оболочка дала трещину. Сначала мелкую, едва заметную, но вскоре камень начал откалываться крошками, словно не выдерживал ударов.
Что произошло я так и не понял. То ли внезапно усилился поток ветра, то ли сами частицы сумели пробить первый слой укреплённого камня, но всё это было не важно, потому что моя защитная капсула начала распадаться.
Энергия уходила с ужасающей скоростью, словно вода сквозь пальцы. Стиснув зубы и приложив немалые усилия, я не дал ей развалиться окончательно. С матами, но я всё же продолжал лететь, чувствуя, как раздражение и страх перемешиваются в голове. Даже съеденный в спешке кристалл с концентратом не дал желаемого эффекта. Регенерация не увеличилась, потому что эффект от старого кристалла ещё не прошёл.
Я не придумал ничего лучше, чем залепить в сферу дар «левитации», что снизило расход на магию воздушной стихии, которая толкала меня вперёд. Но всё равно, расход на поддержку сферы продолжал осушать мой энергетический сосуд, что было очень странно. Не знаю, что именно пошло не так, но мне показалось, что поток энергии, с каждой минутой, проведённой в сфере, чах, словно что-то высасывало её из меня намеренно.
Внутри начинала подниматься паника. Я прикинул по времени, на сколько хватит энергии, и совсем приуныл. Не больше получаса. А это значит, что у меня есть лишь пятнадцать минут, чтобы найти укрытие, иначе придётся возвращаться. Пятнадцать минут в этой вязкой, беспросветной мгле — слишком мало, чтобы можно было что-то отыскать.
Прикрыв глаза, я постарался сосредоточиться, успокоить дыхание. Думай, Дима. Если обделаешься сейчас, то все, кто на тебя так рассчитывает, погибнут, и это будет полностью твоя вина. В голове зазвенел тревожный гул, но я заставил себя разложить всё по полочкам.
Я начал перепроверять мыслеобразы вожака, вспоминал каждую деталь из его памяти. Всплыли обрывки общения с тем самым гуманоидом, что сидел в пещере до весны, угрюмо пережидая холод. А что, если он и правда не смог преодолеть этот барьер? Не у всех же есть доступ к изнанке. Допустим, так. Но куда он тогда направился, когда пришла весна?
Точно! Мне нужен хотя бы один мыслеобраз с шикарным видом из этого сортира… Я поморщился от собственных слов, но продолжил цепляться за любую зацепку. Перебирал один образ за другим, возвращался к мельчайшим деталям, даже из обычной, повседневной жизни. Всё, что могло подсказать мне
