решающее здесь это чувство, уверенность внутри нас. Мы точно знаем: наступила осень. Шестерня перескочила на один зубец вперед. И это хорошо. Все хорошо так, как есть.
Я притихла. Сижу на корточках рядом с Клуни, глажу его, подставляю затылок лучам послеполуденного солнца, слушаю Виллема и ловлю себя на мысли, что просидела бы так целую вечность. Может быть, я так и сделаю — и просто останусь здесь. Навсегда. Как сейчас.
— Медоносные пчелы — это поистине интересная область для исследований. — Кажется, Виллем насобирал достаточно ягод, поэтому теперь он поднимает корзины и выпрямляется. — Мы, люди, можем многому у них поучиться. Например, мы с коллегами выяснили, что пчелиная семья наиболее успешна тогда, когда состоит из умных и, скажем так, менее умных особей. Это ведь невероятно интересно, не правда ли? — Виллем собирается уходить. — А вот семья, состоящая исключительно из умных пчел, напротив, проигрывает. Кажется, социальное смешение — это отличная стратегия для эволюции.
Теперь и я поднимаюсь, провожаю Виллема до его вагончика, который сейчас стоит на краю сада Лив.
— Вижу, вы нашли новое место для своего вагончика. Больше не нравится у леса? — интересуюсь я.
— Нравится, нравится, — Виллем ставит корзины на землю. — Просто у моих медоносных пчел сейчас зимняя пауза, а мне здесь немного удобнее.
Потом мы прощаемся: меня ждет садовая мебель, а профессора-пчеловода — банки для варенья.
— Но пока я не ушла, — вдруг мне в голову приходит мысль, — у меня есть еще один вопрос: дикие кабаны действительно пахнут приправами Maggi?
Виллем с удивлением поднимает на меня взгляд, а потом улыбается:
— Вообще, это не по моей части, но да. Дикие кабаны пахнут приправами Maggi. А чем же еще им пахнуть?
Высшее общество
Беспокойно, словно тигрица, я брожу туда-сюда перед витриной нашего магазина. Доставка должна была приехать уже давным-давно. Кажется, я уже в сотый раз извлекаю телефон из сумки, проверяю письмо-подтверждение, смотрю на время: 18:47. Меня уверяли, что вино доставят до 18:00. Я окидываю взглядом улицу, но ничего не меняется. Это раздражает. Через двадцать четыре часа начнется торжественное открытие нашей рождественской лавки. Благодаря Класу и Лив, которые действительно знакомы с половиной города, на праздник придет все высшее общество Люнебурга. И единственное, чего пока не хватает, — это напитки. Поверить в это не могу!
Погруженная в свои мысли, я еще раз просматриваю нашу винную карту: шипучее игристое премиум-качества, сухое белое и — в качестве альтернативы — легкое красное вино. Вот и всё. Мы также предлагаем воду — и больше ничего. Выбор напитков небольшой, но изысканный. Отборные напитки! Как и все наши продукты. Поэтому я и заказывала в Château Fabuleux, моей любимой винодельне в Провансе. Но где они?
— Попробуешь? — раздается баритон рядом со мной.
Клас. Откуда он взялся? Судя по одежде, он только что из пекарни, ведь она расположена неподалеку отсюда. Видимо, так спешил, что даже не успел набросить куртку. Вместо этого он держит на трех пальцах крошечную тарелочку, на которой лежит маленький кубик.
— Что это? — я делаю паузу. — Похоже на пирог.
— Что-то вроде того.
Клас улыбается, но его улыбка кажется мне немного смущенной. Это вообще возможно?
— Это чизкейк, творение из козьего творожного сыра и ежевики, — объясняет Клас, — приправленное каплей лимонного сока.
— И его… — я не осмеливаюсь это произнести, — в общем, этот пирог… испек ты?
— Пробуй уже, — резко отвечает он.
Все ясно: Клас, пекарь, который хочет готовить исключительно хлеб, уклоняется от ответа. Я делаю для себя выводы и беру десертную вилку, которую он держит прямо перед моим носом. Отламываю кончик квадратного чизкейка и отправляю его в рот. Чизкейк тает, словно шампанские трюфели: нежные, плавящиеся и к тому же удивительно свежие.
— Это невероятно! — Я правда удивлена и с интересом смотрю на тарелочку. — Почему я не додумалась до этого? Ну конечно, чизкейк!
Я закрываю глаза, чтобы еще раз насладиться вкусом.
— Аромат можно было бы дополнить небольшим количеством мяты. Как думаешь? Мы можем положить пару листиков сбоку. А в остальном, по-моему, просто превосходно.
Клас быстро забирает у меня вилку, накалывает на нее весь оставшийся кусок и отправляет себе в рот.
— Да, — говорит он, пережевывая, — мята бы хорошо подошла. — Мужчина глотает. — Знаешь, я подумал, что чизкейк отлично бы пригодился для нашего фуршета завтра вечером. Поэтому я сегодня решил поэкспериментировать, просто так, для удовольствия. — Мужчина поглаживает бороду. — Если хочешь, могу испечь к завтрашнему дню два противня.
— Хочу! — отвечаю я, недолго думая. — Наш фуршет получится прекрасным! Дай-ка подумать: будут маринованные шарики из козьего сыра в средиземноморском стиле, творожный сыр с фисташками на персике, немного камамбера, твое новое хлебное ассорти и, в довершение всего, чизкейк. Звучит фантастически, разве нет?
В лице Класа что-то меняется, это похоже на улыбку. Она виднеется только в правом уголке губ, но она точно есть.
В этот момент на нас падает яркий луч света, блеск и мерцание. Из магазина доносятся долгие и протяжные «Ах!» и «Ох!», голос Катинки слышен даже на улице. Прохожие останавливаются, с любопытством заглядывая в магазин через витрину. Мы с Класом заходим внутрь через открытую дверь — и вот она весит и сверкает во всем своем великолепии: люстра Катинки. Вау! Какое сокровище! Люстра просто огромная, со своими двенадцатью рожками она выглядит прямо-таки внушительно, а из-за того, что Катинка распорядилась повесить ее довольно низко, ее просто невозможно не заметить. Сверкающие хрусталики наполняют жизнью все пространство, отбрасывают блики не только на стены, но и, как Катинка и предусмотрела, на тротуар. В этом сиянии даже наш скромный фургон выглядит будто дизайнерский элемент. На его белой лакированной поверхности, которую мы с Лив вчера полировали до дыр, свет отражается особенно ярко.
Пока оба электрика, установившие этот шедевр, с громким лязгом складывают свои лестницы, я беру Класа за локоть и подвожу к следующему «гвоздю программы».
— Пойдем, ты просто обязан это увидеть.
На сегодня мы закончили с хлебным прилавком. Мы с Катинкой сложили в П-образной форме небольшие тюки сена, которые Лив привезла на своем тракторе с фермы, а сверху закрепили подходящие по размеру толстые дубовые доски. Сзади, на голой кирпичной стене, мы развесили плетеные корзинки. Мы просто прикрутили их дном к кладке, так что вместе они образуют что-то вроде полок, на которых Клас завтра сможет разложить хлеб.
— Есть кое-какая идея. — Клас изучает нашу конструкцию, потом проводит рукой по гладким дубовым доскам.
— Позвольте, я пройду, — Катинка освобождает себе путь, а мы быстро отходим в сторону.
В руках
