она ела медленно и не без изящества; Рэнди поспешно отогнал прочь сравнение с Альдой. На коленях у Старшей Сестры лежал новый трофей – частично разобранный робот, похожий на ту крылатую нечисть, что убила парня из Крылатого Солнца. – Рэнди, хочешь задержаться ещё на день?
Тот махнул головой так, что едва не свернул себе шею. Он и так потерял чертовски много времени.
Внутри себя Рэнди торжествовал: вчерашняя пытка окупилась сполна! Он, наверное, и глаз позволил бы себе выколоть в обмен на свободу. Но случайно ли такое везение? Почему Фокс торопится в Рэйлтаун, понятно; но почему спешит взять его? Чтобы побыстрей обучить всему, что должен знать член банды? Сделать из него бойца? Так вроде задача у них самая мирная – закупиться продовольствием, да и стрельбе сподручнее учиться здесь, у старших… Но задавать лишние вопросы сейчас – все равно что пересчитывать зубы дареному псу. Представилась возможность – хватай, с причинно-следственными связями разберешься позже…
Утолив жажду водой – настолько холодной, что от нее сводило зубы, Рэнди обратил внимание на Китти. Тот хмуро сидел у стены, обозревая своих подельников рассеянным взором; на тонких губах бандита не было даже привычной издевательской усмешки. Над глазом у него красовался длинный след от зажившего рубца; он начинался на середине лба и заканчивался у виска. Это украшение, похоже, осталось у Китти от уже знакомого Рэнди орудия.
Покончив с едой, Фокс поднялась и махнула рукой, подзывая юношу к себе. В другой она держала за крыло десмодуса.
– С башни подстрелили?.. – спросил Рэнди, кивнув на робота.
– Если бы… Сюда заполз, – мрачно сказала Фокс. – Заметили случайно; он лез по потолку в туннеле…
– Они ещё и так могут? Как много я пропустил…
– И как много увидишь! Оденься и ступай к воротам. С утра отправляемся в путь, и нужно приучить тебя к седлу. И не забудь прихватить сухариков для Луны.
На смену вязкой тьме пришёл рассвет. Всё ближе и осязаемей была свобода.
Перед встречей Рэнди получил от Генри стёганую куртку, обшитую в районе груди, спины и живота металлическими пластинами; похожее снаряжение юноша видел в МакМёрдо у спутников Князя. Куртка, скорее всего была перешита самими Потерянными Детьми из одежды Золотого века, предназначалась для более крупного мужчины и сидела на юноше слегка нелепо. К счастью, пояс, чтобы перехватить её на талии, Рэнди выдали тоже – широкий и с такой увесистой пряжкой, что можно было отбиваться ею от врагов. Обувь ему досталась и вовсе превосходная: тёплые и мягкие внутри полусапоги, плотно держащие голень, с толстой и гибкой подошвой, слегка пружинившей при ходьбе, как подушечки кошачьих лап. У края голенища парень разглядел рисунок маленькой ракеты, совершавшей вираж рядом с пятиконечной звездой. Эмблема Мирного, которого больше не было, гарпун вам в бок…
Что скажет на это доктор Осокин? Что скажет родившийся там Арсений?
Старшая Сестра ожидала Рэнди на выходе из Серебряного дворца в компании двух часовых. Она была уже верхом на Миднайте, который встретил юношу молчаливым оскалом клыков – но не потому что был зол, а «для порядка». Слева от чёрного зверя, предвкушая прогулку, игриво топтала снег Луна, чьи поводья держала в руке Фокс.
Рэнди уже знал, что нужно делать; он протянул на раскрытой ладони сухарь, и Луна сгрызла его в мгновение ока. Пальцы юноши погрузились в густую серебристую шерсть за острым ухом. Он широко улыбнулся, скрывая между делом боль, которую его спине причиняло движение в тяжёлой одежде.
– Всё просто. Приобними её за шею, перекинь правую ногу через тело, а левой – оттолкнись от земли, – велела Фокс. – Ездить придется, пригнувшись вперед, почти лёжа. Коленями держи её бока; чем выше скорость, тем сильней ты должен опираться на неё – так удобней для вас обоих распределяется вес.
Холка Луны приходилась Рэнди по грудь, и он без труда забросил себя собаке на спину, но едва удержался в седле, когда она завертелась, пытаясь укусить свой кишащий блохами хвост.
– Ох ты ж!
