времени.
Тим только покачал головой.
— Перси, мальчик мой, — Мьюз снова обратилась к рыцарю. — Я целую всех подряд. Вон, Тим подтвердит.
— Подтверждаю, — серьезно кивнул Тим.
Щеки Персиваля стали пунцовыми.
— Так значит… вы…
— Да-да, — перебила его Мьюз. — Именно она. Ступай домой, Перси. Ты еще найдешь ту, которая станет твоей прекрасной дамой. Обещаю.
Рыцарь грустно побрел к своему коню, который стоял рядом с единорогом, с недоверием поглядывая на него. Внезапно Тима осенило.
— Персиваль! — позвал он.
Рыцарь обернулся.
— Я знаю прекрасную даму, которую нужно спасти.
Голубые глаза Персиваля просияли. Мьюз с подозрением взглянула на Тима.
— Где же она, мессир?
— Во дворце. Найди русалку Маршу. Она покажет тебе дорогу.
Персиваль кивнул и уже куда более бодрым шагом направился к коню. Он запрыгнул в седло и махнул Тиму рукой.
— Благодарю вас, мессир! — воскликнул рыцарь, развернул коня и ускакал прочь.
— От кого ты отправил Перси спасать Абигейл? — Мьюз криво усмехнулась, обернувшись к Тиму, когда рыцарь скрылся из виду.
— От меня, — без улыбки ответил он. Затем не выдержал и спросил: — «Перси»? Серьезно?
— О, я усну, пока буду произносить его имя целиком, — фыркнула Мьюз.
Тим усмехнулся.
Вороны, кружившие у них над головой, один за другим опускались на труп драконихи.
— Как ты догадалась, что она должна была подчиниться правилам игры Оберона? — спросил Тим.
— Это же очевидно, — пожала плечами Мьюз. — Игре Оберона тысячи лет. Даже Иден не сможет нарушить ее правила, если станет играть.
— Но ведь дракониха сама изменила правила.
— Да. Но, начав в нее играть, она должна была им подчиняться.
— И Оберон просто так согласился, что его игру изменят?
— О, нет, — усмехнулась Мьюз. — Он был очень недоволен. Но дракониха предложила ему сделку — если он разыграет с тобой спасение Абигейл, то она вернет игру к прежним правилам.
— Кажется, у нее это не получилось, — заметил Тим.
— Нет конечно. Идею легко подсадить в историю — но совсем не так легко убрать оттуда без следа. Поэтому Оберон совсем не возражал, что я одолжила у него Перси.
— Одолжила?
— Не придирайся к словам.
Тим хмыкнул. Одна из ворон подскочила боком к драконьему глазу и аккуратно его клюнула.
— Оберон не говорил, зачем драконихе было нужно… отвлечь меня при помощи Абигейл? — спросил Тим.
— Отвлечь?
— Не придирайся к словам.
Мьюз усмехнулась, но тут же посерьезнела.
— Он ничего не знал об этом. Дракониха тебе об этом не сказала?
Тим покачал головой.
— Она сказала, что не будет раскрывать свой замысел, как злодей блокбастера.
— Жаль, — вздохнула Мьюз. — Иногда это бывает очень полезно.
К вороне у глаза присоединилась еще одна, и теперь они деловито клевали его вдвоем. Тим безучастно смотрел на них. Он чувствовал себя ужасно уставшим.
— Ты хочешь остаться тут и наблюдать эту чудесную картину? — поинтересовалась Мьюз. — Или отправишься домой?
Тим вздохнул и покачал головой.
— Как думаешь, я уже завершил свою историю? — спросил он.
— А как ты себя чувствуешь? Героем или половой тряпкой?
— Скорее второе.
— Значит, завершил.
— Тогда мне нужно найти Идена.
— Чтобы? — Мьюз подняла брови.
— Сказать ему, что он был чертовски прав.
Мьюз рассмеялась.
— Ему это о-о-очень понравится.
— И он будет мне это потом припоминать?
— Ближайшие пару тысяч лет.
Тим улыбнулся.
— Спасибо тебе, Мьюз.
— Не за что.
Она шагнула к нему, легко поцеловала — и растворилась в воздухе ароматом специй и невыносимой свободы.
Тим закрыл глаза и сосредоточился.
Он искал вселенную на грани взрыва. Что-то неожиданное. Что-то неизвестное. Что-то, что невозможно понять. Тим сделал шаг — и почувствовал шум города, запах бензина и холодный воздух весенней ночи. Он открыл глаза и понял, что стоит на улице напротив собственного дома.
Из его подъезда вышел Иден. Он был совершенно таким же, как и всегда — темным, элегантным, безупречным, и чуть более грациозным, чем того требовала обыденная реальность вокруг. Иден сбежал по ступеням и подошел к девушке, которая стояла неподалеку от подъезда.
Этой девушкой была Энн. Иден остановился и что-то сказал ей. Тим не видел его лица — но видел лицо Энн. Он видел, как она улыбнулась. Как посмотрела на Идена сияющими глазами. Как закинула руки ему на шею и обняла его.
Налетел пронзительный ветер, но Тим, который все еще был в одной футболке, не почувствовал холода.
Ему было слишком холодно внутри.
Энн отстранилась от Идена, тот положил руку ей на плечо, и они пошли прочь по улице вместе, исчезая в вечерней толпе.
— Он совсем не тот, за кого ты его принимал, — раздался голос у Тима за спиной.
Он медленно обернулся. У стены соседнего дома стояла высокая девушка в длинном черном кожаном плаще. Ее лицо было жестким, резким, немного неживым — как будто вылепленным из воска. Прямые черные волосы свисали длинными прядями. Одна из них была покрашена в фиолетовый цвет.
— Меня зовут Кайли, — сказала девушка и протянула руку. — Мы не знакомы, но я очень хотела бы познакомиться с тобой поближе, Тим.
— Кто ты такая? — спросил он глухо.
— Я — та, кто расскажет тебе наконец всю правду, — сказала девушка.
Тим долго смотрел ей в глаза. Потом взял ее руку и пожал. Рука Кайли была холодной, как лед.
— Очень приятно, Кайли, — сказал Тим, и его голос звучал уже тверже. — Я буду рад узнать всю правду. Если ты можешь мне ее рассказать.
Кайли кивнула.
— Идем со мной, Тим. Это будет долгий разговор.
Она пошла по улице прочь от его дома, и Тим последовал за ней. Несколько шагов спустя он обернулся.
Но Идена с Энн уже не было видно.
