был погребен голем, значительно уменьшилась, а Гранит-268 был все еще жив.
— Големы, — сказал Такеши. — Могут принять колоссальное количество входящего урона, что и делает их идеальными танками. Часть урона режется броней, часть — его расовыми способностями, а если он еще и умудрился прокачать сопротивление конкретным видам оружия, это делает его практически неубиваемым.
Миньоны отхлынули в стороны, и мы увидели изрядно потрепанного, но все еще живого и готового сражаться голема. Он был уже практически без брони, ее искромсали на куски, он был уже без своего оружия, видимо, успел потерять или его просто вырвали из рук, но его кулаки все еще были способны плющить демонов и рвать их в клочья.
Валафар оказался рядом с ним, клинок его шпаги был ярко-красным, словно его только что вытащили из кузнечного горна. Увернуться от удара демона голем, конечно же не успел, и раскаленное лезвие погрузилось в его тело почти до самого эфеса. Валафар снова исчез, оставив шпагу в ране, от голема повалил пар, он издал ужаснейший крик и попытался вытащить застрявший в его теле раскаленный металл, но по каким-то причинам это оказалось не так уж просто.
— К сожалению, даже идеальному танку нужен хилер, — констатировал Такеши.
Голем рухнул на колени, его пальцы бессильно скребли по эфесу торчащей из груди шпаги. Валафар снова оказался рядом, издевательски легко вытащил свое оружие из раны только для того, чтобы нанести новый удар.
Гранит-368 исчез. Видимо, так работает его эвакуационный амулет. Ну, то есть, мне бы хотелось на это надеяться. Такой смерти он все равно не заслужил.
Валафар посмотрел на нас, повторил свою абракадабру и количество его приспешников удвоилось.
— Мы, пожалуй, в другой раз зайдем, — сказал Такеши, поддерживая щиты и одновременно делая шаг в сторону двери, и было непонятно, к кому он обращается, к демону или ко мне. — На сегодня мы закончили.
— Черта с два, — сказала я, призывая все эти мистические руки и артефактные штуковины. В конце концов, команда наемников уже полегла, и посторонних, перед которыми не стоило демонстрировать мои таланты, здесь больше не наблюдалось. — Я еще даже не начинала.
* * *
Кабинет архимага утопал в роскоши, а сам архимаг утопал в глубоком кожаном кресле со встроенной системой вентиляции и массажа. Его ноги в мягких домашних туфлях покоились на обитой бархатом подставке. В камине весело трещал огонь, а на небольшом столике стоял кофейник, несколько чашек, целый набор бутылочек с ликерами, три мельницы для специй и корзина свежей выпечки.
— Давно хотел тебя спросить, — сказал Такеши. — Зачем тебе чучело крокодила под потолком?
— По-моему, это аллигатор, — сказал архимаг. — Понятия не имею, на самом деле. Но почему-то так принято. Занимаешься магией — изволь украшать свои апартаменты какими-нибудь странными штуковинами. Чучело аллигатора — еще не самый плохой вариант. Декан факультета демонологии держит в своем кабинете живого беса. В клетке, разумеется. Значит, вы все-таки прошли данж?
— Прошли, — подтвердил Такеши. — Но это исключительно ее заслуга.
— И как это было?
— В лучшем стиле ее отца. Знаешь, вот это вот «вижу цель, не вижу препятствий» и «главное в драке…»
— Это красиво в нее ворваться, — закончил его мысль архимаг.
— Надо отдать должное, ворвалась она красиво. В одной руке топор, в другой — копье, в третьей — арбалет, который я ей одолжил. Миньонов она вынесла в одну калитку.
— И я бы мог. И ты.
— Но не так. Ты же знаешь, я хожу в стелсе. Конечно, у меня с собой было и профильное снаряжение, но если бы я ушел в сумерки, кто бы позаботился о ее спутнике?
— А не черт бы с ним?
— Я так не работаю, — сказал Такеши. — Я взялся довести до конца данжа двоих.
— Выходит, она билась, а ты его охранял?
— Выходит, так. Но в этой битве ей не нужна была моя помощь, и я не хотел путаться под ногами.
— Даже с Валафаром была не нужна?
— Представь себе, — сказал Такеши. — Она швырнула в него свой топор, Валафар блинкнул, и топор тоже блинкнул, и когда они появились в следующий раз, топор уже торчал из груди демона. Но она все контролировала. Она насадила Валафара на копье и кликнула своего спутника, чтобы он успел нанести пару ударов и ему засчитали прохождение. И добила бедолагу босса только потом.
— Подожди-ка. Топор блинкнул?
— Да.
— Обычно оружие не блинкает. По крайней мере, отдельно от владельца.
— Видимо, божественное блинкает.
— Ладно. И после они ушли через портал?
— Да.
— Который в принципе так не работает и не может отправить никуда дальше системных миров?
— Да.
— Но в этот раз он сработал?
— Да.
— Портал, разумеется, открывала она?
— Разумеется.
— И ты не сказал ей, что это невозможно?
— Разумеется.
— И как оно прошло?
— Сначала были проблемы, и я даже подумал, что у нее не выйдет, — сказал Такеши. — Но потом она разозлилась и…
— То есть еще сильнее разозлилась?
— Да. Она взмахнула топором и со стороны это выглядело так, как будто она прорубила путь в свою реальность.
— Возможно, так оно и было. Она совершила невозможное, не зная, что это невозможное. Прямо как ее отец когда-то.
— А мы сейчас о каком случае говорим? — уточнил Такеши.
— А какая разница? — архимаг налил себе кофе из никогда не остывающего кофейника, щедро плеснул в него ликера и откусил от свежей плюшки. — Значит, твоя команда вайпнулась?
— Это была не моя команда.
— Ну, ты понимаешь, что я имею в виду. Кто-нибудь выжил?
— Трое.
— Ты разобрался, что произошло с этим Валафаром?
— Он изменился. Его не просто проапгрейдили, похоже, что его полностью переписали. Он атаковал совсем не так, как должен был, и использовал способности, которые ранее за ним не наблюдались.
— Обновление данжа, которое случайно совпало с вашим рейдом?
— Я не верю в случайности, — сказал Такеши. — Кроме того, в самом данже я видел свидетельства предыдущего прохождения, разумеется, неполного. Кто-то шел перед нами в стелсе, кто-то, кто собрал фрагменты ключей, открыл двери и не стал тратить время, чтобы положить фрагменты на места. Я проверил место хранения одного
