class="p1">В памяти возникли события минувшего дня. Аркин. Я… взрываюсь, вырастаю из собственного тела. Во рту вместо слюны – огонь. Фелл. Его яростный вопль звучит в ушах, устремляясь за мной в небо, как дым. Я мечусь в поднебесье, как безумная. Опускаюсь на землю. Тора подбирает меня, словно сломанную вещь, которая нуждается в починке. Ведет к себе домой. Она спокойна и невозмутима, будто встреча с драконами для нее обычное дело.
Я не смогла протиснуться в дверь ее дома, и она привела меня в хлев, где уложила спать рядом с домашним скотом. Тут были две дойные коровы, лошадь и мул. Животные, разумеется, взирали на меня с подозрительностью. Утром, в мягком свете нарождающегося дня, в их глазах отражалась та же подозрительность, хотя мул, жевавший утреннюю порцию корма, выглядел уже менее обалдевшим.
Склонив набок голову, Тора в задумчивости смотрела на меня, растянувшуюся в ворохе сена.
– Пожалуй, вернее будет сказать: это – другая ты. Ведь дракон – это тоже ты, – добавила она столь уверенно и невозмутимо, что во мне вспыхнула паника. Такая же паника, что владела мной, когда я в диком отчаянии кружила на высоте тысяч футов над землей.
Нет, нет, нет.
– Я не дракон! – резким от страха тоном заявила я. – Если б я была драконом, я бы это знала!
Тора с жалостью посмотрела на меня.
– Я не дракон. – Теперь мой страх звучал как отчаянная мольба. Я была человеком. Никем другим я быть не могла. Хотя все факты указывали на обратное. – Я не дракон, – повторила я, словно моей убежденности было достаточно, чтобы желаемое превратилось в действительность.
Глаза Торы заискрились весельем, словно я ее забавляла.
– Думаю, ты и сама знаешь, что твоя вторая сущность – дракон.
– Этого не может быть, – покачала я головой. – Драконов больше нет.
Она кивнула, но так снисходительно, будто пыталась успокоить ребенка, который вот-вот закатит истерику. Это было обидно.
– Что ж, видимо, не все они погибли. – Знаешь, как говорят…
Говорят? Кто?
Я покачала головой, не желая ничего слышать. Не желая, чтобы она приводила разумные доводы, чтобы она оказалась права. Не желая, чтобы она меня убедила. Заставила поверить в невероятное. Я хотела, чтобы у меня появилось основание не верить ей.
– Магию уничтожить нельзя, как ни старайся, – продолжала Тора. – Она, бывает, прячется, но никуда не девается. Никогда не исчезает. Она живет в костях, в душе этого мира. То, что ты есть теперь… – она указала на меня, – это всегда было в тебе, глубоко внутри.
Всегда было в тебе. Как зуб, терпеливо дожидающийся своей очереди, своего часа, чтобы вылезти наружу.
В висках у меня зашумело, и я помотала головой. То есть дракон всегда находился внутри меня? Прятался во мне? Тайна, которая всю мою жизнь была скрыта даже от меня самой? Непостижимо. Я прижала пальцы к вискам, не желая в это верить. В голове царила сумятица – полнейшая неразбериха, непролазная, как заросли куманики в лесу вокруг нас.
Я всегда думала, что отличной от всех остальных меня делает роль девочки для битья. Но возможно, дело было не только в этом.
Возможно, причиной тому моя скрытая сущность.
– Магию уничтожить нельзя, как ни старайся, – повторила Тора.
И это противоречило всему, что я знала. Война с драконами была затеяна ради их полного уничтожения. Люди считали, что это возможно. Короли и королевы снаряжали на борьбу с драконами целые армии.
И цель была достигнута.
Нам говорили, что во всех бедах виновата магия – или существа, наделенные магией. Все зло – от них. Чума, несправедливость – все это валили на драконов.
И если я – одно из тех существ, значит, я тоже представитель сил зла? И меня тоже надо стереть с лица земли? Но я не плохой…
Я осеклась, задумавшись. На языке вертелась фраза: я не плохой человек.
Но человек ли я?
– Пойдем. – Тора протянула мне руку. – Пойдем в дом, погреешься. У меня есть для тебя кое-какая одежда. Соберу тебе что-нибудь поесть. Насытишься, почувствуешь себя лучше.
Ах, если бы это так и случилось. Если бы это решило все проблемы.
– Тебе нельзя здесь оставаться.
Тора сообщила это, когда я ела овсяную кашу с молоком, посыпанную душистой корицей, как будто я была маленькой девочкой и она хотела угостить меня чем-то вкусненьким, чтобы отвлечь внимание от горького лекарства.
Но это не помогло, ее слова меня ошеломили. Вердикт прозвучал как глухой стук упавшего на пол тяжелого камня.
Я сидела за столом, в ее теплом шерстяном платье со шнуровкой спереди; в очаге потрескивал огонь.
– Тебе нельзя здесь оставаться, – повторила Тора… то ли для того, чтобы я лучше уяснила смысл сказанного, то ли потому, что я молчала.
Избегая ее взгляда, я лишь быстрее и быстрее помешивала ложкой овсянку, чтобы хоть куда-то деть свою неуемную энергию.
Тебе нельзя здесь оставаться.
Я облизнула губы. Хотела спросить: почему нельзя? Зачем она вообще притащила меня сюда, если теперь прогоняет? Но язык не поворачивался: я боялась выказать свою уязвимость.
Сидя за ее столом, я обхватила рукой миску с кашей и пододвинула ближе к себе, словно опасалась, что это у меня тоже отнимут, как и все остальное. Я чувствовала себя ужасно беспомощной. Вот-вот расплачусь. И на этот раз слезы будут настоящими. Ручьем польются из глаз.
– Про твоих сородичей мне известно не все. Я думала, вы все погибли. Понимаю, ты ждешь от меня ответов, но я очень многого не знаю. – Она глубоко вздохнула… словно холодный ветер ударил в ставни, пытаясь ворваться в дом… или вырваться наружу. – Ты… здесь… Думаю, это как-то связано с проделками Валы. Другого объяснения я не нахожу.
– Валы? – Где же я слышала это имя?
– Да, Валы, – подтвердила Тора с блеском в глазах. – Вала – сестра моей бабушки. Ей от природы было дано больше магической силы, чем нужно. Она от рождения обладала могучим даром магии, а вот хитрости и осторожности ей недоставало. Глупая тщеславная девчонка, она вбила себе в голову, что влюблена в короля Альрека. Хуже того… она верила, что он в нее влюблен.
– Король Альрек? – Я посмотрела на Тору. Альрек был дедушкой Гамлина. Это я знала. Хорошо изучила генеалогию королевской семьи. – Но это же было очень давно.
– Да, – усмехнулась Тора, покачав головой. – Он был молод, красив, да еще и… король. Моя двоюродная бабка по глупости возомнила, что он возьмет ее в жены и она станет королевой. Конечно, это было до
