– А вот что. Отчего-то именно теперь вдруг ты в ускоренном порядке получаешь знания и навыки, о которых раньше даже не имела представления. Мне думается, это неспроста. Особенно поразительно твое преобразование в невидимый сгусток энергии. Ты представляешь, какие возможности открываются перед тобой! – с воодушевлением продолжала Ирен.
– Однако при этом обучении я уже несколько раз стояла на пороге смерти и лишь чудом уцелела. Вряд ли это тренировка, скорее, похоже на борьбу за выживание, – невесело ответила Аделина. – Я тоже много думала об этом. Все действительно начало происходить сразу после того, как мы собрались в путешествие. Точнее, как только заговорили о нем. Помнишь, в кафе, когда я почувствовала горечь от напитка в своей чашке. Я ощущала ее во рту каждый раз, начиная с самого первого при нападении на меня негативных сил.
– И когда же это произошло впервые, если не секрет?
– Они напали на меня в тот вечер, когда я собирала чемодан для круиза.
– Ты мне ничего не говорила об этом, – недовольно перебила ее Ирен.
– Я не хотела тебя волновать без причины. Думала, что сама справлюсь.
– Ничего себе без причины! —раздосадованно воскликнула подруга. – Я гораздо больше волнуюсь, оставаясь в стороне. Я наверняка хоть чем-то могу тебе помочь. Вдвоем всегда легче противостоять несчастьям и злу, немаленькая, сама должна понимать, – отчитывала она Аделину. – Как это произошло?
– Я почувствовала необыкновенно гадкое прикосновение к руке в то время, когда снимала с вешалки свое зеленое платье. Я тебе просто словами передать не могу, насколько оно было неприятное. Почти сразу я услышала омерзительное дыхание, и леденящий холод заполнил комнату, а через момент я увидела черную массы мглы.
– Боже мой, Аделина, я бы со страху на месте провалилась, – напугано воскликнула Ирен.
– Я почти что так и сделала, – засмеялась Аделина, – но эта тварь и стремится напугать до глубины души. Чем пронзительнее страх человека, тем сильнее становится она. Поверь, мне тоже нелегко одолеть ужас, который эта дрянь нагоняет на меня, но у меня нет выбора. Вот только кто из нас сильнее.
– Ты всегда была смелая, Лина. Завидую я тебе. Да и с психикой у тебя все в порядке. На твоем бы месте, я давно уже в дурдоме оказалась.
– Неправда, ты еще не знаешь своего потенциала, – засмеялась Аделина, – скорее всего, это ты свела бы массу мглы с ума.
– Неужто со мной все так безнадежно, – засмеялась в ответ Ирен.
– Да нет, на самом деле не все так плохо, – успокоила Аделина подругу.
– Спасибо и на том, – с улыбкой ответила та. – Ты знаешь, а платье ты взяла не зря, оно тебе тут пригодится. Я только вчера видела объявление о предстоящем бале в День Святого Валентина. Так что у нас появиться чудесная возможность слегка подразнить чудище, – потирая руки, воскликнула Ирен.
– А вот и подтверждение моей мысли о том, что скорее ты его упрячешь в дурдом, чем оно тебя, – со смехом произнесла Аделина.
– Ты, вероятно, права. Если и не отправлю, то во всяком уж случае постараюсь, – засмеялась в ответ Ирен.
Девушки, не сговариваясь, очутились в ресторане. Ирен знала, насколько измоталась и устала подруга. Ее вид говорил сам за себя. Ну и сама она была не против перекусить. К тому же день для нее выдался волнительным, а еда всегда прекрасно восстанавливала ее нервные клетки.
– Теперь твоя очередь, Ирен, какие важные события произошли в твоей жизни за время моего отсутствия?
– Кроме того, что я очень сообразительная девушка и догадалась, что от меня хочет твой пес и твоя виртуальная дочь, мне особо похвастаться нечем, – с усмешкой произнесла она.
– Так уж и нечем?
По появившемуся блеску в глазах подруги Ирен догадалась, какие события та имеет в виду.
– Ах, вот ты о чем! Да, появлялся тут ухажер мой. Пытался заманить в свои сети, но не до того мне было, – с ухмылкой сказала она.
– Я уверена, что он их снова расставит. Рыболов он еще тот. Такую рыбку, как ты, любой поймать не против.
– В общем-то, я с тобой согласна. Наживка у него ничего, да и крючок неплохой, – хихикнув, согласилась Ирен, – смог бы только удержать.
– Не уж то, красавица, он тебе уже не по нраву?
– Не совсем что бы так, но нечто в этом роде.
– Обычно нечто в этом роде у тебя происходит не так скоро, как в этот раз, – не поверила своим ушам Аделина.
– Сама удивляюсь, – пожала плечами Ирен. – Ладно, ты себе это в голову не бери. Мои проблемы будем решать после того, как с твоими разберемся.
