справиться с одним-единственным бретером. А скоро по всему Нугулему расползутся слухи о произошедшем в Паломаре, и за Крисом Смычком окончательно закрепится слава народного героя, «грозы легионеров», тогда как над ожерцами станет смеяться вся страна. С одной стороны, допустить подобное было никак нельзя, тем более что бойцы ждали отмщения за убитых товарищей. С другой же стороны, выходит так, что чем дольше они гоняются за де Бранди, тем дороже это им обходится, и здесь уже впору сетовать на провидение господне. Или козни дьявола – это уж кому как нравится. Не то чтобы де Монтегю боялся потусторонних сил, но повод задуматься был нешуточный. Вон, граф де Бернье тоже ничего не боялся, и что с ним сталось?
– Говоришь, виконт жаждет мести? – Карлес задумчиво почесал кончик носа.
– Да, но ты правильно сказал: от него толку немного. Не соперник он Смычку.
– Ты слышал про Энрике Оливейру?
– Это очень неприятный тип.
– А тебе и не нужно с ним даже встречаться, просто направь к нему де Монтихо. Оливейра сейчас в Энсенадо.
– Понятно. Если что-то пойдет не так, то мы вроде как ни при чем. А если как надо, то мы найдем способ указать на нашу причастность.
– Примерно так.
Де Монтегю помолчал несколько минут, а после еще добавил, снова поморщившись:
– И пусть это будет нашей последней акцией в отношении де Бранди. Если опять не выйдет, значит, не судьба нам с ним совладать.
Приятели поговорили еще немного на другие темы, после чего ла Вивьер отправился по делам, а ему на смену в комнату капитана пришел штатный лекарь легиона.
Глава 29
Определенно, не в тех кругах я вращался в Кантадере, иначе непременно бы знал замки всех более-менее значимых аристократов в округе. И тогда бы я с самого начала понимал если не о ком идет речь, то хотя бы о месте жительства этого человека. Впрочем, из тех фактов, что для работы наняли местного вора и что для контроля ситуации в Кантадер же прибыли главные помощники графа де Бернье, уже можно было сделать вывод о близости замка маркиза к городу.
Так оно и оказалось: Лиарре располагался в нескольких часах пути к югу от Кантадера, потому для его посещения мне пришлось возвращаться на юг той же самой дорогой, по которой я совсем недавно пытался убежать от наемников в Эскарон.
Орлов заверил меня, что формуляр с отчетом о моей казни в Уэске должен отменить приказ об объявлении меня в розыск, но, зная медлительность системы и обычную расхлябанность чиновников, рекомендовал в пути представляться другим именем, а Кантадер, от греха подальше, проскочить без остановок.
За последний месяц в моей жизни произошло так много событий, что я уже устал удивляться чему-либо, потому новые выверты судьбы воспринимал практически без эмоций, в состоянии этакого легкого отупения. Потому и выслушал данные мне наставления спокойно, без особого удивления.
Рене обладал гораздо более обширными сведениями об аристократических кругах Нугулема, потому смог собрать воедино все части мозаики и сложить в общую картину.
Маркиз Фернандо де Сальвери был видным государственным деятелем, заставшим еще правление отца нынешнего короля. Любимец женщин, гроза мужчин, маркиз успел вполне успешно покомандовать армией и флотом, был послом Нугулема в Суффе, занимал придворные и министерские должности, пять лет являлся губернатором заморских территорий. В общем, человеком был видным и вполне достойным, если не сказать – выдающимся. Однако в один прекрасный момент, будучи в самом расцвете сил и находясь на пике могущества, де Сальвери покинул службу и удалился не только от королевского двора, но и вовсе покинул столицу. Виной всему были поползшие по Сантьяго слухи о романе маркиза с самой королевой, чему извлеченные на свет божий спустя такое количество лет полные любви и нежности письма служили косвенным подтверждением.
Именно косвенным, не более. Да, у фигурантов совпадали имена, и из переписки было ясно, что переписывался маркиз со знатной сеньорой, живущей в столице и сведущей в дворцовых делах, но мало ли в Сантьяго придворных сеньор по имени София? Однако, как известно, дурное дело нехитрое, главное – правильно подать информацию в нужные уши да запустить слухи, а там уж поди докажи обратное!
Так и случилось с Фернандо де Сальвери, а сейчас граф де Бернье собирался пойти еще дальше – объявить отцом упомянутых в переписке сыновей Софии именно маркиза! А поскольку сходство именно третьего сына Роберта с королем Хуаном ни у кого не вызывало сомнения, то тень подозрения неминуемо падала на старших наследников. Вот вам и повод сделать законными притязания младшего принца на трон в обход старших братьев! А заодно и ответ на вопрос, чем командор собирался вернуть доверие Роберта Левансийского…
К чему это могло привести? Да хотя бы к тому, что из трех партий нугулемских принцев легальной останется лишь одна, потому что в такой ситуации никто не станет поддерживать бастардов. Плохо ли это для Эскарона? На мой взгляд – нет. Потому как все это внутреннее дело Нугулема, никаким боком не касающееся соседних государств. Но оказалось, что это только на мой взгляд. Рене рассудил совсем по-другому:
– Не знаю, как королевская семья будет гасить такой скандал, возможно, даже чьи-то головы полетят с плеч, но по итогу очень велика вероятность, что наследником престола окажется именно Роберт. А в этом случае новой большой войны не избежать: принц был унижен и раздавлен в Эскароне, такое смывается только кровью. Большой кровью. Так что пусть уж лучше все остается как есть. Пусть три нугулемских принца грызутся промеж собой, а мы сохраним возможность при необходимости подливать масла в огонь то в одну, то в другую сторону. А плюсом к этому заработаем благосклонность все еще очень влиятельного маркиза. Никогда не знаешь, в какой момент это пригодится, но разбрасываться такими возможностями точно не стоит.
По большому счету мне не было никакого дела до взаимоотношений нугулемских принцев и их приспешников, да и маркиз особой жалости не вызывал – хранить такие письма, мягко говоря, довольно глупо. Но я не спорил и не протестовал. Раз уж тебя наняли на службу, так нужно делать свое дело, даже если ты с ним не совсем согласен.
Честно говоря, я и слушал-то не слишком внимательно, что называется, вполуха: куда и к кому ехать, я теперь знал, деньгами и инструкциями меня снабдили, так что оставалось только временно вернуться в Кантадер, избежав при этом новых приключений. Не слишком сложная задачка, даже несмотря на все мои проблемы с Ожерским легионом и городскими властями, объявившими меня в розыск.
Невнимательность моя к словам Рене объяснялась предельно просто: я прислушивался к происходящему в коридоре и на улице, боясь упустить момент для
