она, кладя голову мне на грудь. — Это было замечательное путешествие, Жень.
Я молчал, гладя её по волосам, пока она продолжала.
— Но нужно смотреть правде в глаза. Я всё ещё двенадцатого уровня, когда вы все почти достигли потолка для получения специализации.
Её слова эхом отдавались в голове. Похоже, наши пути действительно расходились.
— Это ведь не значит, что мы больше не увидимся? — тихо сказал я.
Она улыбнулась, её глаза блеснули теплом.
— Конечно, нет, — мягко сказала она. — Я буду рада вновь увидеться. Когда-нибудь.
Я кивнул, чувствуя, как тяжесть в груди становится чуть легче. Лена закрыла глаза, её дыхание стало ровным, и вскоре она уснула, прижавшись ко мне. А я лежал, глядя на свечение источников и желтоцветов. Прошло минут десять, прежде чем я тоже наконец провалился в сон, обнимая её.
На следующий день мы двинулись обратно. Холод всё ещё кусал кожу, но зелье помогало держаться. Мы набрали множество цветов, и я чувствовал радость от успеха нашей вылазки, если бы не последнее решение Лены.
Она шла рядом, её лицо было спокойным, но я видел в её глазах ту же грусть.
Мы не говорили о вчера.
К вечеру мы добрались до пещеры, где оставили команду. Костёр ярко горел, отбрасывая тени на стены. Команда встретила нас с радостью: Валёк вскочил и кивнул, Ауриэль бросилась к Лене, обнимая её. Я обвёл взглядом всех — они были целы, и это позволило мне с облегчением выдохнуть.
Ещё я заметил, как близко сидели Димон и Олеся, их плечи почти соприкасались. Похоже, их дела наладились.
Юки стоял у стены, и вот его лицо было озадаченным, почти мрачным. Что-то было не так.
— Миссия выполнена, — твёрдо сказал Юки, кивая в сторону костра.
Я посмотрел туда и увидел отрезанную голову Серптиса — змееподобной твари с острыми клыками и пустыми глазами. Её чешуя тускло блестела в свете огня.
— Хорошая работа, — одобрительно сказал я.
Катя поднялась, её тёмные волосы качнулись.
— Мы добыли ещё одну сердцевину, — гордо сказала она.
— А как показал себя Валёк? — с любопытством спросил я, глядя на Юки.
Он кивнул.
— Хорошо показал, — твёрдо сказал азиат, снова кивая на голову твари. — Голову я отрезал, но ты бы видел, во что превратилось тело под ударами его молота.
Я посмотрел на Валька. Он стоял у стены, его массивная фигура была неподвижной.
Он доказал, что с ним стоит считаться. Невероятно.
— Молодец, — коротко сказал я, кивая ему.
Валёк слегка наклонил голову, но ничего не ответил. Я повернулся к Лене, её взгляд был устремлён в огонь, и я знал, что она думает о своём решении.
Глава 23
Я сидел на Куколке, которая стояла на краю обрыва.
Мы глядели на заснеженные пики, что пронзали небо, как зазубренные клинки.
Холодный ветер бил в лицо, вырывая изо рта облачка пара, которые тут же растворялись в морозном воздухе. Снег хрустел под лапами паучихи, а вдали, между острыми вершинами, клубились серые тучи, будто готовясь обрушить на нас новую бурю.
Заснеженные горы тянулись бесконечно. Их пологие склоны, покрытые толстым слоем льда, который блестел под тусклым светом солнца.
Ветер завывал, проносясь между скал, и его вой смешивался с хрустом лап Куколки, которая уверенно несла нас вперёд. Её массивное тело, покрытое чёрным хитином, двигалось с упрямой грацией. Каждая лапа вгрызалась в снег, оставляя глубокие следы.
Я чувствовал тепло её тела, сидя на широкой спине, и невольно подумал, как нам повезло, что деревня дворфов находится в пределах температур, которые паучиха могла выдержать. Без неё этот путь занял бы неделю, а то и две.
Холод пробирал до костей, но это можно было терпеть под эффектом зелья. Куколка, несмотря на ледяной ветер, двигалась ровно, её алые глаза горели, будто маяки в снежной пустыне.
Лена сидела позади меня и молчала, глядя на заснеженные склоны, и я знал, что её мысли заняты вчерашним разговором. Решение остаться на первом слое всё ещё висело между нами, как тяжёлая тень.
Валёк всё ещё сидел рядом с Димоном и был ответственен за сохранность головы, которую нужно было передать тёмным эльфам. Катя, напротив, казалась собранной, а взгляд скользил по горизонту, будто она выискивала нужную нам деревню.
Которой мы всё ещё не достигли…
— Держитесь крепче, — твёрдо сказал я команде, похлопав паучиху по хитину. — Поднажми.
Куколка издала лёгкий скрежет, будто соглашаясь, и ускорила шаг. Её лапы с хрустом вгрызались в снег, иногда сбивая мелкие камни, которые с грохотом катились вниз по склону. Я невольно улыбнулся, чувствуя, как легко она стала слушаться.
Мысли текли медленно, но одна из них была ясной: деревня дворфов — наш следующий шаг, и, если всё пойдёт по плану, мы быстро обернёмся. Сунь Укун дал нам монету, но хоть я был рад, что не пришлось прибегать к «Берсерку», выполнить просьбу требовалось.
Путь через горы был нелёгким. Ветер усиливался, снег бил в лицо, а тропа становилась всё уже. Иногда Куколка скользила на льду, но её лапы быстро находили опору. Я чувствовал, как она напрягается, борясь с холодом, и мысленно поблагодарил её за выносливость. Без неё мы бы точно застряли где-нибудь посреди этих проклятых гор.
— Чёрт, как же холодно, — ворчливо сказал Димон, стряхивая снег с волос.
— Да ладно, — насмешливо сказала Катя, поправляя капюшон. — Лучше, чем пешком топать. Да и зелье помогает.
— Ну, это да, — хмыкнул Димон, похлопав Куколку по хитину. — Ты, малышка, реально Арахнотанк. Без тебя бы мы тут все околели. По крайней мере пятая точка в тепле, ха-ха.
Куколка щёлкнула хелицерами, будто в ответ, и команда невольно рассмеялась. Даже Лена улыбнулась, хотя её взгляд всё ещё был задумчивым. Я поймал себя на том, что смотрю на неё чаще, чем нужно, и отвернулся, сосредоточившись на тропе.
К вечеру горы начали редеть, и впереди показались очертания деревни дворфов.
— Наконец-то! — выдохнула Милена. — Побыстрее бы добраться!
Деревня раскинулась в небольшой долине, окружённой высокими пиками, которые защищали её от ветра.
Дома, вырезанные прямо в скалах, казались частью гор, их стены были покрыты замысловатыми узорами, высеченными с ювелирной точностью.
Каменные шпили, увенчанные металлическими флюгерами в виде молотов и наковален, возвышались над крышами. Улицы были вымощены гладкими плитами, которые блестели от снега, а по краям стояли