Несмотря на то, что разговор проходил в шутливом тоне, было заметно, что Ирен загрустила. Аделина не могла понять, что беспокоило подругу: предстоящая борьба с силами зла или отношения на личном фронте.
– Может быть, она соскучилась по Тиму? – подумала она.
Однако, не желая слушать возмущение Ирен, она не стала выяснять.
– Ну что ж, все наелись?
Шоко все еще с удовольствием облизывал к тому времени уже пустую тарелку.
– Я думаю, этот товарищ точно наелся, – ответила за него Ирен, – видела бы ты, как он заглотил окорок, который мне удалось стащить для него сегодня.
– Представляю себе! Видимо, при переходе из одного измерения в другое, он теряет много сил. Я, знаешь ли, сама еле на ногах держусь.
– Я вижу, что ты сильно устала. Идем скорее. Тебе надо отдохнуть, – поднялась Ирен с места, предлагая подруге последовать своему примеру.
Глава 25
– Спи, утро вечера мудренее, – словно малого ребенка укладывая Аделину в постель, сказала Ирен.
Она не могла сосчитать, сколько странных, опасных и страшных событий пережила ее подруга за то время, которое они провели на корабле. За один день у нее происходило такое количество приключений, которое иному человеку не испытать и за всю жизнь. Не стала она и посвящать ее в свои переживания о предстоящем свидании с Брэдом, о своих внутренних колебаниях по поводу Тима и о волнениях о самой Аделине. Все, что она хотела, – дать подруге набраться сил и восстановить самочувствие.
После рассказа Аделины о Колодце Смерти и о жажде нечистой силы поглотить ее там Ирен понимала, что все зашло слишком далеко. Она отшучивалась и прятала свой страх за напускное веселье, но на самом деле ей было не до смеха. Это была уже не игра, не случайные видения, фантомы или призраки. Это была борьба, борьба не на жизнь, а на смерть. Ирен гораздо глубже чувствовала и понимала происходящее, чем могло показаться со стороны. Она гораздо лучше, чем Аделина знала мир реальных людей, и потому была уверена, что зло не сдаст свои позиции без поединка.
Слишком мало непорочных, честных и бескорыстных людей в этом мире, которые смогли устоять и не допустить силы зла к себе в сердце. Мгла зачастую без особого труда овладевает душами смертных, так что надеяться на легкую победу не приходится. Слишком неравные силы. Одна девушка против огромной орды нечисти.
Ирен с нежностью глядела на спящую подругу. Почему именно она, хрупкая, деликатная и нежная была избрана для этой борьбы? Ирен понимала, что Аделина не способна в одиночку одолеть всю свору озверелого мрака, но, может быть, это и не требовалось от нее. Может быть, ей достаточно было лишь противостоять, доказать свою крепость. Всматриваясь в лицо подруги, Ирен вспоминала свою встречу с девочкой, так похожей на нее.
– Дочь Аделины не иллюзия, не мечта, – думала она.
Она верила в то, что ребенок существует на самом деле, и была гораздо ближе к разгадке, чем можно было представить. Она строила одно предположение за другим, пытаясь обосновать, для чего Аделине была открыта тайна преобразования в сгусток энергии.
– Возможно для того, что бы Лина смогла предстать перед Грэгом в состоянии души, – выдвинула она версию.
Ирен понимала, что в сегодняшнем настоящем он только в таком виде сможет увидеть Аделину. Она была убеждена, что не прошлое подруги надо пытаться изменить, а искать решение в будущем. Неудавшаяся попытка той зачать ребенка, вернувшись в свою прежнюю жизнь, подтверждала ее гипотезу. Как бы абсурдна и немыслима не казалась она ей, Ирен выдвинула ее как основную. Все, что происходило с ними, было сверхъестественно и неправдоподобно, так что ее, пусть и нелепая, версия имела право жить. Ирен намеревалась сообщить о ней Аделине как только та проснется.
*******
Как и предполагала Ирен, Аделина спала долго и беспробудно. Самые разные сновидения, от приятных грез до смертельных кошмаров, будоражили ее мозг. Нарядные пары, танцующие на балах, ее чудесная малышка, образы необъятной вселенной перемешивались с жуткими картинами смерти и ужаса, вдруг охватывающими окружающих людей. Продолжительные разговоры с бабушкой, Элизабет и Эндрю бесконечно прерывались всепоглощающей темнотой. Бездонные толщи грязи и ила сменялись лучезарным светом, обволакивающим радостью и счастьем. Черные дыры, поглощающие жизнь, чередовались с зажигательным смехом детей. За все время Аделина ни разу не проснулась, ни разу не пошевелилась. Казалось, ее намеренно погрузили и удерживают в состоянии неподвижности. Явно шла борьба светлого и темного. Свет наполнял сознание девушки, а тьма в это время не позволяла ему дойти до него.
