под сомнение.
Летом 1894 года он провёл серию наблюдений Марса с использованием усовершенствованного спектроскопа, установленного на большом рефракторе, и обнаружил, что «всё время спектр Марса был идентичен спектру Луны во всех отношениях». Кэмпбелл пришёл к напрашивающемуся выводу: «Полосы [поглощения] атмосферы и водяного пара, которые наблюдались в обоих спектрах, по-видимому, создаются элементами земной атмосферы. Таким образом, наблюдения не дают никаких свидетельств наличия марсианской атмосферы, содержащей водяной пар». При этом молодой астроном сделал оговорку, которая указывает, что в тот момент он ещё не понимал революционность своего открытия: «Хотя я уверен, что полярные шапки на Марсе являются убедительным доказательством наличия атмосферы и водяного пара, я не считаю, что те присутствуют в достаточном количестве, чтобы их можно было обнаружить с помощью спектроскопа». Вскоре он обдумал результаты своих наблюдений и в декабре предложил объяснение, которое исключало общепринятый образ «живого» Марса. В его новой интерпретации соседняя планета окружена разрежённой и очень холодной атмосферой, а полярные шапки состоят не из водного льда, а из замерзшего углекислого газа. Он писал: «На Марсе есть светлые и тёмные области, и если мы должным образом масштабируем детали, наблюдаемые там, то контраст между светлыми и тёмными оттенками на этой планете будет примерно таким же, как контраст между светлыми и тёмными областями на Луне. Светлая и тёмная области на Луне – это суша. Большинство астрономов считают, что яркие пятна на Марсе – суша, а тёмные – вода… Поскольку имеются очень незначительные, если вообще имеются, признаки присутствия водяного пара или облаков на Марсе, то мне кажется, что не может быть никаких фатальных возражений против рабочей гипотезы, что как яркие, так и тёмные пятна могут по большей части быть сушей… Я прихожу к заключению, что условия в атмосфере планеты больше схожи с теми, которые царят на Луне, чем с теми, которые есть на Земле».
Выводы своего сотрудника поддержал директор Ликской обсерватории Эдвард Холден, который в статье «Последние новости с Марса» (The Latest News of Mars, 1895) заявил: «Надеюсь, меня простят, если я пойду ещё дальше [Кэмпбелла] и укажу, что озера, океаны, каналы (с водой), снежные бури, наводнения, существа (подобные нам)… все они исчезли вместе с водяным паром».
Разумеется, первооткрыватели марсианской воды не промолчали. В ноябре 1894 года Хаггинс обнародовал письмо, в котором сообщал, что в 1879 году снимал спектры планет Солнечной системы в одинаковых условиях и заметил очевидную разницу, указывающую на уникальные особенности Марса. Жансен также опубликовал заметку, в которой уверял, что продолжает исследования с более совершенными инструментами и пока они не дают оснований для пересмотра сделанных ранее выводов о наличии паров воды в атмосфере Марса. Фогель также выступил с защитой своих наблюдений.
Надо сказать, что открытие Кэмпбелла и комментарий Холдена в то время не могли поколебать веру публики в существование марсианских каналов. Поэтому редким сторонникам «безжизненного» Марса было очень важно не только доказать, что природные условия на соседней планете кардинально отличаются от земных, но и показать, что пресловутая ирригационная сеть иллюзорна.
Опровержением теории каналов занялся американец Эдуард Барнард, известный своим острым зрением и прославившийся открытием Амальтеи – пятого спутника Юпитера. Барнарда нанял Холден для работы в Ликской обсерватории. Именно там молодой учёный приступил к наблюдениям Марса во время противостояния 1892 года, но не добился больших успехов из-за плохой видимости планеты. В следующем году он нанёс визит Джованни Скиапарелли и задал ему специфический вопрос: «На ваших опубликованных рисунках Марса каналы показаны очень чётко обозначенными. На рисунках в вашем блокноте эти линии не кажутся столь строгими. Это ошибка воспроизведения?» Скиапарелли дал интересный ответ: «Каналы могут иметь разный вид в разное время. Они могут полностью исчезнуть, стать туманными и нечёткими или обозначенными, как линия, проведённая пером. Репродукции моих рисунков, к сожалению, могут ввести читателя в заблуждение. Я не могу найти художников, которые могли бы их хорошо воспроизвести».
По итогам встречи у Барнарда сложилось предубеждение против реальности существования каналов, и когда в 1894 году он снова занялся Марсом, то пришёл к однозначному выводу: «Я наблюдал и рисовал поверхность Марса. На ней удивительно много деталей. Конечно, нет никаких сомнений, что там есть горы и большие возвышенные плато. Чтобы спасти свою душу, я не могу поверить в каналы, как их рисует Скиапарелли. Я вижу детали там, где находятся некоторые из его каналов, но они вовсе не прямые. При лучшем рассмотрении эти детали выглядят очень неправильными и разрозненными… Я уверен, что каналы, изображённые Скиапарелли, являются заблуждением».
В том же году английский учёный Эдуард Уолтер Маундер, основавший Британскую астрономическую ассоциацию (British Astronomical Association), провёл наглядный и в то же время провокационный эксперимент: он изобразил на бумаге группы точек и поместил её на слабо светящийся стеклянный шар, показав, что на определённом расстоянии они сливаются для зрителей в тонкие прямые линии, причём даже точки, расположенные друг от друга на расстоянии, в три раза превышающем их диаметр. Маундер писал в статье «Каналы Марса» (The Canals of Mars, 1894): «Мне кажется, что эти грубые эксперименты имеют решающее отношение к „системе каналов“ и предполагаемым изменениям на Марсе… Узкую тёмную линию можно увидеть, когда её ширина намного меньше диаметра самой маленькой видимой точки. Кроме того, ряд отдельных точек будет создавать впечатление непрерывной линии, если точки слишком малы или расположены слишком близко друг к другу».
Однако скептики всё ещё оставались в меньшинстве. И в августе 1896 года Персиваль Лоуэлл, купив для своей обсерватории Флагстафф новый большой рефрактор, открыл сеть прямых сходящихся линий на Венере!
Впрочем, в данном случае бывший дипломат не настаивал на их искусственном происхождении, поскольку полагал, что вращение Венеры синхронизировано с её годом за счёт приливного действия Солнца, поэтому она всегда повёрнута к светилу одной стороной (как Луна к Земле), а развитие жизни в таких условиях маловероятно. Во избежание путаницы он называл линии не каналами, а отметинами (markings), отдельно подчеркнув: «В этой системе нет ничего похожего на явную искусственность отметин на Марсе».
Рис. 37. Персиваль Лоуэлл ведёт наблюдение 17 октября 1914 года с помощью двадцатичетырёхдюймового (61 см) телескопа-рефрактора, установленного летом 1896 года в его обсерватории Флагстафф. Фотоснимок неизвестного автора. Из книги: Clarence Augustus Chant. Our Wonderful Universe: an Easy Introduction to the Study of the Heavens. London, Bombay and Sydney: George G. Harrap and Co., Ltd. 1928.
Учёные отнеслись к открытию Лоуэлла с сарказмом. К примеру, Уильям Нобл, первый президент Британской
