и самого в первое время донимали звонками и постоянными предложениями о встрече или обеде и прочее. Правда, у меня достаточно решимости для того, чтобы попросту отправить их всех в блок на телефоне. Я периодически проверял входящие номера через Князя. В итоге первоначальная теория подтвердилась. Среди звонящих не было никого особо значительного. Вот совсем. В целом, даже из столичных аристократов засветилось всего несколько лиц. В основной же массе всё это были небольшие и мало влиятельные бароны из регионов и парочка графов.
Почему они так рьяно жаждали со мной встречи? А бог их знает. Я на звонки не отвечал.
Вот и Виктора тоже донимали. И даже…
— Чего? Погоди, ты сейчас серьёзно?
— Ну, когда он предлагал, то был очень серьезен, — весело сказал Виктор. — Сказал, что готов отдать с ней хорошее приданное. Видел бы ты его. Берёт такой и посреди обеда спрашивает, а не желая ли я найти себе невесту, скажем так, более приличного происхождения.
— Поверить не могу, — покачал я головой. — Тебе предложили невесту.
— Угу, — проворчал друг. — Более приличного происхождения. Сам не знаю, как я ему прямо там в ресторане в рыло не дал.
Почему-то именно представление живописной картины того, как мой спокойный и не особо конфликтный друг встаёт и даёт другому графу в морду на почве оскорбления своей избранницы, меня нисколько не рассмешило. Даже наоборот. Я готов был всецело поверить в то, что именно так оно и было бы. Если уж Виктор решал, что достоин его дружбы и доверия, то в лепёшку расшибётся, но сделает для тебя всё, что только может.
— Саша-то хоть в курсе?
— Сплюнь! — быстро сказал он. — Если она узнает…
— То что?
— Не знаю, но проверять не хочу.
— Какой у тебя здравомыслящий подход, — весело фыркнул я, и мы стукнулись бутылками. — Так что? На концерт идём?
— Надо Сашу спросить…
— Так иди и спроси прямо сейчас, — предложил я. — Чего тянуть? А я Елене позвоню.
На том и порешили. Виктор встал со стула и пошёл назад к выходу с крыши. А я достал телефон и позвонил Елене.
— Лен? Привет.
— Саша? — кажется, что в её голосе прозвучало искреннее удивление. — Привет. А ты чего так поздно звонишь?
— Извини, если побеспокоил…
— Нет-нет, ничего страшного. Что ты хотел?
— Да вот, мысль одна появилась. Скажи, ты всё ещё хочешь сходить на тот концерт?
— Евы?
— Да. Я помню, что он в эту субботу, и у меня сейчас как раз свободное окно будет. Вот и я решил…
— Конечно! — телефон чуть не завибрировал от её радостного возгласа. — Конечно хочу!
А я обругал себя последними словами за собственную глупость. Надо было ей сначала сказать про Виктора. А она сейчас, наверно, подумала, что я её на свидание приглашаю. Идиот…
— Лен, только есть ещё кое-что.
— Чего?
— Ты не против, если с нами пойдёт моя сестра и Виктор со своей девушкой? Просто…
— Нет, — неожиданно быстро ответила она. — Я не против. Совсем. Если честно… Слушай, Саша, я ведь извиниться перед тобой хотела.
Вот тут я удивился.
— Извиниться? За что?
Кажется, я понимал, за что именно, но всё равно решил спросить. Чувствовал, что ей нужно выговориться.
— За то, что вела себя как дура.
— Лен, ты не…
— Подожди, — торопливо произнесла она. — Подожди, пожалуйста, дай я скажу, хорошо?
— Конечно, Лен. Давай.
— Саша, я вела себя как дура. Я это признаю. Мне всё ещё немного некомфортно с ним, понимаешь? Но я вижу, что была неправа. А ты прав. Я должна была поговорить с ним раньше. И ты правильно тогда сказал. И потому я хочу ещё раз извиниться. За то, что тогда наговорила тебе. И за то, что игнорировала твои звонки. И за то, что вела себя как форменная дура.
О как. Ладно, вот такого поворота я не ожидал, признаю.
— Елена, я никогда не считал тебя дурой…
— Зато я считала, — перебила она меня. — И если бы дедушка сейчас видел, чем я занимаюсь, то именно это сказал бы. И был бы прав. А потому я хотела извиниться перед тобой и сказать тебе спасибо. И за то, что позвонил тогда Еве и попросил её со мной поговорить.
Я в этот момент едва пивом не подавился.
— Что… Лен, ты…
— Она мне всё рассказала, — произнёс из телефона довольно ехидный, но по-доброму весёлый голос. — Саша, она мне сказала, что после твоего визита ко мне, когда ты просто ушёл, ты позвонил ей и попросил её со мной поговорить.
М-да, вот того, что она всё узнает, я не ждал. Как и того, что Армфельт ей всё растреплет.
— Слушай, Лен, я немного не это…
— Ты. Всё. Сделал. Правильно. Просто, чтобы ты знал. Мне было больно всё это слушать от неё. И неприятно. Но ты был прав.
Может ущипнуть себя? Ну так. Чисто на всякий случай. Чтобы быть уверенным в том, что это вот вообще не сон и Распутина не признаётся мне в своих ошибках…
— Ну, рад был помочь, — только и смог выдать я в ответ. — Тогда встречаемся в субботу?
— Да, — уверенно сказала Распутина. — Увидимся на концерте. Я попрошу Еву дать нам билеты…
— Да я и сам могу купить…
— О, нет, — довольным тоном протянула она. — Я такой шанс упускать не собираюсь. Она теперь мне должна, и я с неё лучшие места стребую. Пусть расплачивается за своё предательство!
— Ну как скажешь, — не стал я спорить от греха подальше.
Попрощавшись, сунул телефон в обратно в карман и поплотнее закутался в свою куртку. На улице уже было чертовски холодно. Настолько, что я стащил покрывало со стула Виктора и накинул на себя сверху. Сильно теплее от этого не стало, но… но и уходить особо не хотелось.
Как это ни странно, но мне здесь было хорошо.
Минут через пять я услышал шаги позади себя.
— Ну что? — спросил я, подав стоящую рядом со стулом бутылку пива подошедшему другу.
— Она согласилась, — сообщил он, садясь на стул. — Одеяло отдай.
— Обойдёшься. Мне холодно. И вообще, ты теперь граф. Сам себе купи…
— Ага, от графа слышу.
Мы с ним посмеялись. Я скинул одеяло и перебросил ему обратно.
— Слушай, я тут подумал, — вдруг сказал он.
— Чего?
— Может мне бороду отрастить?
— Чё?
Я аж чуть шею себе не свернул. Настолько резко моя голова повернулась к нему.
Перед глазами вновь встал образ друга, который смотрел на меня с ненавистью. И в том видео у него как раз таки имелась отросшая борода.
— А чего не
