нас призыв. Потом всем нам придётся очень быстро уносить лапы и ноги, – рыжая вартия по-матерински лизнула Талка в нос. Она с каждым днём чувствовала малейший нюанс его переживаний все чётче. – Сегодня же ночью надо привести первую партию беглецов. Начнём с окраинных районов Великой Штольни. Уверена, что, в основном, это будут женщины, подростки и дети. Они чаще всего гибнут в Таоровой Стае.
Все взрослые кнарри, которые ещё оставались на территории Технического Конгломерата, расселись широким полукругом, мордочками в сторону буферного коридора. Визуального контакта с участвующими в создании Зова Кнарри людьми и крысами эмпатам не требовалось. Они связывали тысячи разнообразных сознаний в причудливую вязь. Через мгновение в сторону Великой Штольни полетел властный призыв. Он погружал в сон тех, кому нравилась их судьба под пятой Вождя. Остальные безопасными тропами должны были прийти к соседям. Беглецам даже предоставили несколько часов, чтобы беглецы собрать скудное имущество.
Мигранты прибывали небольшими организованными группами, чтобы уже через несколько минут быть эвакуированными на поверхность. Там их терпеливо ожидало жильё и помощь медиков.
Пять дней позволили эвакуировать всех, кто был достоин лучшей доли. Последними уходили самые опытные из сотрудников Гавора. По решению Совета Технического Конгломерата тем, кто оставался, оставили небольшой запас медикаментов и инструментов.
Намертво заблокировать окрестные с вентиляционной шахтой коридоры и штреки оказалось несложно. Всего лишь пришлось демонтировать по несколько метров поддерживающих конструкций. Внушительный обвал гарантировал, что Таорова Стая уже никогда не сможет напасть на след беглецов. Их выход выводил на поверхность по другую сторону одного из многочисленных горных хребтов, в недрах которых горняки и вели разработку месторождений. Потом люди покинули опасные подземелья.
Старший мастер службы безопасности Гавор с удивлением почувствовал, как ему на лицо упали первые капли дождя. Только пришлось шустро натягивать капюшон костюма химзащиты. Потом спешно обрабатывать место поражения специальным реактивом. С кислотой шутки были плохи. Проверив, все ли специалисты его подразделения в порядке, усталым голосом велел отправляться во временный лагерь.
Во дворе сновала лишь охрана, экипированная согласно нелёгким условиям. Внутри зданий, куда их проводили, было тепло и сухо. Судя по растерянным взглядам, спасённые из Великой Штольни люди всё ещё не верили, что сумели вырваться на свободу.
Как и предсказывала Вама, в основном это были подростки, женщины, дети и старики. Все те, кто был либо слишком молод или стар для того, чтобы быть втянутым в грязные игры Таора и его клики. Либо несчастные, для которых отправка в общий барак было равнозначна ненадолго отсроченному смертному приговору.
Разместив людей, за судьбу которых они считали себя в ответе, Совет технического Конгломерата отправился на совещание. Вопрос: оставаться тут или впоследствии пробираться во внутренние районы Онии, пока что, оставался открытым.
Потом те, кому предстояло довершить успешную эвакуацию из шахтного лабиринта, вернулись на место временной дислокации. Они никого не собирались бросать на произвол судьбы, если в нём оставалась хоть что-то благородное и человечное. Возвращаться в ставшие смертельно опасными подземелья их заставлял только долг и пока вынужденные оставаться в заложниках у последствий катаклизма коллеги.
Таор сразу почуял: в его жизни что-то очень сильно пошло не так. К сожалению, Великому Вождю так и не удалось разорвать путы странного сна. Он овладел почти всеми, для кого законы Свободной Главной Штольни были примером высшей справедливости и мерой успеха. Далеко не всем молодым женщинам суждено было покинуть это подземное царство ужаса и бандитского беспредела. Здесь только сильный или имеющий большую ценность не только для нынешнего правителя человек мог иметь зыбкую надежду уцелеть вместе со своими домашними.
Ворк лично пробрался на территорию соседей, прихватив своих племянниц и дочерей брачного возраста.
– У нас поганые крысы принесли новые хвори. В основном умирает от заразы молодняк и сильные мужчины лет до тридцати пяти. Хотелось бы быть уверенным, что мои кошечки не подхватили эту фатальную для них болезнь, – и он выдавил притворную слезу, давя на жалость. На самом деле ему не было до девиц совсем никакого дела.
Гавор старательно обыскал всех и выделил сопровождение для гостей из Великой Штольни. Он не чуял угрозы от перепуганных подростков пятнадцати-семнадцати лет. Чего нельзя было сказать о сопровождающем их мужчине.
Дежурная врач быстро распределила похожих на бледные тени пациенток по отдельным боксам и решительно выставила союзника их главного врага вон, проворчав:
– Шли бы вы, любезный. В вашем возрасте эта болячка уже не опасна. Как только получу результаты тестов, сразу же дам вам знать, – встревоженные взгляды, которыми она обменялась со Старшим мастером по безопасности Технического Конгломерата, сразу дали понять, что надо ускорить эвакуацию мирного населения и имущества.
Когда незваного гостя без промедления проводили до буферной зоны, Донар, не скрывая беспокойства, сказал:
– Кнарри надо усилить сонное воздействие Зова, иначе мы можем столкнуться с чересчур серьёзными проблемами в самом ближайшем будущем.
– Тех, кто ещё придёт от соседей, придётся помещать в боксы. Под землёй эпидемии распространяются быстрее и лютуют сильнее, калеча и унося жизни, – Тэйла тут же отдала распоряжения подчинённым и поручила передать своё рацпредложение Маноре во временный лагерь на поверхности.
Гавор взъерошил короткий ёжик жёстких волос и был вынужден согласиться. Им следует пошевеливаться, если они хотят выпутаться из назревающей заварушки с наименьшими потерями.
– Родственницы Ворка молоды и напуганы до полусмерти. Их надо вытаскивать из беды. Иначе этот бессердечный рудогрыз отправит их в общий барак. Там такие нравы и порядки, что бедняжки быстро отправятся к тем, кто уже пересёк роковую черту смерти.
На том и порешили. Врач провела самые надёжные из медицинских экспресс-тестов. Все пятьдесят страдали исключительно от крайней степени дистрофии и последствий ежедневных побоев. Сделав снотворные уколы совсем ещё юным девушкам, уложила с помощью санитаров в специальные носилки для безопасной транспортировки по воздуху и отправила на поверхность Эхоро.
– Свежий воздух, хорошая кормёжка, должный уход и спокойная жизнь приведут их в норму в течение пары месяцев. Надеюсь, нервная система не сильно пострадала от скотских условий, в которых они были вынуждены жить, – дежурный мастер-медик убрала с лица упавшие на лицо пряди, выбившиеся из аккуратной причёски, и тяжело вздохнула.
Она не могла дождаться, когда смена под землёй закончится, чтобы снова оказаться в кругу людей. Они стали ей практически родными после пережитых потерь и испытаний.
– Ворку скажем, что все его родственницы сгорели от высокой температуры во время угольной лихорадки. Её эпидемия как раз сейчас начинается на территории Главной Штольни? –
