- Принимайте еду! Завтрак пришел! - раздался радостный голос принца.
Легко вскочив на камень рядом со своей добычей, он оглядел участников сцены и авторитетно заключил:
- Искали истину и, кажется, нашли. Довольны?
Тор молча достал нож и стал снимать шкуру, буркнув:
- Надеюсь, у нас найдется не только истина, а также соль и специи.
Иль вскочила. Бросилась к своей котомке, достала два мешочка и протянула их мужчине. Затем, встав на колени, лихорадочно стала ладить костер. Принцу на его реплику не ответил никто. Усмехнувшись, он сел рядом с девушкой и тихонько спросил:
- Призналась нашему следователю? И что тебе это дало?
- Это не Ваше дело.
- «Не твое». Несмотря ни на что, мы все еще на ты, прекраснейшая. Надеюсь, ты понимаешь, что свою спасительницу я в обиду не дам, что бы она ни натворила в прошлом.
- Спасибо. Буду иметь в виду.
Голос девушки звучал сухо и жестко, но, казалось, Грен не обратил на это ни малейшего внимания, а продолжал:
- Я так понимаю, он нас подслушал? Нехорошо, но типично для представителя его профессии.
- Я догадалась.
- Ты сказала ему, кто убил Сильда? Он так хотел это знать.
- Сказала. Сильда убила я. Вы этого добивались, Ваше Высочество?
- Глупости, ты никого не могла убить. Ты нежное и доброе создание. Кого ты покрываешь? Этого своего магистра, специалиста по сохранению красоты морды лица? Напрасно. Тебе его услуги еще долго не понадобятся.
- Не надо. Так говорить недостойно. Я не лгу и никого не покрываю. Вина целиком моя, а Нолин лишь сделал все, чтобы ее скрыть. Ради меня ее Величество пальцем бы не пошевелила. А вот ради своей красоты прикрыла это дело.
- Ну и было бы оно прикрыто. Зачем ты призналась Тору? Его долг теперь — довести дело до конца.
- Значит, такова моя судьба, а от нее не уйдешь. Оставь меня, пожалуйста, я очень от всего этого устала.
С каждым словом ее голос звучал все тише. Лицо побледнело, казалось, она сейчас лишится чувств. Но принц этого не замечал и продолжал разглагольствовать.
- Ну нет, мое сокровище, я тебя не оставлю. Я не дам никому тебя обидеть. И помни, ты под моей защитой.
Подошедший с кусками мяса в руке Торрен бросил:
- Грен, успокойся. Ей не нужна твоя отдельная защита. Как спасительница наследного принца Грендерна она под защитой короны. А как убийцу Сильдегорда привлечь ее к ответу невозможно. По крайней мере я не собираюсь. У меня нет доказательств.
Длинные ресницы взлетели, золотые глаза с удивлением воззрились на мрачного главу отдела расследований. Он не отреагировал. Зато отреагировал Грен:
- Она тебе сама призналась.
- По нашим законам признания мало, нужны улики. Иначе это самооговор. Доказательств нет, в свое время Аккарам хорошо постарался. Так что расслабьтесь оба. Я поклялся что узнаю эту тайну, и я ее узнал. Что отомщу за смерть этого ублюдка Сильда, я не клялся. Все, вопрос закрыт. Никто и никогда не узнает Райду мар Мертиль в спасительнице наследника престола уважаемой бане магиссе Ильмариссе арн Дортин.
На последних словах Торрена принц подскочил.
- Арн Дортин? Ты сказал Ильмарисса арн Дортин?
- По крайней мере так написано в ее метрике и дипломе. Они подлинные, я проверил. А тебе это имя о чем-то говорит?
Грен улыбнулся таинственно, лукаво глянул на девушку, но потом все же нашел возможным ответить на вопрос:
- Говорит. Четыре года назад по представлению ректора бана Риалана арн Арсиль некая выпускница Магической Академии Ильмарисса арн Дортин должна была прийти на службу во дворец в качестве придворного мага. Не просто так прийти, а в штат наследного принца, то есть в мой. Но не пришла. Мы получили извещение, что она взяла двухгодичный отпуск для написания магистерской диссертации. С тех пор прошло уже четыре года, а от нее ни слуху, ни духу.
Магисса произнесла, не глядя ни на кого и отчетливо выговаривая каждое слово:
- Два года назад во дворец было отправлено письмо, где сообщалось, что эта самая Ильмарисса в результате тяжелой болезни лишилась своей магической силы и не может исполнить взятые на себя обязательства.
Принц хмыкнул:
- Возможно. Но без официального освидетельствования это простая бумажка, бана магисса. Поэтому ее никто не принял во внимание. Но это не так важно. В конце концов, ты должна была поступить в мой личный штат, а я тебе прощаю, бесценная. Интересно другое. В то же самое время твое имя появилось в другом списке. Списке моих невест. Не знаю, чем руководствовалась моя матушка, внося его туда, но я знаю точно, что она его оттуда не вычеркивала.
Над полянкой повисла тишина. Потом Ильмарисса издала странный звук, среднее между кашлем и хрипом удавленника. Затем она сказала:
- Этого не может быть. Ее Величество императрица отлично знала все, что касается смерти Сильдегорда мар Тернела. Она единственная, кроме меня и Нола, знала, кто его убил.
- Значит, восхитительная, в тебе есть что-то настолько ценное, что моя матушка посчитала это более важным, нежели мелкие эпизоды твоей биографии. В свете всего вышеизложенного... У меня есть несколько неплохих идей, но мне надо подумать. Как там насчет нашего завтрака?
Успевшая насадить куски мяса на палочки Иль старательно жарила их над огнем и даже не попыталась ответить, хотя только она могла сказать что-то вразумительное по этому поводу. Рядом в котелке кипела вода. Торрен молча присел рядом с ней и стал помогать: отнял половину палочек и поднял повыше, чтобы мясо не горело. Выражение лица у него при этом было такое, что любой преступник, увидев его, сразу начал бы биться головой об пол и каяться во всех своих грехах.
Принц посмотрел на эту идиллию, тряхнул кудрями и пошел к косуле, которую Тор так и не освежевал до конца. Совместными усилиями они все же приготовили завтрак, часть мяса посолили, сложили в котелок и забрали с собой, если не найдется оплота цивилизации, где они смогут пообедать. То, что не взяли, так и бросили. Здешние хищники доедят добычу принца. Ели и работали молча. Каждый думал о своем.
После завтрака так же молча собрались и тронулись в путь. Шли наобум, надеясь, что в конце концов выйдут к жилью. Все-таки Рамира — довольно населенная провинция. Где-то через час они уже не пробирались через дебри, а шли по довольно утоптанной тропинке. Но вместо того, чтобы вывести путников к деревне, через три часа плутаний она привела их к еще одному водопаду: тонкой струйке, сбегавшей по камням.
