вновь вперилась взглядом в окно.
— Какого… Что ты здесь делаешь?!
— Еду, — не оборачиваясь, ответила Мунира.
— Саэр, будьте любезны, освободите, пожалуйста, проход! — раздалось за спиной.
— Прошу прощения, — я вошел в купе.
Уронив чемоданчик, закрыл дверь, за которой проходили другие пассажиры.
— И куда ты направляешься? — поинтересовался я, усаживаясь на обтянутую потертой кожей скамью.
— В Венранд, куда же еще?
— Удивительное совпадение.
— Не совпадение, — она зевнула. — Поезд идет в Венранд.
— Я о том, что мы не просто едем в одно и то же место, так еще и в одном купе.
— Зюзя сказал…
Что сказал Зюзя, я так и не узнал. В дверь постучали, и Мунира умолкла.
— Войдите! — отозвался я.
Дверь сдвинулась и на пороге возникла Эретта.
— Саэри Мэльволия распорядилась сообщить вам, что она едет в третьем вагоне, — глядя поверх моей головы, доложила горничная-терминатор. — Госпожа приглашает вас выпить с ней чаю.
— С удовольствием зайду, — вежливо ответил я.
Поезд тронулся, помаленьку набирая ход.
— Госпожа ожидает вас немедленно, — бесстрастно заявила телохранительница.
Черт, как не вовремя. Я давно намеревался расспросить Муниру насчет этой Зюзи и прочего. А тут как раз подвернулся удобный случай! Хотя, в Венранд ехать часов пять, времени достаточно. Схожу к Фиорелле, а после займусь Сендэлл… Мне в голову пришла идея: а может, совместить?
— Мунира, не хочешь с нами чаю попить? — предложил я.
— Я спать хочу, — ответила девушка.
— Это означает, что со мной ты не пойдешь?
Она, все так же глядя в окно, помотала головой:
— Зюзя говорит, не стоит.
— Почему? — заинтересовался я.
Мунира пожала плечами:
— Откуда я знаю?
— Госпожа ожидает вас, — напомнила о себе Эретта. — Ее чай остывает.
— Ладно, веди, — сдался я. — А с тобой, Мунира, поговорим, когда освобожусь.
Так и не повернувшись, девушка повела плечом, накручивая на палец розовую прядь.
* * *
Миновав несколько вагонов, мы вышли в очередной тамбур. Удивив меня, Эретта не стала открывать дверь, как прежде. Протянув руку, она особым образом постучала. В открывшемся проходе показался вооруженный коротким мечом мужчина. Оглядев нас, посторонился. Мы прошли, дверь со стуком закрылась.
— В каком купе едет саэри Мэльволия? — поинтересовался я.
— В третьем вагоне, — голосом, лишенным эмоций, произнесла горничная.
— Это я помню. Меня интересует… — дверь из тамбура в салон открылась, и я умолк.
Убранство вагона резко отличалось от остальных. Если предыдущие выглядели привычно: узкий коридор из конца в конец, с рядом дверей, ведущих в купе, — то здесь ничего подобного не было. Мы словно вошли в небольшую комнату богатого особняка. Резные деревянные панели на стенах. Массивные кресла, обтянутые зеленой кожей с тисненными узорами. Стол, накрытый белоснежной скатертью, отороченной кружевом. Изящный фарфор и серебро…
Тут я осознал, что слова телохранительницы следовало понимать буквально. Если она сказала, что Мэльволия едет в третьем вагоне — это означало, что он целиком принадлежит ей.
В противоположной от нас стороне открылась дверь. Из-за нее появилась Фиорелла. В простом на вид платье кремового цвета и с собранными в хвост волосами.
— Здравствуй, Виктор, — на розовых губах заиграла приветливая улыбка.
Я невольно улыбнулся в ответ: нечасто на лице Мэльволии можно увидеть эмоции.
— Ты выглядишь изумительно!
Она потупилась:
— Правда?
— Ни за что не стал бы тебя обманывать, — заверил я.
— Спасибо, — тихо произнесла Фиорелла.
Мы уселись за стол.
— Знаешь, кто едет со мной в купе? — сказал я, в то время как Эретта разливала чай. — Мунира Сендэлл!
— Ты путешествуешь в одном купе с девушкой? — улыбка пропала с лица Фиореллы, голос стал прохладнее.
— Так уж вышло. Сам не ожидал.
— Эта девушка с твоей ступени? — уточнила Мэльволия. — У вас с ней отношения? Вы встречаетесь?
— В смысле — отношения? — я чуть не поперхнулся чаем от такого вопроса. — Просто вместе учимся.
— Почему же вы оказались в одном купе?
— Я откуда знаю?! Случайно. Сам удивился, когда ее увидел.
— Особа в купе саэра Ардисса не выглядела заинтересованной в нем, — подала голос Эретта. — Скорее, наоборот. Господин Виктор Ардисс наводил на нее скуку, и она зевала.
Я покосился на горничную, не зная, как реагировать на подобное заявление. Зато Фиореллу слова телохранительницы успокоили.
— Хорошо, — сказала она. При этом голос девушки звучал удовлетворенно.
От входа донесся какой-то невнятный шум.
— Прошу прощения! — раздался мужской голос.
Дверь в тамбур распахнулась. На пороге возник человек в униформе железнодорожника.
— Извините, господа, проверка билетов.
Эретта, практически без замаха, метнула в него чайник. И тут же толкнула Мэльволию, заставляя опуститься под стол.
Железнодорожник прикрылся согнутой левой рукой. Фарфоровый чайник врезался в локоть и раскололся, обдав мужчину горячей жидкостью. Зашипев от боли, тот кинулся к нам. В его опущенной правой руке блеснуло лезвие длинного кинжала.
Вскочив, я ногой пихнул свое кресло ему навстречу. Тяжело повалившись набок, оно преградило путь. Проводник попытался перепрыгнуть препятствие, но запнулся и упал. И остался лежать, пригвожденный коротким копьем горничной.
Над моим плечом что-то прожужжало. С отрывистым, похожим на щелчок по дереву, звуком, в стену позади меня вонзилась небольшая стрела.
Резко повернувшись, я увидел в дверях тамбура темную фигуру, в которую уже летел метательный нож Эретты.
В этот раз горничной не удалось достать злоумышленника. Пригнувшись, неизвестный снова выстрелил из маленького арбалета. После, швырнув его на пол, убежал.
Не задумываясь, я рванул за ним.
В тамбуре мне пришлось перескочить через мертвого охранника, лежавшего в расползавшейся луже крови. Я на мгновение замешкался, обшаривая крохотное помещение взглядом. Так и не увидев меч, принадлежавший мертвецу, помчался дальше.
Убегавший находился уже в противоположном конце вагона. Пробежав по коридору, я распахнул дверь тамбура. Потом еще одну. За ней громко стучали колеса, а в промежуток между вагонами дул ветер. Перешагнув узкую щель, в которой виднелись лязгавшая сцепка и проносившиеся шпалы, я толкнул очередную дверь.
Лезвие меча рассекло воздух и врезалось в стену. Я едва избежал опасного ранения,