Собака повернула голову к Фокс, послав ей вопросительный взгляд: «Что, еще и этот?..» Вместо ответа Старшая Сестра негромко свистнула. Миднайт двинулся вперед ленивой трусцой, Луна последовала за ним. Трудность для новичка состояла в том, что самодельные сёдла, не имевшие стремян, были сделаны главным образом для удобства самой собаки – чтобы не повредить животному спину. Хотя позвоночник и спинные мышцы зверя были прочней, чем у его мелкого домашнего сородича, при беге его спина слегка изгибалась, и для наездника это было весьма неудобно на первых порах.
– Управлять можно поводьями, а можно словами, когда привыкнете друг к другу, – продолжила Старшая Сестра. – «Стоять», «бежать», «вперед», «вправо», «влево»… Они понимают все. Для экстренного торможения собаку можно сильно прихватить за шкирку… Бить не советую – если дороги зубы.
С непривычки Рэнди находил посадку весьма неудобной, но сравнивать ему было не с чем (со времен экспедиции Скотта лошадиное копыто коснулось антарктического берега лишь со второй волной Крестителей). И если при медленном шаге у юноши не возникало проблем, то удержаться в седле при галопе и даже при самых низких прыжках оказалось нелегкой задачей. Новая куртка пришлась очень кстати: упругий слой полимера берег от ушибов локти и плечи всякий раз, когда начинающий всадник соскальзывал на землю.
– Ты так зажат, что забываешь дышать, – говорила Старшая Сестра, безмятежно кружа на своем чёрном гиганте. – Делаешься ужасно неловким, да к тому же, собака принимает это за страх и хуже слушается. У тебя лицо от напряжения свело! Держи только спину прямой да слегка сжимай колени, остальное расслабь! И дыши как обычно: ты ж не из снайперки целишься!
Она в очередной раз приблизилась к нему и с усмешкой протянула руку, чтобы помочь подняться. Но Рэнди поспешил вскарабкаться в седло самостоятельно.
– Давай-ка за мной! – велела Фокс, устремляясь к обманчиво ярким домикам покинутого старательского поселка, но не галопом, а легкой рысью. Припав грудью к холке Луны, Рэнди двинулся следом. Женщина не мчалась что было духу, но и не позволяла юноше себя нагнать. Несколько раз он падал, но упрямо лез обратно на собачью спину, тщетно заслоняя лицо от длинного розового языка.
Вот они и приблизились к некогда живому, а ныне призрачному поселению. Дорога огибала холм, за которым обнаружился гигантский карьерный самосвал, который сам по себе мог стать чьим-нибудь домом. Колесо машины примерно равнялось росту Старшей Сестры, в кузове могла поместиться просторная комната, а в верхней части кабины было что-то вроде балкончика, на котором так и хотелось разместить пулемёт; Рэнди поймал себя на том, что стал думать как настоящий «потерянный мальчик».
– Знатная крепость на колесах, да? – сказала Фокс.
– Я такую же махину видел в туннелях, – Рэнди, как мог, пытался поддержать разговор.
– Жаль, ядерный сердечник оттуда вытащили. Без него машина не заработает. Наверняка лежит в каком-нибудь сундуке под семью замками за сотни километров отсюда.
– Можно тебя спросить?
– Валяй…
– Ты враждуешь с Семью Ветрами, так?..
– Так… Местный босс вроде вашего Князя отобрал у меня кое-что ценное. И я не успокоюсь, пока не верну свое. Хайдриха тоже хорошо бы на куски порезать, но это по обстоятельствам.
– Князь… Он и вправду из ваших был?
– Тесен наш мир, а? Да только их с Арсом пути разошлись еще до того, как я примкнула к банде. Хотели в Мирном забабахать переворот, да провалили конспирацию. Поняли, что им скоро крышка, поубивали охрану оружейного склада и с боем сбежали…
– Генри говорил, ты… мутант? Особенных людей раньше так называли?
– Ну, мутант, – голос женщины вдруг стал задумчивым, даже грустным. – Время от времени в последовательности ДНК происходят изменения… Э, адские льды, ты ж и не знаешь, что такое ДНК… Неважно… Наши прапрадеды успели так загадить Землю-матушку, что животные и люди стали все чаще изменяться. Химия, радиация, все такое, понимаешь?.. Когда такое происходило, чаще рождались какие-то уроды. Или нежизнеспособные. Но изредка мутации бывали полезными –
