лечь на кровать и закрыть глаза. Одна из его небесных душ покинула тело, в образе ворона взмыла в темное небо и оказалась среди грома и ярких молний.
Взмахом крыльев призрачная птица преодолевала несколько десятков ли! Ей хватило всего два шичэня, чтобы миновать долины Юйгу, пролететь над Вэйдахаем союза Лан, над бескрайними полями Хэкоу с дикими лошадьми и наконец приземлиться на одну из башен Великой Стены. Уже пылал рассвет, и солнце лениво поднималось из-за холмов.
Всего пару недель назад Старая Цзянь была покрыта толстым слоем снега и напоминала безжизненную ледяную пустошь. Сейчас же эти земли поросли низкой травой, колышущейся подобно морю.
Некоторое время просидев на верхушке башни, ворон расправил крылья и, полетев на север, растворился в предрассветной дымке.
* * *
Вернувшись с ночного дозора рано утром, Цин Вэнь бросил Сюню грязную одежду и тяжелый меч. Пошатываясь от тяжести оружия, евнух следовал за третьим принцем по пятам.
Окунувшись в бочку с холодной водой, Цин Вэнь запрокинул голову на бортик и лениво взглянул на Сюня, чей силуэт проглядывал через тонкую бумагу ширмы:
– Наставник Фан не приходил?
– Наставник Фан этой ночью был у императора Хэ и вернулся лишь за два шичэня до рассвета, – доложил тот. – Желаете навестить его?
– Да, приготовь одежду.
Поклонившись, Сюнь ушел, оставив Цин Вэня нежиться в холодной воде. Он с таким трудом смог избавиться от нескольких стражников во главе с Гу Юмао, которые отчаянно хотели выпить с ним, что теперь серьезно задумался о здоровье своих подчиненных. Все же стоило ввести запрет на вино в рядах Драконьего войска или хотя бы позволять пить только в отгулах.
Холодная вода смыла остатки сна. Облачившись в охотничий наряд из легкой ткани приятного синего цвета и завязав расшитый серебряными нитями пояс, Цин Вэнь прихватил корзину с фруктами, которые успел купить у лавочника. Хоть Фан Лао и не говорил, что ему больше всего нравится из еды, Цин Вэнь приметил, что заклинатель питает слабость к крупному винограду. Принцу удалось найти кисть с ягодами размером с большой палец.
– Можешь не ждать меня, – бросил он евнуху.
Войдя в дом Фан Лао, Цин Вэнь негромко постучал костяшками пальцев о косяк двери, однако ответа не последовало. Пройдя в комнату, он застал заклинателя за неспешным перебиранием книг.
– Слышал, Нин-гэ сегодня ночью был у императора, – произнес принц, оставив корзину на столе. – Для чего он тебя вызвал?
Казалось, Фан Лао не услышал вопроса. Подождав немного, Цин Вэнь все же подошел к нему и похлопал по плечу:
– Нин-гэ, этот глупый принц успел чем-то обидеть тебя?
И вновь не было ответа. Нахмурившись, Цин Вэнь повернул к себе заклинателя и замер при виде его пустых глаз без зрачков. Встревоженно схватив плечи Фан Лао, принц прошептал:
– Наставник, что произошло? Прошу, не молчи, иначе этому принцу придется навестить кабинет отца-императора и с него потребовать ответ!
Фан Лао протянул руку, указав на стол. Только сейчас Цин Вэнь заметил оставленное письмо и поспешил вскрыть его.
«Достопочтенный Фан потратил слишком много внутренней ци и вынужден уйти на медитацию. Мой принц, прошу, позаботься о моем теле. С наступлением ночи я приду в себя».
Прочитав послание еще несколько раз, Цин Вэнь растерянно взглянул на Фан Лао, что продолжил переставлять книги как ни в чем не бывало. Принц рассчитывал прогуляться с заклинателем по столице и купить ему новый веер, но этому не суждено было сбыться.
– Нин-гэ, ты меня слышишь? – спросил принц и, не дождавшись ответа, позвал вновь: – Лао-эр?
Стоило заклинателю уловить свое имя, как он замер и чуть повернулся к Цин Вэню, пустым взглядом уставившись куда-то перед собой. Словно от наставника осталась одна лишь оболочка, которая по привычке выполняла то, что когда-то делал сам Фан Лао.
Усадив заклинателя на топчан, Цин Вэнь дал ему виноград, который тот послушно съел.
– И что мне с тобой делать? – нахмурился принц. Он не придумал ничего другого, как остаться на целый день здесь.
Цин Вэню стало любопытно, чем в его отсутствие занимается наставник. Словно призрак, он наблюдал за Фан Лао, который, закончив переставлять книги, взял бумагу и кисть. Поняв, что он сейчас будет рисовать, Цин Вэнь с интересом склонился над столом. Постепенно на листе выросли розовые цветки слив, беседка и двое внутри нее: взрослый и ребенок. Картина получилась столь умиротворенной, что Цин Вэню захотелось забрать ее себе. Однако не успел он коснуться бумаги, как Фан Лао небрежно взмахнул рукой, и пламя тут же сожрало ее без остатка.
– Лао-эр, зачем ты это сделал?! – воскликнул третий принц. – Если не понравился рисунок, то мог просто отдать его мне.
Заклинатель не ответил, стер со стола пепел и взял новый лист. На этот раз Цин Вэнь был шустрее и успел забрать картину раньше, чем Фан Лао ее сжег. Повернувшись к нему, наставник протянул руку, веля отдать, но принц скрутил бумагу и спрятал за пазухой.
– Неужели Лао-эру будет жалко какого-то рисунка для этого принца?
Слегка нахмурившись, Фан Лао отвернулся и больше не пытался ничего нарисовать. Подхватив его за руку, Цин Вэнь вывел во двор под тень деревьев и протянул деревянный меч, оставленный после одной из утренних тренировок:
– Лао-эр обещал, что сразится со мной. Прошу, наставник, преподай этому принцу урок.
Взглянув на деревянный меч, Фан Лао неторопливо взял его. Не сдержав улыбки, Цин Вэнь встал напротив и вскинул свой клинок в ножнах.
– Если наставник Фан не возражает, то я начну!
Цин Вэнь стрелой устремился к Фан Лао, но тот, так и не сдвинувшись с места, с легкостью отразил удар. Другой отступил бы шага на три, но наставник и на цунь не шевельнулся!
– Надо же, а Лао-эр говорил, что плохо владеет оружием! – не мог не поддеть его Цин Вэнь. – Неужели наставник настолько скромен, что этому принцу приходится превозносить его навыки?
Фан Лао будто бы врос в землю, но в его плавных движениях таилась сила, а спокойное лицо не выражало и тени тревоги! Когда принц отпрянул, заклинатель сам пошел в наступление. Руки Цин Вэня вздрагивали от каждого удара Фан Лао, столь яростного и быстрого, что порой не удавалось уловить их взглядом!
Несколько раз получив тупым клинком по ребрам, Цин Вэнь все же смог заметить брешь в стойке заклинателя и ударил его по ладони с такой силой, что случайно обезоружил! Деревянный меч, вращаясь, взлетел в небо и рухнул во дворе принца прямо на Сюня, что отчаянно пытался подсмотреть в
