не пристало марать свои ноги, ступая по ней. Не беспокойтесь, ребята справятся, они прекрасно подготовлены, обучены и как никто другой способны разобраться с любой возникшей проблемой. Вы же впоследствии можете принять участие в отмаливании их греха.
– Разумеется, госпожа!
– Я сообщу вам, когда появятся какие-нибудь новости.
Намек был более чем прозрачным, и Сьюзен, отвесив еще один почтительный поклон, покинула кабинет. Не стоило сверх меры испытывать терпение Верховной, которой она и без того успела надерзить почти на год вперед.
Оставшись одна, Собати, наконец, позволила себе шумно выдохнуть и устало помассировала гудящие виски. Как же все не вовремя, как некстати! Ее собственное чутье, собственная интуиция подсказывали, что Сью абсолютно права, и Виан с Шимаэлом все же вернулись, пусть даже такой их шаг и выглядел абсолютно бессмысленным.
Пустынный Континент, несомненно, хранил немало секретов и тайн, но вот что именно могли искать там два беглеца, и каким образом они надеялись осадить Сиарну, все больше демонстрировавшую в последнее время откровенно диктаторские замашки, оставалось неясным.
Собати активировала терминал и составила приказ, прикрепив к нему предоставленные Сьюзен данные разведки. А потом, следуя внезапному импульсу, занялась давно откладываемым наведением порядка в грудах скопившихся на столе документов. Какое-то внутреннее чувство настойчиво подсказывало, что занимать этот кабинет ей оставалось уже недолго.
Глава 20
Струи горячего воздуха словно подкарауливали снаружи и ворвались в трюм шаттла, как только начал открываться грузовой люк. Воздух заполонила густая пыль, стучащаяся в защитные очки и ощупывающая фильтрующую маску своими колючими щупальцами, как будто отыскивая в ней уязвимые места и малейшие щели. Шимаэл резонно предполагал, что на месте их вряд ли встретит цветущий сад, но столь агрессивный напор стихии вынудил его вскинуть руку, заслоняя лицо от хлещущих песчинок, и заронил в душу зерна сомнений в целесообразности всей затеи.
– Выходим? – голос Дэлери из-под маски звучал глухо и бесцветно.
– А какие у нас еще есть варианты? – хмыкнул пилот и зашагал вниз по аппарели, буквально расталкивая желтоватую мглу. – Мы тащились в такую даль не для того, чтобы полюбоваться живописным пейзажем с крылечка и улететь восвояси.
– Живописным, ага! Глаз не оторвать! – фыркнула Жрица и двинулась следом.
– Старайся держаться рядом, чтобы не потеряться, – Шимаэл остановился, поджидая ее. – Я бы предпочел без крайней нужды не пользоваться радиосвязью, чтобы не выдать наше присутствие. Если разойдемся, то лучше вернуться по навигатору обратно к кораблю и начать заново.
– Ясно.
– Ну, тогда – вперед!
Две закутанные в защитные комбинезоны фигуры растворились в рыжей пелене пыли, а за их спинами загудели закрывающие люк приводы.
За давностью лет любая информация, касающаяся Пустынного Континента, невольно обретала статус легенды, подобно днищу корабля обрастая наслоениями домыслов и фантазий. Источниками более-менее достоверных сведений о Битве Богов могли служить воспоминания Первопризванных, но неумолимое время не щадило даже их, и на сегодня таковых оставалось лишь двое – Собати и Сестра Нилх. Кроме того, погружение в глубины памяти, как правило, не вызывало у них ничего, кроме фантомных болей, оставленных теми разрушительными событиями. Чудовищный катаклизм, свидетелями которому они оказались, начисто выжег любые прочие впечатления, оставив лишь страдание.
Немногие уцелевшие книги и документы рисовали картину процветающих городов, объединенных сетью сухопутных и речных торговых маршрутов, величественных храмов и просторных площадей перед ними, суетящихся жителей и играющих во дворах детей…
А потом все сгинуло, в одночасье испепеленное обрушившимся с небес яростным огнем божественной схватки.
Те, кому повезло, успели бежать, спасшись на борту спешно покидающих причалы кораблей. Таковых, однако, оказалось немного, подавляющее большинство жителей превратились в пепел, даже не успев ничего понять. И та картина до боли напоминала относительно недавние события, когда Республика устроила бомбардировку столицы Клиссы с использованием адронных зарядов.
Позже, когда огонь угомонился, отчаянные смельчаки отважились вернуться в поисках выживших друзей и родных, но обнаружили только обгорелые безжизненные руины, простиравшиеся до самого горизонта.
Там, посреди пепелища, они встретили нескольких Первопризванных. Израненные и обгоревшие, они говорили странные вещи, попахивавшие явным безумием, но, одновременно, они демонстрировали столь великую силу, невероятную для простого человека, что люди, устрашившись, подчинились им. А потом первые Служители Сиарны отправились в долгий путь, чтобы возвестить миру о пришествии светлой Госпожи, одолевшей своего темного брата и несущей всем свой Свет, свое Слово и свой Танец.
Пережитый ужас настолько глубоко въелся в людскую память, что даже одно упоминание о Пустынном Континенте почиталось богохульством, а прикосновение к его выжженной земле являлось серьезнейшим прегрешением. Да и без того уже давно никто не рвался в эту мертвую пустыню, где на бескрайних просторах среди камней, песка и пепла не выживали даже самые стойкие и неприхотливые лишайники. Даже сейчас, когда десантный шаттл позволял буквально за несколько минут достичь почти любой точки на планете, никто не осмеливался соваться в удаленные от побережья районы.
До сегодняшнего дня.
Шимаэлу уже доводилось высаживаться на мертвые планеты, от которых у него остались немного жуткие впечатления. Ведь вроде бы все точно так же, как и дома – гравитация, атмосферное давление, температура, вот только в здешнем воздухе не было и молекулы кислорода, а вода, текущая в местных реках, по своей стерильности уложила бы на обе лопатки лабораторный дистиллят. Порой стоило немалых усилий, чтобы побороть искушение откинуть забрало шлема – настолько знакомым выглядело все вокруг. Холмы, камни, журчащие ручьи… И только память о том, что один-единственный глоток чужеземного воздуха немедленно отправит его к праотцам, удерживала от необдуманного поступка.
Здесь же, в самом сердце Пустынного Континента, все выглядело еще более жутко, поскольку было известно, что ранее тут кипела разнообразная и насыщенная Жизнь, которая покинула обжитые места, словно чего-то испугавшись. И ничто на свете так и не смогло за прошедшие сотни лет заставить ее вернуться.
Параллели с другими планетами были столь сильны, что Шимаэл даже подумывал воспользоваться для выхода полноценными скафандрами, но все же отказался от этой идеи. В значительной степени по той причине, что их подготовка и снаряжение требовали изрядного времени, которого и так было в обрез, но также и потому, что так и не смог заставить себя воспринимать Клиссу как нечто чужое. Выход на поверхность почти что родной планеты в герметичном скафандре воспринимался им как самое настоящее предательство.
Так что теперь по безжизненным пустошам, сгибаясь под порывами горячего ветра и загребая тяжелыми ботинками текучую желтую пыль, брели два затянутых в аварийные комбинезоны странника,
